Шрифт:
Весёлая палата
Место, где будут проходить описываемые действия, ничем особенным не отличалось. Окружная клиническая больница в городе Н. Дальнейшее уточнение названия лечебного учреждения вызывает лёгкий дискомфорт и уважение к пациентам «Хирургический корпус, урологическое отделение».
В урологическом отделении
В первый день вечером мне сделали клизму, после которой я вылетел из душевой, как мотылёк. Проверили медсёстры качество выполнения мною причёски под названием шорты и поставили перед сном укол. Утром я проснулся от очередного укола, надел эластичные чулки и, после долгого ожидания, оказался на каталке. Путешествие в операционную можно сравнить с кругосветным. Сначала борьба за крестик на шее, который категорически просили снять, но я не поддался, затем преодоление препятствий, в виде порогов и лифтов. Закончилось путешествие гимнастическим упражнением на операционном столе и уколом в область поясничного отдела позвоночника. Если не считать, что заведующий отделением выполнял операцию не с бумагой, а с живым телом и тряски моих плеч некоторое время, операция прошла в штатном режиме. Триумфальное возвращение после операции сопровождалось проверкой санитарками состояния моего достоинства и подсчётом трубочек катетеров.
В это время в палате, дожидаясь своей очереди, волновался больной Антонов:
– когда же меня повезут на операцию?
Пожилой человек, которого ежедневно наведывала его супруга и провожала в туалет, спросил:
– тебя, что резать будут? Не переживай, хирурги ножи точат.
У этого дедушки, как он объяснил, после инсульта пропала зрительная память, и, если не было бабушки, он просил кого ни будь проводить до туалета, говоря:
– я не помню как идти в туалет. Сейчас налево или направо. Кукушку снесло, ничего не помню. Проводите меня.
Вся палата сочувствовала и одновременно не понимала, ведь налево
– Антонов! Извлечь камень не смогли, у вас очень узкий мочеточник, можно его повредить. Будем делать открытую операцию. Вы готовы?
Сергей безысходно с доверительным видом, глядя на хирурга, кивнул головой. Кукушка посмотрел на Антонова и с серьёзным видом изложил:
– если камни пошли, то это на всю оставшуюся жизнь. А некоторые гвозди глотают и ничего.
Через 20 минут бедного Сергея опять увезли на операцию и в этот день мы его уже не дождались. После завтрака на следующий день Антонова Сергея привезли из реанимации. Мы с уважением и сочувствием встретили его и спросили:
– ну как ты?
После короткого рассказа о реанимации Антонов простонал:
– как болит. Они что-то повредили, кровь из трубочек идёт.
Кукушка:
– хорошо, что идёт, значит живой. У покойников не идёт.
Через неделю кукушка, подходя к двери палаты, уже спрашивал:
– сейчас направо? Потом налево?
Каждый вечер после просмотра новостей по двум каналам палата погружалась в сон, сопровождающийся яркой оркестровой музыкой. Дирижёром и ударником был Антонов. Недавно поступивший дедушка, немного глуховат, зевал, заменяя трубу. Остальные члены творческого коллектива устраивали хоровое храпение, сопровождающееся ароматерапией. Утренний разбор музыкального творчества скреплял надежды на более успешное исполнение в дальнейшем.
Россия
Союз племён славянских к нам
Пришёл из старины глубокой.
Конец ознакомительного фрагмента.