Наследие Бурале
Шрифт:
– Мама отпустила меня на неделю. Правда, сказала, что, если я решу, могу остаться. Но если вам будет неудобно, я могу уехать в любое время.
– Да ты чего? – воскликнул Иван и засмеялся. – Я приехал в Россию только для того, чтобы наконец встретиться с тобой. И, раз мы затронули эту тему, – как поживает дорогая Фируза?
– Мама в порядке. Она о вас хорошо отзывалась. Я приезжал в Казань на концерт, и тогда она меня отпустила со скандалом. А к вам…
– Мы с Фирузой долгое время переписывались. Я уехал в Польшу в шестьдесят первом году. О причинах моего
– Назира знала, что я уже поела. И назло мне постаралась! – Маргарита изобразила грустную мину.
– Мне все очень нравится, – внук активно орудовал вилкой.
– Я очень рад, – Иван отломил кусочек от лепешки. – Кстати, об истории. Перед тем как купить этот дом, я поинтересовался о нем. Видишь ли, такие поместья здесь не в ходу. Продавать такой дом – значит иметь на то веские причины. Когда-то это место принадлежало знаменитому Айдару Шарипову. Слышал?
– Нет. Маргарита мне сказала, что вы просто купили дом с участком.
– Маргарита, это как понимать? – Иван широко улыбнулся, обращаясь к помощнице.
– Я не обманула, просто не договорила.
– В любом случае я был рад, что нашел это место. А Айдар Шарипов был крупным казанским меценатом, заработавшим свое состояние, как говорили раньше, на меде. Да, – Иван заметил, как внук и Маргарита уставились на него, – верно. На меде. Он имел огромные пасеки в пяти километрах отсюда. Его «золотой сахар» знали по всей России, он был очень важной фигурой.
– Но… – Маргарита предвкушала сюжетный поворот.
– Но потом выяснились некие обстоятельства… Было обнаружена связь Айдара с местной цыганской диаспорой. «Обнаружились», – Иван изобразил кавычки пальцами, – документы, подтверждающие связь между Айдаром и наркотрафиком из Афганистана через местного цыганского барона. Да, история запутанная, невероятная. Но суд преступления Айдара признал и назначил наказание сроком на семнадцать лет. В тюрьме-то он и сгинул. А дом этот Айдар построил еще на пике своей карьеры и подарил его своему сыну. Но сынок слинял в Европу в поисках счастья. Вот такая грустная история.
– А не подставили ли его? – Маргарита откинулась на спинку стула.
– Подставили конечно. Судье заплатили. Это то, что знаю я. И мне так кажется… – Иван смотрел в одну точку. Внутри него поднималась злость. – Видите ли, судья – человек закона, но действовать он должен по справедливости. Сломал жизнь. За что? За деньги? – Иван как бы обращался к внуку.
– А если не подставили?
– В таком случае, – Иван изменился в лице, – Казань избавилась от ужасного человека. Ну что, – он протер уголки рта салфеткой и обратился к внуку: – Я хотел бы обсудить с тобой некоторые вопросы, но давай это сделаем завтра.
– Я хотел бы прогуляться по вашему лесу. На карте видел тут реку. Люблю природу. Могу ли я пройтись?
– Что за вопросы? Вперед! Но знай, вернуться стоит до одиннадцати. Только не подумай, что наши леса атакуют ведьмы или волки, – это просто мера предосторожности.
– Я вас понял. Проблем не будет.
– И… Ты не представляешь, как я рад, что наконец с тобой встретился.
– Иван Дмитриевич, я хотел бы… – внук встал из-за стола.
Иван молча смотрел, как внук приближается к нему, доставая что-то из внутреннего кармана пиджака.
– Это ваше.
Иван смотрел на небольшую фотографию, которую внук положил на стол.
– «Дела вынуждают, но сердцу от этого не легче», – Иван прочитал надпись на фото, и горло его перехватило. Он подозвал внука и крепко обнял: – Прости меня…
ГЛАВА 5
ОТЦЫ
– О, мой дорогой внук, проходи, – Иван сидел в одном из двух кресел рядом с потухшим камином в библиотеке.
– Доброе утро! Я не знал, что в доме есть библиотека.
– Вечером я точно устрою тебе экскурсию. Просто не терпелось начать разговор, – Иван указал на кресло рядом.
На коленях Ивана Дмитриевича лежал фолиант, написанный на неизвестном языке. На деревянном переплете красовались три стрелы, расходящиеся в разные стороны. Через вытянутые окна в помещение пробивался утренний свет. Иван наблюдал, как его внук проходит рядом с высокими полками, полными книг.
– Присаживайся. Как вчера прогулялся?
– Отлично. По Чумскому не стал ходить, решил пойти сразу в лес. И вы были правы – ни волков, ни ведьм.
– О да, Чумское в этом плане – скучное место. Я бы даже сказал, аморфное, – Иван отложил книгу на журнальный столик, рядом с телефоном.
– Это хорошо. Очень часто мифы и легенды могут сыграть плохую шутку с теми, кто в эти легенды верит, особенно если верующие обособлены от «большого мира». В начале двадцатого века в Оренбургской губернии целое поселение было вынуждено покинуть свои дома. Они думали, что их терроризирует шурале. Вы представляете? Оставить дом только из-за существа, в чье существование сложно даже поверить!
– Шу-ра-ле? – Ивана произнес по слогам.
– Это лесной дух. Обычно его называют лешим. Мохнатый человек темно-зеленого цвета. Иногда о нем говорят как об одноногом мужчине. У него рог во лбу и длинные пальцы. А легенда гласит, что шурале, найдя свою жертву, может защекотать ее до смерти. Звучит глупо, но сельчане в ужасе описывали крики боли и безумный смех всех тех, до кого добрались длинные пальцы шурале.
– Неужели никто не попытался разобраться?
– Если опираться на легенды и сказки… Габдулла Тукай рассказывал историю, в которой шурале удалось обмануть. Герой сказки заставил его засунуть пальцы в расщепленное бревно. Герой выбил клин, и бревно сдавило пальцы злобному духу. Конечно, это просто сказка, но в то время было сложно отделить правду от лжи.