Наследие да Винчи
Шрифт:
Когда Кимболл осторожно съехал с бордюра и тронулся вниз по улице к пьяцца Гарибальди, Вэнс растолкал водителя. Тот стряхнул легкую дрему и завел «фиат». Кимболл повернул вправо, направляясь на север, по лабиринту узких извилистых улочек. Таксист слился с массой машин и поехал за ним.
Негодяй, объяснял ему Вэнс. Мужчина в «ламборгини» сделал предложение сестре Вэнса, хотя сам был тайно женат на другой женщине. Таксист рад был помочь Вэнсу и его второй сестре защитить честь глупой младшей сестренки. Дела сердечные трогают итальянцев больше, чем кого бы то ни было, и мужчина обрадовался, что ему посчастливилось принять участие в таком деле. О, как он повеселится, когда вернется домой и расскажет
На пьяцца Донато Кимболл взял налево, и на пьяцца Кавальери снова повернул налево, к Собору и Падающей башне. «Фиат» без проблем успевал за неспешным «ламборгини». Кимболл, очевидно, не заметил, что его преследуют.
Такси проехало за машиной Кимболла прямо по виа Санта Мария, которая выходила на пьяцца Дуомо. Кимболл слегка притормозил, повернул направо и припарковался на пьяцца Аркивесковадо. Вэнс велел водителю остановиться слева на стоянке такси.
Кимболл вылез из автомобиля, держа в руке черный портфель, и быстро двинулся к башне. Болтливые хозяева готовили лотки с сувенирами, вокруг которых на площади обычно толпился народ, к наплыву туристов — они нахлынут примерно через час. Башня открывается в восемь; к половине девятого будет очередь.
— Подождите здесь, — велел Вэнс водителю, — мы ненадолго… я надеюсь.
Кимболл скрылся на ступеньках, ведущих вниз ко входу в Падающую башню, и Сюзанна с Вэнсом быстро последовали за ним. Сотню ярдов они преодолели за полминуты. Озадаченный таксист с удивлением смотрел им вслед, когда они наконец исчезли на ступеньках. Ему становилось не по себе. Высокий блондин с черным портфелем казался недобрым человеком, даже опасным. Таксист за тридцать лет выживания научился предчувствовать опасность, распознавать людей. Он ненадолго задумался — не вызвать ли по рации полицию, потом передумал. Но на всякий случай двигатель выключать не стал.
Внизу короткой лестницы, ведущей ко входу в башню, Вэнс помедлил — грудь его сковал страх. За ним остановилась Сюзанна. Изнутри слышалось два голоса. Потом наступило молчание. Вэнс уставился на грубую деревянную дверь с тяжелыми железными петлями и креплениями, глубоко вдохнул. Протянул руку и попробовал открыть дверь. Та была заперта.
Вэнс напряженно постучал. Послышались шаркающие шаги, потом заскрежетала щеколда. Дверь раскрылась настолько, чтобы изнутри высунулась голова старичка.
— Доброе у… — На его доброжелательном лице вдруг отобразился испуг, и он попытался захлопнуть дверь. Очевидно, он ждал кого-то другого. Вэнс сделал шаг и не дал двери закрыться. — Извините, синьор, но мы еще не открылись, — протестовал смотритель. — Приходите попозже, пожалуйста.
— Но другого мужчину вы только что впустили.
— А, его. Он… здесь работает.
— Так вот, — сказал Вэнс, толчком открывая дверь и входя внутрь, — мы пришли, чтобы заключить с ним небольшую сделку. — Он резко достал из кармана пистолет и нацелился в лицо старику. — Ни слова, мой друг. — Старик посмотрел Вэнсу в глаза и решил подчиниться. Попытает счастья потом, с блондином и его русскими друзьями. Он кивнул. — Вот это умно, — сказал Вэнс. — Теперь вернись за стол… живее! — Вэнс подошел со стариком к столу и убедился, что под рукой у него нет оружия. Сюзанна тем временем закрыла и заперла дверь. — Теперь раздевайся, — приказал Вэнс старику. У того глаза на лоб полезли. — Да, да, — подтвердил Вэнс. — Но можно сесть. Она смотреть не будет. — Старик неохотно подчинился. Вэнс собрал его одежду, нашел в штанах коробку спичек, сложил одежду в центре зала и поджег. Старик смотрел на это странное действо с лицом, на котором друг друга попеременно сменяли злоба, возмущение и полное недоверие.
Удивительно, как покладисты становятся люди, если забрать у них одежду.
Вэнс шагнул в сторону винтовой лестницы, потом быстро подошел к Сюзанне и вручил ей пистолет.
— Возможно, тебе он пригодится больше. — И, не обращая внимания на удивленный взгляд тощего старца, прячущегося за стол, бросился вверх по лестнице.
Узкие ступеньки поднимались по кругу вверх, словно вывернутый наизнанку штопор, на высоту 57 метров — примерно 190 футов. Эриксон перешагивал через одну, останавливаясь на каждой площадке и прислушиваясь. Дойдя до четвертой, он услышал вверху шаги. Кимболл тоже услышал шаги Вэнса.
— Михаил? — Звук опустился вниз по спиральной лестнице. — Ты рано.
Кимболл говорил по-русски. Вэнс не знал этого языка. К удивлению Кимболла вместо ответа неожиданно воцарилась тишина.
Вэнс стоял и ждал, когда Кимболл сделает шаг; слушая, как кровь шумит в ушах, как внизу оживленно кричат и приветствуют друг друга люди.
Кимболл не двигался. Вэнс нетерпеливо стал подниматься дальше.
Добрался до пятой площадки. Ему был виден лишь залитый солнцем выход в лоджию.
Где же Кимболл? Вэнс подошел к проходу и выглянул в обе стороны.
Озадаченный, он отошел от площадки — это предпоследняя. Когда он приезжал сюда в студенческие годы, его удивило, что здесь нет перил. Ему было любопытно, сколько человек из-за этого погибло.
Вэнс, трясясь от страха на открытой площадке, осторожно приближался к лоджии, стараясь держаться как можно ближе к стене.
Он так сильно сконцентрировался на своем страхе высоты, что услышал Кимболла, только когда было слишком поздно. Он развернулся и увидел несущуюся на него громадную фигуру.
— Кимболл! — только и успел сказать он, прежде чем этот человек, который был на четыре дюйма выше и на двадцать фунтов тяжелее, накинулся на него.
Невероятно, радовался Кимболл. Единственное, что оставалось — убить этого засранца Вэнса Эриксона. Боги благоволят ко мне сегодня, прыгнув, подумал Кимболл.
Первым ударом высокий блондин заехал Вэнсу по уху, после чего тот растянулся на узкой платформе. Вэнс посмотрел вниз и вместо каменной площадки увидел травку, растущую далеко внизу, — на ней все еще сверкали капли росы. Он попытался откатиться в безопасное место, когда Кимболл вдруг схватил его за ноги и потащил к краю. Вэнс ухватился за основание одного из столбов лоджии и лягнул противника. Первый удар попал блондину по лицу, второй задел что-то мягкое. Вэнс услышал, как Кимболл резко выдохнул и ослабил хватку. Вэнс откатился и, покачиваясь, встал, глядя на Кимболла, который поглаживал себя по солнечному сплетению, перекосившись и побагровев от ярости.
— Удачный удар, Эриксон, — зло сказал Кимболл, потихоньку приближаясь к Вэнсу. — Но на этом твоя удача кончилась.
Кимболл обладал ослепительной скоростью натренированного бойца и быстротой хищника, привыкшего побеждать. Он подбирался к Вэнсу на четвереньках, босиком, с голыми руками. Внезапно Вэнс пожалел, что не взял с собой пистолет.
Каким-то чудом он увернулся от первого удара Кимболла, отразил второй, но следующий пинок попал в цель.
Вэнс согнулся и перекатился, чтобы хоть как-то защититься от метких ударов опытного убийцы. Но бесполезно. Кимболл выучил науку убивать не хуже, чем Вэнс изучил Леонардо, и борьба была неравной. Тут не было правил, как в регби.