Наследие предков
Шрифт:
— Черт! Ну и тяжесть! Что же в них такое? — он все-таки с трудом извлек банку и, оторвав бумагу, стал разглядывать. Масло сделало свое дело. Несмотря на очень долгий срок, что они тут лежат, ржавчина тронула только ободки крышки и дна, да и то слегка. Этикетки на банке не было, только отчеканенное на крышке клеймо в виде тупозубой шестеренки со свастикой в центре. — Странное какое-то клеймо для провианта…
— Да у фрицев этих все какое-то странное было… Глянь, шинель кто-то оставил.
В дальнем углу на одиноко стоящем ящике
— Что тут написано? — спросил Тигран.
— Бог с нами, — мрачно произнес Крот.
— А. Типа как на баксах писали? In god we trust? [7]
— Дословно нет, но по смыслу, наверное, то же самое… Кто бы не оставил это здесь, похоже, они сильно торопились. Наверное, запыхался солдат, затаскивая сюда эти ящики, вспотел, вот и снял шинель с ремнем. А потом офицер громко и настойчиво велел убраться отсюда и заложили тайник.
Александр прикрыл глаза, вгоняя себя в тот транс благоговения, который дарили ему ощущения от прикосновения к таинственной истории Третьего рейха. Он словно увидел, как солдаты вермахта спешно тащат сюда эти тяжелые ящики. Как вокруг царит нездоровая суета и всюду слышится лающая немецкая речь. Он будто оказался в том времени, невидимый для усталых и задерганных резкими окриками начальства солдат.
7
Мы верим в бога (англ.) — официальный девиз США. На национальной валюте размещается с 1864 (монеты) и с 1957 (банкноты) годов.
— Эй, ты чего? — Тигран бесцеремонно толкнул Диггера.
— Задумался, — пожал плечами тот. — Давай откроем одну банку? Все-таки что-то тут не так. Что же это за еда…
— Ага, откроем, — ухмыльнулся сосед, не дав ему договорить. — Но сперва ты мне скажи, дружок, что за история там у тебя с Челом и Марлей случилась?
— Не понял, — Александр уставился на соседа, — Баграмян, ты что имеешь в виду?
— Я по этому поводу, кстати, к тебе на огонек зашел. Что с Челом?
— Утонул он, — нахмурился Крот.
— Ага, и в честь этого ты реанимировал Марлю? Имею в виду, что ему после этого реанимация не помешала бы.
— Я уже все Самохину объяснил. Тебе-то что надо?
— Нож мой у Чела был. Банку открыть нечем. Он, часом, перед тем как сгинуть, ножик мой не обронил?
— Нет. Ты про тот спецназовский клинок?
Тигран кивнул:
— Именно.
— А на кой
— Ага, дал, — фыркнул Баграмян. — Он его украл. Ксюха призналась. Они недавно выходили наверх, мох собирать. Так вот этот пес моим ножом свою дрянь соскабливал. Где он утонул-то?
— Ты что, достать хочешь? — теперь усмехнулся Александр.
— А почему бы и нет?
Загорский вздохнул и вернулся в свою комнату:
— Ладно. Покажу тебе тот колодец. Только не сегодня.
— Ага. Спасибо тебе, сосед. Мне сегодня все равно в рейд на поверхность идти.
— Ну, туда идти долго, где он утоп. Тебе это время лучше на отдых потратить перед рейдом. Скажи лучше, что нам теперь с этой дырой делать?
— Как что? У нас теперь квартирки больше будут, — засмеялся Тигран.
— А грибок?
— Ну, добуду хлорку, известь и карбид да обработаю как следует…
— Спятил? Тут же придется выселять всех из этой секции!
— Ничего, недельку перекантуются на чемоданах. Места у нас много, куда можно переселить на время. Так ведь?
— Реакцию их не предполагаешь?
— Я тут человек авторитетный. Бузить не будут, — махнул рукой Тигран.
— Ну-ну, авторитетный, — хмыкнул Александр.
Сосед прищурился и посмотрел на него:
— В чем дело?
— Комендант тобой недоволен очень.
— Почему это?
— Из-за твоих нескрываемых симпатий лидеру Красноторовской колонии.
Тигран ничего не сказал, только улыбнулся недобро. Затем загадочно покачал головой:
— Ладно, поглядим… Тебе что-нибудь надо с поверхности?
Александр задумчиво уставился в округлый потолок из красного кирпича и почему-то подумал, что из-за грибка он однажды рухнет обитателям на голову. Затем память выудила из своих глубин строгие угловатые сечения железобетонных тоннелей. Ниша от электрощита. Крутящийся пол. Егор. Руслан. Лена…
— Достань мне фоторамку, — тихо сказал Крот.
— Чего?
— Цифровую фоторамку. Помнишь такие?
— Помню. А на кой она тебе сдалась теперь?
— Просто найди. Это ведь несложно, в Кениге магазины со всяким электронным барахлом на каждом углу были. Только обязательно в упаковке. Есть шанс, что там схемы не окислились, и она заработает. Электричество ведь у нас есть…
— Ладно. Обещать не буду, но постараюсь, — Тигран хлопнул Александра по плечу и сквозь дыру направился в свое жилище.
Крот подошел к своей тумбочке у изголовья койки. Выдвинул ящик. Порылся в бумагах и извлек из глубин старую фотокарточку с изображением какой-то решетки кованой стали, с коваными же буквами «Jedem das Seine».
— Каждому свое, — отрешенно произнес он перевод. Следом в его руке оказался небольшой круглый значок национал-социалистской немецкой партии со свастикой в центре. И последнее, что он извлек, это серебристый цифровой фотоаппарат. Тот самый, что Ленка Бергер взяла с собой в их последний поход.