Наследие Предтеч
Шрифт:
– Мы пока не оставляем, старый замок - когда все осушили кубки, проговорил Априус - сотворение этого, просто моя своеобразная страховка на всякий случай. Предчувствия меня, нехорошие замучили, вот и решил. Оставим тут Невидимых Стражей, а придет время - переселимся. Лучше чем в Андориносе, нигде не будет.
– Это да – проговорило черное существо, восседавшее на спинке стула, который занимал Априус.
– Цто мы покинем это замецятельное место – взволновался Яша – я зе только наметил кого запустить в ров.
– Ну и оставайся желтобрюхий – тут же встрял Рунин – заодно и посторожишь.
– Но как я буду тут без
– Да тебя никто и не оставит – успокоил его Рус - я взял тебя к себе, и не собираюсь нигде оставлять.
– Мы, пожалуй, вас, оставим – выдержав необходимое время – заявил, летописец.
– Да, конечно идите. Но учтите, завтра мы вернемся в Бакхор, надо бы прикупить кое-что в Андориносе.
Дрендом и Сатари, извинились, и покинули малый зал. После их ухода, Эсгалдирн, долго расспрашивал, Харея и остальных, об их патрулировании, о быте и пожеланиях. Так проговорили довольно долго, успев за это время опустошить все бочонки с пивом, и кувшины с вином, Куру, и Рунин, налягали в основном на мясо, попугай еще и запивал вином, из небольшой чаши. Яша больше увлекался рыбой и овощами, но с пол гуся, умял точно. Априус представил, сколько бы понадобилось мяса, оставайся недодракон, в своем трансформированном облике, и ужаснулся. Когда столы, полностью опустели, все разошлись по выбранным комнатам, и предались отдыху. Обстановка в покоях была проста, но в будущем, каждый изменит все, по своему вкусу.
Весь следующий день, запечатывали новую Крепость, перед этим организовав кормушки для рыб, и полив для деревьев. Априус намечал точки для простых стражей, которых следует тщательно отобрать, и подготовить. Когда все было готово, и начали подниматься на корабль, Дрендом неожиданно заявил:
– Я обещал Сатари, показать, некоторые миры, да и в Хрутаре, она, была еще, на заре его юности. Мы на птице Рух, быстро управимся.
– Смотри только в Скрытый Предел, проходите путем проложенным «Версаром». И ухо держи востро, после Восстаний Темного Смутьяна, в Тронном Царстве, не так беспечны, как раньше.
– Хорошо – И летописец с Сатари, уселись на вновь увеличенную Рух, и отправились в путешествие.
Все остальные, поднялись на борт, и чудо-челн, поднявшись в воздух, некоторое время висел над Крепостью, пока Априус, накладывал чары невидимости, а затем отправился в Бакхор. А когда «Версар» был, наверное, на полпути от цели, Рус, вспомнил что собирался очистить «Ракар» - нельзя держать свой клинок таким оскверненным, и спросил:
– Харей! Я вас покину, надеюсь, не потеряетесь?
– Как можно Повелитель?
– Да это я так, шучу.
– А куда это ты намылился? – Тут же поинтересовался Куру – опять двадцать пять? По-моему мы эти твои одиночные отлучки уже обговаривали.
– Туда, я не могу взять с собой никого. Я Вниз, собираюсь.
– Чего ты там забыл? – проворчал и Рунин.
– Да есть одна задумка, вот хочу воплотить в жизнь – закончил Рус, уже непреклонным тоном.
И кивнув всем на прощание, прыгнул за борт.
***
Он скользил, как когда-то в юности, отыскивая наиболее мощные потоки, прикрепляясь к ним на время, потом перепрыгивал в другие, и местами лихо, проскакивая между пластами Реальности, даже не сдвигая их, чтобы не было возмущений. Это было немного трудно, потому что требовало, краткого распыления плоти, но время научиться
Первая цель – корни Иггдрасиля, которые грызет какой-то там больной, на голову, дракон, которому давно пора надавать по башке….
Да – тихо пробормотал Априус - велика Вселенная, и причудлива. Но почему-то все человеческие расы изначально соседствуют с рептилиями и рептилианами. И одна из этих тварей, постоянно грызет корни… Что за дурень то такой? Ладно бы крот, или бобер какой, а тут…, хотя может это кто-то из травоядных, тех что еще в первую эпоху царствовали на равнинах… Но все равно дерево то жаль, оно давно уже, если верить слухам - подгнивает, ведь полив священной водой, сколько веков как прекратился.
Априус давно чувствовал, смутное родство, с этим поистине гигантским деревом, имевшим свои отраженные проекции во многих мирах. У него были смутные подозрения, от чего так происходит, при всяком разе, как он оказывается рядом, да вот поверить в них, Рус, не решался. Об Иггдрасиле, хирдманы в основном, рассказывали так: «Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Один корень - у асов, другой — у инистых великанов, там, где прежде была Мировая бездна. Третий же тянется к Нифльхейму, и под этим корнем — поток Хвергельмир, и снизу подгрызает этот корень дракон Нидхегг».
– Ага, вот вспомнилось, как звать то этого, «грызуна». Добраться бы, да камнями набить, по самую глотку… эх, да опять закон не велит.
Мысли переключились на другое:
– А если, то дерево, которое он садил в пору своей юности, на месте где когда-то располагался его родной мир, и Мировое Древо, это одно, и тоже дерево, то в этом нет ничего удивительного. Эльдариус был сердцем Вселенной, он разносил магические потоки по мировым артериям, и дерево могло вырасти сколь угодно причудливым.
– Как там еще у них говорилось, морщил лоб Эсгалдирн – а,… древо Предела прорастает так, чтобы охватить и объединить все пределы мира, «все миры». Корень мирового ясеня, который простирается к инеистым великанам, наделен особым значением для богов и людей. Инеистые великаны - первые разумные существа, появившиеся в мире, и им доступна изначальная мудрость - знание о происхождении мира. Изначальная мудрость была скрыта в Источнике, текущем из-под корня Мирового Древа в земле великанов, и им обладал мудрейший из них - Мимир. Вспомнив это, Априус впервые задумался, ведь имя то Мимир, тождественно со словом «Память» и может обозначать Память Мира.
Не зря же Один, в свое время отправился туда и попросил дать ему напиться из источника, но за знания нужно было платить, и Мимир потребовал у аса, его глаз в залог. Великан получил часть всевидения бога - он скрыл глаз в источнике мудрости, Один - всеведение первых существ. Но как оказалось, в этом обмене уже чувствовалось нечто роковое и «нечистое». Дело в том, что одноглазые существа в сказаниях многих миров - это, как правило, не боги, а злобные демоны, нечистая сила. Конечно, сам Один не был чужд демонических свойств - он был богом битв и бури, божеством неистовства, в явлениях природы и в человеческих конфликтах. И едва придя, Узурпаторы так и объявили демоны, мол, правили до нас, мы же пришли освободить, мы принесли Истинный Свет, в Царство Мрака.