Наследие Симорга

Зыков Николай

– Научу, – кивнул Мар, – я научу тебя всему, что знаю сам. Нам нужно вместе держаться. Тем более, что планы мои теперь гораздо шире, чем обыденная охрана границ Антарии от варваров.

– Наши планы, – улыбнулась Ниакис. – Я и не думала, что смогу помогать Антарии, не выполняя чьи-то приказы.

– Сможешь, мы для этого и рождены…

***

Спустя шестьсот четырнадцать лет

Мар снял Длань Эрефа с постамента, на котором посох пролежал несколько сотен лет. По телу прокатилась волна приятного

холода. От ощущения, какую силу он держит в руках, у эльфа замерло сердце. Ниакис, Ринт и Некрана будут рады узнать, что первый шаг сделан. Тем более учитывая то, насколько лёгким он оказался. Всё, что было нужно – найти местоположение храма, в котором хранилась Длань. Теперь очередь за Наследием Симорга. Ринт с Некраной уже отправились на его поиски.

Так странно. Мар прожил больше восьми сотен лет, чтобы понять, что от него требуется в этом мире. Чтобы осознать предназначение. Встреча с Ниакис, Ринтом, а после и Некраной лишь приближали осознание этого.

Давно. Спустя лет двести после его рождения, он осознал, что должен защищать родину. Антарию. Бывали времена, когда он думал, что защищать нечего. В Антарии сильная армия, умелые друиды. Варвары уже давно не посещали эти места. Но частые путешествия в разные страны помогли понять, что есть народы сильнее и могущественнее антарских. Не приведи Симорг, чтобы они возжелали завоеваний. Тогда никто не сможет помочь ни индулам, ни эльфам, ни людям. Никто. Кроме тех, кто в состоянии противостоять захватчикам. Кроме их четвёрки. Они называли себя детьми Симорга. Посланниками, чья участь вечно защищать Антарский народ от опасностей.

***

Спустя четыре месяца

– Да, – протянул Мар, глядя на запертого в клетку Снежного Барса, – как бы там ни было, но Симорг был самым мудрым из братьев. Заточить энергию в живое существо…

– Точно, – согласилась Ниакис. – Только сила Симорга не может быть исчерпана.

Четвёрка наблюдала за животным, метавшимся по клетке. Видимо, ему не нравилось новое жилище.

– Только подумать, этот барс сильнее каждого из нас, – проговорил Ринт, усмехнувшись.

– Интересно, зверь осознаёт, из-за чего пережил всех особей?

– Поверь, – отмахнулась Некрана, – он этого даже не замечает. Меняет самок, доказывает силу самцам.

– Да. Силы у него будь здоров, – согласился Мар. – Регенерация – не пустое слово для хищного зверя, вынужденного бороться за жизнь каждый день.

Эльф подошёл вплотную к клетке. Барс, не упустив момента, нанёс удар передними лапами. Раздался холодный звук от когтей, обрушившихся на прутья клетки. Мар отшатнулся, по щеке текла кровь.

– С ума сошёл, что ли! – вскрикнула Ниакис. – Он бы тебя убил, не будь клетки.

– Но клетка же есть, – ответил Мар, приложив руку к щеке. Эльф встал и проговорил, – готовьте процедуру переливания. Ниакис, – обратился он к избраннице, – ты не передумала?

– Нет.

– Будем надеяться, что у нас всё получится, – кивнул Мар.

***

Мар

стоял на краю плато и смотрел вдаль, на бегущие облака. Когда со спины подошёл Ринт, Мар сделал шаг от пропасти.

– Барс мёртв? – спросил Мар.

– Да, – ответил Ринт.

– Что с Ниакис?

– Получила несколько ожогов, Некрана быстро приведёт её в норму. Энергия не даст долго ходить со шрамами.

– Может быть, – согласился Мар. – Если сама, конечно, не захочет.

– С чего бы это?

– Не знаю, – пожал плечами Мар.

Эльфы несколько минут молчали. Ринт проследил за взглядом Мара, но, не заметив там ничего интересного, опустил взгляд и пнул камень вниз.

– Знаешь, Мар. Ещё ничего не ясно. Может быть, всё получилось.

– Не думаю. Симорг наделил нас силой, но нам её стало мало. Ему это не понравилось.

– Возможно, мы попросту где-то допустили ошибку.

Мар покачал головой.

– Нет. Ошибки быть не могло. Переливание энергии прошло по всем правилам. Она попросту испарилась.

– Наверное, ты прав. Нужно будет разыскать Коготь Вайленда.

– Нет, – неожиданно резко отрезал Мар. – Сила Вайленда должна лежать там, где лежит. Её нельзя тревожить ни в коем случае.

– С чего это?

– Не важно. Я сказал, что мы прекратим поиски артефактов. Силы Эрефа достаточно. Даже силы нашей четвёрки хватило бы. Я уже начинаю жалеть, что мы начали это.

– Жалеть? – усмехнулся Ринт. – Когда ты в последний раз жалел о чём-то?

Мар промолчал.

– Как ты думаешь, – спросил Мар Ринта спустя несколько минут, – почему ни Ниакис, ни Некрана не могут иметь детей?

– Не знаю. Мы уже думали об этом. Я считаю, что рождение детей необходимо лишь, чтобы сохранить род. Мы же бессмертны, и продолжать род вовсе не обязательно.

 – Я тоже так думал, – сказал Мар, посмотрев на эльфа, – но теперь понял. Если бы у нас с Ниакис были дети, мы бы нарушили баланс сил. Баланс, за которым следят сами боги. Они не допустят нарушения равновесия.

Ринт скептически улыбнулся.

– Я схожу в замок, узнаю, как там Ниакис.

– Нужно похоронить барса, – проговорил Мар ему вслед.

***

Спустя двадцать три дня

Мар сидел на утёсе и смотрел с высоты на поселение индулов. Нельзя истреблять эту расу, как бы ни была она опасна для эльфов и людей. Антария много потеряет с исчезновением индулов.

За спиной раздался едва уловимый шум. Возле него появилась Ниакис.

– Тебя трудно найти, когда ты отдыхаешь, – резюмировала эльфийка.

– Ничего не могу с собой поделать, – ответил он и, встав, поцеловал девушку. Ниакис сияла. Её улыбка напоминала улыбку девчонки-подростка. – Мар. У нас будет ребёнок.

– В Антарии родился очередной сын Симорга? – без особого энтузиазма уточнил Мар.

– Не совсем. У нас будет родной ребёнок. Я беременна и это абсолютно точно. Некрана сказала, что ошибки быть не может.