Наследие
Шрифт:
Вскоре начнутся сражения, ударят волны, и сцена будет готова для выступления. Наш лидер был убит, мой лучший друг — вдали, и наследие оказалось на дне, но мы все еще боролись. Месть была слаще, когда ею делился с еще с троими.
Девять лет назад
Прошел год с тех пор, как Дастин получил
Пока я лежала на кровати в своей комнате, я слышала шаги на кухне. Наверное, это был Тревор или Дастин, ведь остальных сегодня не было дома. Желудок заурчал, голод в разуме обострился. Я решила сходить на кухню и что — нибудь съесть. Атмосфера менялась, пока я спускалась. Дом уже не был теплым и уютным, холод посылал мурашки по моей коже. Я прошла в маленькую кухню и поняла, кто там был.
Дастин сидел на полу спиной ко мне. Это было странно даже для Дастина. Я подошла к нему и задела скрипучую половицу, Дастин обернулся. На его лице была паника.
— Что ты делаешь, Аманда? — безумно спросил он. — Родители сказали тебе оставаться в комнате.
Мой желудок громко заурчал.
— Я проголодалась, — ответила я. Это я должна была задавать вопросы. — Что ты делаешь?
Дастин посмотрел на что — то перед собой.
— Ничего, — буркнул он. — Иди в комнату. Я что — нибудь принесу тебе позже.
Я упрямо покачала головой.
— Дастин, что такое? — его голос казался другим. Словно его тело ломалось на моих глазах.
— Аманда! — яростно закричал он. — Если не уйдешь сейчас, я скажу твоим родителям, что ты спускалась.
Дастин никогда не кричал на меня. Это подтверждало, что что — то не так. Я подошла ближе и склонилась рядом с Дастином. Ладонь коснулась его плеча, я поняла, что перед ним. Пистолет лежал на полу. Хоть мы были Винтерами и Челси, нам нельзя было в детстве трогать пистолеты.
В девять я не знала, что это значит.
— Дастин, — выдохнула я. — Зачем тебе пистолет папы?
Он повернулся ко мне, смерть блестела в его глазах. Слеза покатилась по его лицу, все во мне сжалось.
— Уйди, Аманда, —
Дастин поднял пистолет, и инстинкты овладели мной.
— Не надо, — закричала я. — Стой, Дастин. Что ты делаешь?
Я думала, он не ответит, но его лицо выразило боль внутри него.
— Я не могу так жить! — закричал Дастин. Его голос ранил мои уши, его боль усилилась. — Я слышу всех и всюду, это сводит с ума. Ты не знаешь, как это — когда в твоей голове миллионы людей! Я не могу терпеть крики. Я больше так не могу!
Он поднял пистолет к своей голове, слезы выступили у меня на глазах.
— Стой, — закричала я. — Прошу, Дастин. Ты мне нужен здесь, — я коснулась его руки с оружием и попыталась опустить ее. Он не слушался.
— Зачем? — спросил Дастин, тихие слезы катились по его лицу. — Зачем мне жить, Аманда? Тут лишь боль и страдания. Это мне не надо, я больше так не хочу.
— Нет, — всхлипывала я. — Тебе так кажется, Дастин. Но ты мне нужен.
— У тебя есть Джек, — заявил Дастин. — Ты будешь в порядке.
Я покачала головой, слезы быстрее лились по моим щекам.
— Это другое, Дастин. Ты мне нужен.
Дастин молчал. Мы, казалось, не двигались вечность. А потом он опустил руку, и пистолет упал на пол. Он тяжело дышал, понимая, что чуть не сделал.
— Никому не говори, — прошептал он. — Хорошо, Аманда?
Наши взгляды пересеклись, боль пронзила наши тела.
— Ладно, — ответила я. — Но обещай мне кое — что, Дастин?
Он робко повернулся ко мне.
— Что?
— Обещай, что ты не покинешь меня, — сказала я. — Обещай, что будешь со мной всегда.
Дастин посмотрел на пол.
— Только если ты тоже это пообещаешь.
Я кивнула.
— Обещаю, — я обвила его руками.
Его голос стал спокойнее.
— Я тебя не оставлю, — прошептал Дастин, мы обнимались. — Я обещаю, что не покину тебя.
День, когда родителей похитили, нарушил обещание, которое, как мы думали, будет работать вечность. Мы ошибались в этом и во многом другом. Мы бы никогда не покинули друг друга при жизни, мы всегда спасали бы друг друга. Детство определило нашу судьбу, и мы знали, что не падем. Иначе другой поможет подняться. Потому мы боролись, потому нас звали Винтерами и Челси.