Наследница
Шрифт:
Окна моей комнаты выходили в сад. И по мере того как день клонился к вечеру, высокие стены постепенно окрашивались мягким медовым светом. Я сосредоточилась на тепле, идущем от умелых пальчиков Нины.
– В любом случае, у него стало такое странное лицо. Он вроде как на минуту оказался где-то далеко.
Я пыталась объяснить папино загадочное исчезновение сегодня утром, хотя постичь произошедшее было нелегко. Я даже не уверена, удалось ли папе найти маму, так как в кабинет он больше не вернулся.
– А он, случайно,
– Разве? – По-моему, папа не выглядел таким уж усталым. – Возможно, он просто слишком напряжен. Да и как иначе? Ведь ему приходится принимать столько важных решений.
– А в один прекрасный день это придется делать вам. – В голосе Нины чувствовались явное беспокойство и одновременно радостное возбуждение.
– А это значит, что тебе придется в два раза чаще делать мне массаж.
– Ну, я не знаю, – ответила она. – Возможно, через пару лет мне захочется попробовать чего-нибудь новенького.
– А чем ты займешься? – поморщилась я. – Не уверена, что в стране так уж много предложений, более привлекательных, чем работа во дворце.
Но тут в дверь постучали, и она не успела ответить на вопрос.
Я встала, набросила на себя для порядка блейзер и кивнула Нине, чтобы та впустила гостей.
В комнату вплыла улыбающаяся мама, а за ней показался папа. И я машинально отметила для себя, что дислокация всегда была именно такой. Во время торжественных мероприятий или званых ужинов мама всегда держалась рядом с папой или шла сразу за ним. Но когда они были просто мужем и женой – а не королем с королевой, – папа всегда следовал за ней.
– Привет, мам. – Я шагнула маме навстречу, чтобы обнять ее.
Мама поправила выбившуюся у меня из прически прядь волос:
– Мне нравится, как ты выглядишь.
Я гордо отошла назад и разгладила платье:
– Ты не находишь, что браслеты идеально сюда подходят?
– Потрясающее внимание к деталям, – хихикнула мама.
Время от времени мама позволяла мне выбирать для нее украшения или туфли, хотя такое случалось нечасто. В отличие от меня, она не любила побрякушки и не пользовалась дополнительными аксессуарами для обрамления своей красоты. Да и, честно говоря, особо в них не нуждалась. Мне нравился ее классический стиль.
Мама повернулась и тронула Нину за плечо.
– Ты свободна, – тихо сказала она.
Нина послушно сделала реверанс и оставила нас одних.
– Что-нибудь случилось? – спросила я.
– Нет, дорогая. Мы просто хотели переговорить с глазу на глаз. – Папа взял нас за руки и подвел к столу. – У нас появилась возможность кое-что обсудить.
– Возможность? Мы что, отправляемся в путешествие? – Я обожала путешествовать. – Неужели мы наконец-то выберемся на побережье? А давайте поедем только вшестером?
– Не совсем так. Мы
– Ой! Компания! А кто приезжает?
Родители переглянулись, и мама продолжила:
– Ты ведь знаешь, что обстановка сейчас крайне нестабильная. Люди волнуются и чувствуют себя несчастными, и мы уже буквально сломали голову, решая проблему, как снять напряжение в обществе.
– Знаю, – вздохнула я.
– И мы отчаянно пытаемся найти способ поднять у населения бодрость духа, – добавил папа.
Я моментально встрепенулась. Для поднятия бодрости духа обычно устраивались праздники.
– И что ты имеешь в виду? – Я принялась было обдумывать фасон нового платья, но тут же это дело бросила. Ведь сейчас было явно не до того.
– Ну, – начал папа, – публика лучше всего откликается на какое-нибудь радостное событие, связанное с королевской семьей. Когда мы с твоей матерью поженились, в стране наступили мир и согласие. А ты помнишь, как люди веселились прямо на улице, когда узнали о появлении на свет Остена?
Я улыбнулась. Мне было восемь, когда родился Остен, и я до сих пор помню радостное возбуждение толпы при объявлении об этом событии. Тогда на улице до зари не смолкала музыка.
– Это было грандиозно.
– Вот именно. А теперь все взгляды обращены на тебя. Ведь в недалеком будущем ты станешь королевой. – Папа запнулся. – И мы тут подумали, что, возможно, лишняя публичность тебе не помешает. Тебе стоит совершить нечто такое, что вызовет эмоциональный отклик у публики и одновременно пойдет на пользу тебе.
Я прищурилась, не совсем понимая, куда это он клонит.
Мама откашлялась и сказала:
– Как ты, должно быть, знаешь, в прежние времена принцесс выдавали замуж за иностранных принцев с целью укрепления международных связей.
– Надеюсь, я не ослышалась и ты действительно использовала прошедшее время?
Она рассмеялась, но мне сейчас было не до смеха.
– Да.
– Отлично. Потому что принц Натаниэль похож на зомби, принц Гектор танцует, как зомби, и если принц из Немецкой Федерации не научится до рождественского вечера соблюдать правила личной гигиены, то не получит приглашения на праздник.
Мама разочарованно потерла лоб:
– Идлин, ты всегда была слишком разборчивой.
Папа пожал плечами.
– Возможно, это не самый большой недостаток, – сказал он и тут же получил от мамы сердитый взгляд.
– О чем, ради всего святого, вы тут толкуете? – нахмурилась я.
– Ты же знаешь, как я познакомился с твоей мамой, – начал папа.
Я сделала круглые глаза:
– Все знают. Ваша история стала чуть ли не волшебной сказкой.
При этих словах взгляд их смягчился, а на лице появилась улыбка. Они едва заметно склонили друг к другу головы, а папа, посмотрев на маму, слегка прикусил губу.