Шрифт:
Глава 1
1.
Двое мужчин и одна женщина собрались на берегу белоснежного озера. Стояла неестественная тишина, водная гладь, казалось, застыла, превратившись в темный мрамор. Воздух едва заметно подрагивал, исходя колючим морозом.
Кутаясь в соболиную шубку, женщина зябко передернула плечами, и с опаской покосилась на неподвижную гладь. Странное поведение воды пугало, заставляя держаться от береговой кромки подальше.
Мужчины, одетые в классические пальто, тоже не испытывали особого желания подходить ближе, благоразумно
— Тело так и не нашли, — первым заговорил мужчина, стоящий ближе всех к берегу. Он хмуро покосился на озеро и замолчал.
Остальные не торопились развивать разговор. Предстояла неприятная тема беседы, и никто не хотел быть инициатором начала. Однако заговорить все же пришлось.
— Как и предыдущие два, — второй мужчина пожал плечами, демонстрируя легкую небрежность. Явно показную, потому что в глазах элегантного одетого человека плескался страх, а голос выдавал озабоченность.
— Три попытки и все неудачные, — тихо проговорила женщина, и обхватила себя руками, словно пытаясь согреться. Легкомысленная шубка из соболя выглядела красиво, но не подходила для гуляний в зимний мороз.
Никто не стал упоминать, что все три претендента умерли особо мучительным образом, но одновременно вспомнили, как это происходило. Искаженные мукой лица, сведенные судорогой конечности, и кожа, покрывающаяся корочкой льда еще на живом человеке. И после, моментальное исчезновение. Водная гладь, темным покрывалом накрывающая озеро, поглотила троих, не оставив следа.
Ужасная смерть, что врагу не пожелаешь. Вспомнив, как это случилось, женщина вздрогнула. Уже после первого случая, она поклялась больше не наблюдать за следующими попытками, но однажды данная клятва вынуждала вновь приходить на берег и смотреть, как раз за разом полные жизни и сил молодые люди превращаются в изломанные фигуры с синюшной кожей, пропадая в толще воды. Темной воды, которая никогда не отдавала свою добычу.
— Нужен новый претендент, — мрачно изрек первый мужчина, на этот раз не став смотреть на неподвижную темную гладь.
Над вытянутым с одного конца озером не летали птицы, воздух казалось застыл и выглядел неприветливым. Стоящие вдоль берега деревья кутались в белый саван. Сюрреалистичная картина, достойная кисти самого взыскательного художника. Многие бы заплатили огромные деньги, только бы увидеть, что сейчас видели эти трое. Но лишь немногие смогли бы потом уйти отсюда живыми назад. Озеро неохотно выпускало из своих рук живые создания.
— Вы про мальчишку? Он бастард, кто сказал, что он справится? — глухо проронил второй мужчина. Женщина поддержала легким кивком.
— Его кровь не настолько чиста.
Первый мужчина пожал плечами.
— Формально да. Но фактически он прямой потомок изначального патриарха, основателя рода. Если отбросить условности, у него больше шансов, чем у остальных. У него должно получиться.
— А если не получится?
Возникла неудобная пауза. Нарушил ее один из мужчин.
— Тогда заводы по переработки Конденсата закроются и княжеству придется забыть о главном источнике доходов. Огромное количество людей потеряет работу, наступит кризис и скорее всего всему придет конец. Рано или поздно, соседи подомнут нас, если не войной, то экономически.
— Ты
Мужчина посмотрел на нее с усмешкой.
— Нас не просто разгонят, дорогая. Если ты забыла, мы давали клятву, и если род угаснет, то мы канем в небытие вместе с ним.
Второй мужчина мрачно кивнул, соглашаясь и подтверждая сказанное. Женщина хмуро бросила на обоих выразительный взгляд, но ничего не сказала. Что говорить, если это действительно правда. Ничего хорошего впереди всех троих не ждало. Если инициация не будет проведена вовремя, все пойдет прахом.
Сначала начнется реакция по рынку. Слухи, что старый князь при смерти, и больше не может контролировать источник родовой магии, мгновенно разнесутся по Конфедерации. Другие князья зададут резонный вопрос про исполнение заключенных ранее контрактов. И если ответы их не удовлетворят, то последует мгновенное решение разорвать связи с выбывшим из игры контрагентом.
Учитывая важность Конденсата для различных производств, на бирже разразится буря. Многие родовые корпорации потеряют в цене. Кто особенно чувствительно зависит от поставок, и вовсе могут разориться, не выдержав давления.
Сидящие в советах директоров побегут жаловаться хозяевам, а аристократы не те, кто привык терять деньги, особенно если в этом виноват кто-то другой. Последуют претензии. Справедливые, не справедливые, уже будет неважно. Коалиция недовольных сформируются в мгновение ока. Каждый постарается оторвать кусок, чтобы компенсировать потери. И тогда ничего не спасет ослабленное княжество. Властвующий над ним не одну сотню лет род признают непригодным для управления и отодвинут, отправив в забвение. Возможно, это сделают цивилизованно, через Совет, а возможно и церемониться не будут, проведя все по личным дипломатическим каналам, как обычно поступали с иноземцами. Это будет особый позор.
— Поставки уже снизились. Контроль теряется. Ловушки ломаются, многие просто исчезают, — сказал первый мужчина и махнул рукой вдоль берега.
Озеро ответило мертвой тишиной запорошенных снегом деревьев и неподвижной гладью темной воды, при взгляде на которую в голову поневоле лезли мысли о смерти. Женщина зябко повела плечами, и сделала небольшой шажок назад, оставляя на заснеженной земле отпечаток от красивых сапожек.
Где-то там за деревьями стояли Ловушки — вытянутые каркасы с насаженными под углом в сорок пять градусов стальными стержнями. Конструкции были разбросаны вдоль всего берега и занимались сбором того, что называли Конденсатом — остаточным веществом в следствии проявления Хлада.
Конденсат был очень дорогим и использовался во многих промышленных производствах начиная от электроники и заканчивая оборонными проектами. Для некоторых отраслей его поставки являлись критическими. Необычные свойства делали Конденсат незаменимым в создании товаров с уникальными свойствами.
Впрочем, существовали конечно аналоги. Худшего качества, но при необходимости вполне способные занять нишу на рынке. Поэтому другие князья не спешили вмешиваться, внимательно наблюдая за происходящим. Многим надоела монополия и богатства князей Бельских. А у некоторых она и вовсе вызывала жгучую ненависть с желанием наконец разорить дерзких северных выскочек.