Наследник рода Раджат 17

Кольцов Игорь

— Безусловно, — подтвердил Чопра. — После этого мы сможем максимально безболезненно восстановить производства на оставшихся больших объектах.

— А дальше? — спросил я. — Вы знаете, как восстановить разрушенные объекты?

— Нет, — ответил Чопра. — Боюсь, это нам с вами, коллеги, предстоит выяснять опытным путем.

— Жаль, — вздохнул я. — Что ж, коллеги, тогда наша с вами ближайшая задача — разобраться с целыми бесхозными объектами. К моменту нашей следующей встречи они должны быть привязаны к крови какого-либо

рода. Если вы по каким-то причинам не хотите продавать объекты сейчас, привязывайте их к себе. Но вы слышали Чопра-джи, не больше четырех объектов на один род. До этого предела, как я вижу, еще никто из вас не дошел.

Никто, кроме меня самого. К крови моего рода как раз четыре объекта сейчас привязаны.

И избавиться можно максимум от одного объекта. Того, который в море. Он нужен был мне только для исследования возможности попасть внутрь, и на этом его роль исчерпана. Можно продавать.

Только кому он нужен, под водой-то?..

— Так же малочисленным родам я не рекомендую упираться в предел, — продолжил я. — Помните, что система может вытягивать силу. Чем меньше у вас объектов, тем меньше от вас потребуется силы в случае чего. Не жадничайте.

— Сам-то, — фыркнул Аргус.

— Я подумаю, что с этим делать, — усмехнулся я.

— Извини, — примирительно произнес Аргус. — Я пошутил.

— Да прав ты, прав, — вновь вздохнул я. — Ладно, если больше вопросов нет, предлагаю закончить на этом на сегодня.

Вопросов не оказалось.

— Всем спасибо за участие!

* * *

На следующий день, перед выездом на встречу с Олару в бывшем загородном поместье Кишори, я заглянул в свой кабинет. Буквально на полчаса, проверить, нет ли чего-то срочного. В условиях войны всякое может быть.

И не прогадал.

— Шахар, звонит господин Минто Кишори! — испуганно выпалила Мирайя, настежь распахнув дверь моего кабинета.

Я поднял на нее глаза и пару секунд помолчал.

Мирайя сначала вздрогнула. Сообразила, что ворвалась ко мне без намека на приветствие, да и тон был не совсем тот, что нужен для доклада. Ей-то кто такой этот Кишори? Глава чужого рода? И что с того?

Когда она выдохнула и взяла себя в руки, я едва заметно улыбнулся и кивнул:

— Переключай.

— Спасибо, Шахар, — едва слышно прошептала она и скрылась за дверью.

Проводив ее взглядом, я откинулся на спинку кресла и дождался звонка своего телефона.

— Раджат! — не дав мне произнести приветствие, ядовито бросил Кишори. — Резвишься?

— Господин Кишори, мне, похоже, сейчас стоит положить трубку, — холодно ответил я, — а вам — позвонить еще раз и начать разговор заново.

— Это еще почему? — недовольно буркнул Кишори.

— Даже с врагами не стоит опускаться до уровня простолюдинов.

На том конце провода повисла тишина.

Думаю, уже вся страна в курсе,

как я отношусь к людям. И то, что я учу слуг клановых родов полноцветной магии наравне с аристократами, ни для кого не секрет. Причем учу в том числе и лично.

Уж от меня точно нельзя было ожидать такого сравнения.

Собственно, я этого и добивался. Мне нужно было сбить Кишори с толку и, по возможности, вернуть его в русло адекватного разговора. Просто так он не позвонил бы, у него явно есть какое-то предложение.

Но предложение можно сделать по-разному. И ответ, соответственно, был бы разный. Даже предложи сейчас Кишори что-то дельное, я не смог бы принять его предложение из-за предельно хамского тона. В таком разговоре попросту не было смысла.

И, видимо, Кишори это понял. Несколько запоздало, но все-таки.

— Приношу свои извинения за грубость, господин Раджат, — ровно произнес Кишори. — И приветствую вас.

— Приветствую, господин Кишори, — так же ровно ответил я. — И внимательно вас слушаю.

— Для начала уточните, пожалуйста, вы собираетесь официально объявлять нам войну? — вновь довольно едко, но вполне прилично поинтересовался Кишори.

А мы ее до сих пор не объявили?

Я подготовил соответствующее письмо еще до нападения на загородный особняк рода Кишори. И оно должно было им уйти сразу, как начался штурм.

Понятия не имею, где это несчастное письмо застряло, но сегодня точно кто-то получит по ушам.

— Я думал, что уже объявил ее вам, — взяв себя в руки, усмехнулся я. — Но вы, судя по всему, мое письмо не получили.

— А нужна ли нам с вами официальная война? — усмехнулся в ответ Кишори.

Я напрягся.

Он не подтвердил, что не получал моего письма. Еще полгода назад я не обратил бы внимания на эту деталь, вся логика разговора прям-таки навязывала этот вывод. Но прямого подтверждения Кишори, тем не менее, не дал.

Может, это не у меня кто-то из подчиненных облажался, а Кишори ведет какую-то свою игру?

Например, без официального объявления войны захваченное загородное поместье Кишори, которое я уже продал, резко обретало очень спорный статус. Это не военный трофей, это банальный грабеж. И за него меня вполне можно призвать к ответу.

А заодно и Олару, которые у меня его купили.

— У вас есть какие-то другие предложения? — поинтересовался я.

— Вы предельно четко показали и свою силу, и свое отношение, господин Раджат, — ровно сказал Кишори. — Скажите, какова ваша цель? Уничтожить меня? Весь род Кишори? Нажиться на военных трофеях?

Ну уж нет, на такую примитивную провокацию я не поддамся. Обозначив сейчас одну цель, я автоматом откажусь от всех остальных.

— У меня несколько целей, господин Кишори, — слегка улыбнулся я. — К чему этот вопрос? Вы уже хотите обсуждать мирный договор?