Наследник Слизерина
Шрифт:
Откатившись в сторону, Том с тоской взглянул в сторону моря.
"Не хочу умирать. Не боюсь смерти, но не желаю именно сейчас. Столько всего не сделано, столько возможностей не использовано", — очередной ступефай подбросил его вверх и с силой кинул обратно на землю. У мальчика на мгновение перехватило дыхание и жалостливо, в полный голос отозвались кости. — "Я на все
Он кинул в сторону колдуна взгляд полный ненависти, ожидая смертельного заклинания, и неожиданно услышал прямо возле своей головы громкое шипение.
— Хозяин… Обещал и вернулсссяяя… — В лицо уткнулось огромное змеиное лицо. — Плохой человек делает тебе больно?
— Да, Нагайна, — с трудом ворочая прокусанным в нескольких местах языком, отозвался Том. — Убей его, если сможешь.
— Ты во мне сомневаешшшься, детенышшш? — змея словно усмехаясь, раскрыла рот.
— Что ты там шипишь? — поинтересовался Амадеус удивленным тоном. — Ты у нас еще и змееуст?
Он резко выбросил в сторону змеи руку с палочкой, но та в молниеносном прыжке ударила колдуна головой прямо в грудь. За прошедший год она заметно подросла, став поистине гигантских размеров. Не удержавшись от силы удара на ногах, маг повалился на землю. Нагайна, яростно шипя, принялась обвиваться вокруг его тела. Превознемогая боль, Том вскочил и кинулся ей на помощь. Ударив Амадеуса ботинком по рукам, он выбил у него палочку и сунул в свой карман.
— Я сссама, хозяин, — змея, принялась душить министра.
С раскрасневшимся, пунцового цвета лицом, выпученными от напряжения глазами тот тщетно пытался вырваться, яростно брыкаясь ногами и отчаянно кусаясь. Борясь, они принялись кататься по земле, постепенно приближаясь к краю обрыва. Нагайна, почувствовав близость моря, окончательно опутала колдуна своим длинным телом, лишив того возможности сопротивляться. Отыскав свою палочку, Том следовал за ними, то и дело пиная мага ногами по голове. Вскоре, едва дыша, с трудом ловя окровавленным
— Тебе не уйти от судьбы, племянник. Она всегда будет рядом.
Последние слова потонули в хрипе, но Том смог их разобрать. Необычайно резво для своего размера Нагайна скользнула в сторону от мужчины, в самый последний момент столкнув того вниз. Волшебник предпринял слабую попытку ухватиться рукой за край обрыва, но не удержался и с комьями земли в почерневшей от грязи ладони полетел вниз. Мальчик спокойно, без всяких эмоций следил за падением Амадеуса. Ударившись о красноватые в лучах заходящего солнца камни, мужчина, дернувшись, распластался на песке, широко раскинув руки. С громким криком взлетели сидевшие на том месте чайки. Набежавшая вода мгновенно окрасилась в кровавый, мутный цвет.
Он не спеша отвел взгляд от его мертвого тела. Дикая, нечеловеческая усталость овладела каждой частичкой тела, но он не позволил себе расслабиться и усесться на землю. Плескавшееся внизу море, казалось, хотело успокоить и утешить. Тяжелый, трудный день подходил к концу, а вместе с ним и почти целый год в мире волшебства.
"И, что я наделал?" — запоздало подумал Том, чувствуя, как возле ног, сворачиваясь клубком, укладывается Нагайна. — "Теперь у меня нет никаких оправданий. Я сознательно использовал темные силы. Значит, Джордж и Льюис умерли не случайно. Именно я их убил. И что меня ждет дальше? Какова цена за мою жизнь?"
— Когда ты ее потребуешь? — выкрикнул он, глядя в море, напугав своим воплем змею, от чего та яростно зашипела. — Ответь, когда?
Последние лучи, уже почти скрывшегося за горизонтом солнца, упали на мокрый песок возле неподвижно лежавшего Амадеуса и Том с замиранием сердца увидал начертанные на мокрой поверхности непонятные на первый взгляд знаки.
"Латынь", — вглядевшись, догадался он. И за секунду до накатившей на них волны прочел: Omnia tempus habent.