Шрифт:
Книга 5. Эпизод 1.
Книга 5. Эпизод 1.
— Я ждал тебя, — сказал отец, — только не думал, что наша встреча будет выглядеть так.
В его голосе я уловил вину, но в то же время радость и надежду.
— Прости меня, Кири. Надеюсь, твой плен продлится недолго, пока длится разговор. Ты слишком много времени провёл в Стокняжье. Ты уничтожил Цуо. Ты силён и непредсказуем, поэтому мне пришлось ограничить тебя. На время. Всего лишь на время.
Мне
Сердце бешено заколотилось. Я до последнего не верил в то, что он добровольно позволил заковать меня в цепи, как раба.
Нет, только не он!
Кто угодно, но не собственный отец.
В моём мозгу рождались десятки оправданий, как его могли заставить сделать это со мной, но холодный разум твердил только одно: это было его собственное решение и никого больше.
— Прости меня, — повторил он.
Снова послышались шаги. Отец обошёл меня и наконец встал напротив.
Я не видел его так долго... целую вечность... и порой мне казалось, что это всё не по-настоящему, что это Сидх показывает мне очередной мираж, что этот человек не может быть моим отцом.
Но это был он.
Он ничуть не изменился: всё такой же высокий, статный, с сединками в русых волосах, с усталым взглядом и доброй улыбкой.
Я распахнул глаза, будто боялся моргнуть и больше не увидеть его.
Он поднял руку и мягко погладил меня по волосам.
— Ты вырос и стал сильным, как и обещал. Твоя мама бы гордилась тобой, если бы видела тебя сейчас. Она бы ненавидела меня, но тобой бы гордилась, можешь не сомневаться.
Он разговаривал со мной так, будто не замечал на мне ни цепей, ни заклеенного рта, ни кандалов, ни стальных перчаток. Будто мы с ним чай пьём на кухне.
— Я бы всё отдал, чтобы обнять тебя сейчас... — Отец опустил глаза, пряча слёзы, но через секунду снова посмотрел на меня. — Всё это ещё будет, обязательно будет. Мы снова станем одной семьёй. А теперь поговорим, ведь многое будет зависеть от того, что ты мне скажешь. Но сначала ты должен выслушать, не перебивая.
Он не стал садиться передо мной в кресло — такого бы я ему точно не простил никогда. Хотя и цепи я ему тоже не прощу.
Отец тяжело выдохнул.
— Ты нашёл меня, а значит, многое уже знаешь, ведь так? Знаешь, как я работал с Герасимом, как похитил у него артефакты, а потом один из них подарил тебе, как подстроил свою смерть, как сбежал из Тафалара.
Я смотрел на него безотрывно и слушал.
Наверное, ни один отец в мире ещё не заставлял своего сына слушать себя так внимательно. Правда, для этого пришлось использовать цепи и кляп.
Отличный метод, папа. Всем на заметку.
Он отвернулся, завёл руки за спину и продолжил:
— Я знал, что как только тебе исполнится шестнадцать, ты уже назавтра отправишься в Караванный портал, чтобы обеспечить маму маго-танами. Я знал это точно, потому что мой сын не поступил бы иначе. Тебя должны были доставить сразу ко мне, забрав из поезда вместе с остальными, но так уж вышло, что капсула случайно перенесла тебя на окраину Стокняжья,
Отец снова повернулся и с любовью посмотрел на меня.
— Как же ты вырос, Кири... где тот болезненный мальчик, что был раньше?.. Я люблю тебя любым, слабым и сильным, но то, что я вижу сейчас, мне нравится. Этот мир пошёл тебе на пользу, как я и предполагал.
Мои руки дёрнулись в цепях, и я опять промычал закрытым ртом, со злостью глянув на отца.
— Прости, но ты ответишь мне позже, — он покачал головой, — я пока опасаюсь, что ты применишь против меня молитву или заклинание. Ты уже взрослый и поймёшь меня.
Он опять отвернулся, будто мой вид мешал ему сосредоточиться.
— Ты знаешь, что Караванный портал был открыт чуть больше тридцати лет назад. Наши учёные якобы случайно открыли его, но это не так. Они искали этот мир специально. К тому событию был причастен и мой отец, твой дедушка, который, как ты знаешь, обычным врачом не был. Он состоял в группе тех учёных. Открытие портала стало последним шансом на выживание магов, которых и так осталось немного, но никто даже не предполагал, чем это обернётся.
Отец тяжело вздохнул.
— Твой дед не сразу сказал мне, что имеет отношение к роду Колидов, а только после того, как у меня родился сын. Ты. Мой отец говорил, что на нас лежит проклятие с тех времён, когда наши предки покинули родной мир, что все мы неполноценны, что за сотни лет жизни в чужом мире мы растеряли уникальную способность астрального тела. И тогда я решился на эксперимент.
После слова «эксперимент» я замер, будто пришибленный.
А ведь, когда отец дарил мне атлас, он упоминал о каком-то эксперименте, который надо завершить.
— Этот эксперимент я провёл на своём маленьком сыне, на тебе, — добавил отец.
Меня бросило в холод от того, как он это сказал: с радостью и гордостью. Сейчас он напоминал мне безумного Герасима, готового на любые жертвы ради научных экспериментов.
— Прости, но другого выхода не было, — продолжил он. — Колиды потеряли главную свою силу — уникальный психодух, особую метаморфозу астрального тела, способную отражать любой магический удар, угрожающий жизни. И я решил возродить эту способность в тебе, потому что с собой не смог этого сделать, как ни пытался. С малых лет я лечил тебя так, чтобы спровоцировать появление психодуха. И у меня получилось. Помнишь, ты называл его Изъяном? Говорил, что эта дрянь испортила тебе жизнь, что она делает тебя уродом среди других. Но я знал, что в совершеннолетие этот дар раскроется в полную силу, и тогда ты станешь полноценным наследником рода Колидов, единственным носителем их психодуха. А значит, возродишь их былое величие, наделив этим даром и своих детей. Я даже готов позаботиться о том, чтобы подобрать для тебя достойную пару.