Наследник
Шрифт:
Наконец-то сопротивление стало утихать. Большинство повстанцев отложили оружие и взялись за ведра с водой из ближайшего колодца. Значит, Гончие могут потратить больше времени на тушение пожара и спасение тех, кому реально грозит опасность.
Она прокралась вдоль стены со стороны черного хода. Всегда находились неблагоразумные упрямцы. Девушка метнулась за угол и побежала к лучнику, что стоял к ней лицом и возился со своим оружием. В этот самый момент Гончая врезалась в него. Ударившись головой о стену, он застонал, а его ноги подкосились. Тэмпест выдернула
– Убьешь меня? – пробормотал он. – На моей земле?
Тэмпест присела на корточки и, схватив его за подбородок, заглянула в глаза.
– Нет, – тихо сказала она. – Нет ничего плохого в защите своего дома и нажитого добра, но устраивать бойню – не выход из ситуации. – Она отпустила его и встала. – Приди в себя, а затем присоединяйся ко всем остальным в тушении пожара.
Девушка оставила его, дошла до соседнего дома и постучала в дверь.
– Пожар! – проревела она. – Срочно спасайте свою семью! – Ни звука. Тэмпест вздохнула. – Я войду внутрь и вытащу вас, если понадобится. Подумайте о детях.
Послышался шорох, и дверь приоткрылась, явив морщинистое лицо старушки.
Она оглядела Тэмпест с головы до ног и глубоко вздохнула.
– Запах пепла витает в воздухе, – сказала она. – Мы уйдем. Не нужно вытаскивать нас из постели.
Тэмпест кивнула и провела следующий час, бегая от одного горящего дома к другому, от конюшни до поля и обратно, и в перерывах между стычками с повстанцами она спасала каждого встретившегося на пути. На глаза попался Дима, который нес на руках двух орущих малышей. Он кивнул ей. Даже несмотря на развернувшийся хаос, можно было услышать приказы, которые выкрикивал Максим.
Кто-то застонал, и она остановилась, заметив два круглых лица, выглядывающих из-за бочки. Когда девушка приблизилась, глаза защипало, дым обжег горло. Она медленно обогнула бочку и присела на корточки, чтобы казаться менее устрашающей. Тэмпест улыбнулась детям и протянула к ним руки:
– Малыши, идемте со мной.
Они тут же обхватили ее, двинувшись навстречу безопасности, и девушка пошатнулась. Люди собрались на большой мощеной площади, нетронутой пожаром. Те, кто не пострадал, работали у колодца, подготавливая и поставляя ведра с водой для тушивших пожар.
– Тэмпа! – позвал Максим.
Тэмпест передала детей пожилой женщине и направилась в его сторону. Дима стоял рядом с Максимом, и лица обоих украшали разводы из сажи. Она ухмыльнулась, глядя на Диму. Обычно внешний образ дядюшки отличался своей безупречностью. Находись они в другой ситуации, она, возможно, посмеялась бы над его растрепанными волосами и налипшей на лицо грязью.
Девушка стояла, чувствуя острую боль в легких, напоминающую о том, что ей нужно притормозить и сделать вдох.
– Что такое?
Дима указал большим пальцем на большой дом, который горел в западной части деревни.
– Там ребенок, – сказал он. – Родители вне себя от беспокойства. Входы обрушились, а мы туда не пролезем из-за своих размеров.
Тэмпест
– Мы же уже искали там? Я не нашла ни одной живой…
– Мать сказала, что ее дочь любит играть в комнатах для прислуги в задней части дома. Возможно, она в одной из этих…
– Я услышала достаточно.
Ею овладел первобытный страх. Тэмпест знала, каково это: оказаться запертым в горящем здании. Она не оставит ребенка мучиться так же, как пришлось ей когда-то. Девушка обмотала шарф вокруг лица, подбежала к разрушенному черному входу и вошла в жаркий, наполненный дымом коридор, щурясь из-за выступивших на глазах слез.
– Есть тут кто-нибудь?! – крикнула она.
На мгновение ей показалось, что она видит сон. Покрытый потом и пеплом мужчина, спотыкаясь, спускался по горящей лестнице с ребенком на руках. Он ни за что не пролезет через заваленный дверной проем.
– Передай мне ребенка! – заорала она, перекрикивая рев пламени. – Оба входа обрушились. Я могу вытащить ее через черный ход, но тебе самому придется разбить одно из окон.
Он подошел ближе, и Тэмпест споткнулась, узнав его. Даже сквозь пепел и грязь она разглядела прядь белых волос. Чертовски белых.
Мэл, также известный как Пайр.
Подлец не сказал ни слова. Он даже не взглянул на нее – просто передал ребенка и помчался в другую сторону. Тэмпест крепко прижала к себе маленькую девочку и поспешила обратно тем же путем, каким пришла. Но внезапно девушка потеряла равновесие и, облокотившись о горящую стену, почувствовала жар на своей руке. Она стиснула зубы и пригнулась. Здание зловеще застонало, как только она добралась до входа в задней части дома. Едва они успели выбраться наружу, как расколотые деревянные балки дома обрушились под собственным весом.
Тэмпест вжала ребенка в землю и прикрыла своим телом, спрятав от жара, вырвавшегося наружу и тут же отступившего. Гончая поползла прочь, волоча за собой ребенка и выискивая Пайра в облаке дыма и пепла. Где он? Выбрался ли?
Малышка начала сильно извиваться и трястись в руках Тэмпы. Нельзя здесь оставаться. Она двинулась на запад и, спотыкаясь, вышла на площадь. Какой-то мужчина вскрикнул, увидев их, и бросился вперед с облегчением на лице.
– П-п-па-папа! – прохрипела девочка, вырвавшись из рук Тэмпест и прыгнув в объятия своего отца.
– Спасибо, – воскликнул мужчина; по его грязному лицу потекли слезы. – Большое вам спасибо.
– Не за что, – прохрипела Тэмпа. Она стянула прикрывающий нос и рот шарф и наклонилась, закашлявшись.
Черт возьми, как же больно.
– Ты в порядке, Тэмпа? – до ушей донесся голос Максима.
Дима присел на корточки, его руки пробежались по ее конечностям в поисках травм. Дышать едва удавалось, и они это понимали. Слишком много дыма. Девушка взглянула на то, что осталось от горящего дома. Где Пайр?