Шрифт:
Глава 1
Едва поплавок начал дёргаться, указывая на то, что рыба заинтересовалась приманкой, как снова забренчал телефон.
– Да! – Рявкнул я, даже не посмотрев, кто мне позвонил.
– Егор, ты чего такой злой? – Укоризненно спросила мама. – Рыбалка не удалась?
– Прости, – покаянно произнёс я. – Как только клёв начинается, так кто-то тут же звонить начинает.
– На беззвучный ставить не пробовал?
– Мам, ты чего звонишь-то? – Вздохнул я. – По делу или просто так?
– А мать своему сыну просто так позвонить не может? – Тут же возмутилась женщина. –
С этими словами она положила трубку, значит, всё-таки просто так позвонила. Я снова уставился на поплавок. Впервые за лето удалось выбраться на рыбалку, хотели вместе с отцом поехать, но у него не получилось отпроситься с работы, поэтому отправился один. Вдвоём, конечно, веселее, но у меня на работе тоже не хочется отпрашиваться снова, всё же недавно получил повышение.
Ах да, совсем забыл представиться, и эту ошибку нужно исправить. Зовут меня Егор, фамилия Соколов, парень двадцати трёх лет от роду. Живу со своими родителями, единственный сын. Кто-то может подумать, что сижу у них на шее, но это не так, я работаю и помогаю по мере своих сил.
Несмотря на все усилия моих уважаемых предков, после одиннадцатого класса я никуда поступать не стал, учёбу не любил до жути, еле дождался, когда закончится школа, поэтому сходу устроился на работу. В армию меня забирать не стали, служить не позволяло здоровье. Причём откосить я даже не пытался, хотел пойти, но забраковали, а настаивать я не стал.
Кому сейчас нужны граждане без образования? Кто-то скажет, что никому, но это неправда, складов в городах великой державы хватает, для начала решил пойти грузчиком, а совсем недавно меня повысили, точнее я попробовал устроиться продавцом-консультантом в том магазине, на складе которого работал. К моему счастью, меня взяли, можно сказать, получил повышение. Правда, зарплата была немного меньше, чем на предыдущей должности, но всё равно карьера пошла в гору. По крайней мере, сейчас не ходил постоянно грязным, а помогал покупателям выбирать товар. Получалось не всегда, даже удивительно, сколько оказывается вокруг идиотов. Вот бы маму сюда на пару дней пригласить, чтобы она посмотрела на некоторых покупателей, которых небеса явно обделили мозгами, она же меня часто балбесом называла. Впрочем, тут всё равно легче, чем на прошлом месте.
Печально, но больше ничего примечательного в моей жизни не произошло. Хотя вот ещё люблю рыбалку в отличие от большинства моих сверстников, отец в детстве часто брал меня с собой, вот я её и полюбил. Причём нравилось сидеть именно с удочкой, а не сетями браконьерством заниматься. Ещё у меня имеется честно заработанная машина. Ну как честно, пока я на неё копил, сидел на шее у родителей, а все заработанные деньги откладывал. На этом всё, больше к биографии своей жизни добавить особо нечего, но и прожил я пока мало. Надеюсь, всё у меня впереди.
Поплавок снова дёрнулся, после чего резко ушёл под воду. Я едва успел схватить удочку, иначе бы и она утонула. Вроде бы и леска у меня хорошая, но как только попытался вытащить рыбу, она сильно натянулась, грозя вот-вот оборваться. Как назло, снова зазвонил телефон, у меня был включён не только звонок, но и вибрация.
Теперь я испытывал смешанные чувства. С одной стороны не хотелось упустить рыбу, а с другой – телефон вот-вот может упасть в воду. Лодка была деревянная,
Если день с утра не задался, то хорошего ждать уже не стоит. Сначала оборвалась леска вместе с поплавком, грузилом и крючком, и от меня ушла довольно крупная рыба. Отец ни за что не поверит, что такую крупную рыбину упустил. Скажет, что за корягу зацепился и порвал снасть. Не успел я выдать фразу покрепче, как на дно озера пошёл мой телефон.
Он у меня уже старый, я его не особо жалел, давно хотел поменять, вот и появился серьёзный повод, но сим-карту и флешку терять не хотелось, пришлось раздеваться и нырять следом за ним. О рыбалке можно было забыть, сейчас всю рыбу распугаю.
Телефон нашёл быстро, всего три раза нырнуть пришлось. Глубина тут небольшая, всего два с половиной метра, не больше. Правда, вода немного мутная, приходилось шарить по дну руками, но удалось найти окончательно испорченную трубку. Когда же я попытался оттолкнуться ногами ото дна, чтобы выплыть наверх, с ужасом почувствовал, что ноги в чём-то запутались. Хотя разные уроды тут часто сети ставят, вот одна из них как-то оказалась на дне. Я дёрнулся наверх, потом попытался освободиться снова, даже стал помогать руками, но всё впустую. Видно сеть зацепилась за коряги, вот и не мог я вместе с ней на поверхность выплыть. Воздух в лёгких стал заканчиваться, а когда терпеть не было сил, я всё же сделал вдох, запуская внутрь себя воду. Каких-то осмысленных действий уже не было, просто рвался наверх, пока сознание меня не покинуло.
Очнулся я от того, что жутко болела голова, а всё тело болело. Такое ощущение, будто меня долго и упорно пинали, вроде не должно такого быть. Меня же явно увидели с берега, достали и откачали, только почему всё так болит? Может быть, мои спасители просто ударили в живот, чтобы вырвало. Я попытался подняться, но сделать этого мне не удалось, всё тело резко отозвалось болью. Болел не только живот, а как будто каждая кость. В глазах была какая-то муть, не удавалось рассмотреть окружающих людей, а кто-то очень аккуратно погладил меня по голове. Наверное, я сейчас нахожусь в больнице, мама уже приехала. Нет, точно не в больнице, меня куда-то везут. В этот момент транспорт сильно тряхнуло, я застонал от боли и снова потерял сознание.
***
Барон Бернар тяжело вздохнул и уселся в кресло. Дела молодого баронского рода шли крайне скверно, особенно последние десять лет, а как всё хорошо начиналось. Он был первым дворянином в своём роду и за проявленную доблесть ему пожаловал дворянство сам король. В то время Бернар являлся командиром простого отряда наёмников, участвовал в очередном конфликте. Вот в генеральном сражении, благодаря его сотне, удалось удержать важные позиции и не дать врагу пройти в тыл основному войску, пока не подтянулись резервы. Для сотни Бернара эта победа была оплачена большой кровью, уцелело всего двенадцать человек. К счастью, за этой битвой наблюдал сам король и был приятно удивлён смелостью наёмника.