Наследник
Шрифт:
— Дороги забиты, подвижного состава не хватает, и сейчас в приоритете переброска кадровых воинских частей. Вновь сформированные подразделения следуют вторым эшелоном, — объяснил задержку комбат и взмахом руки подозвал комвзвода Гусева: — Товарищ старший лейтенант, за успехи в подготовке личного состава, внесите в красноармейскую книжку Матвея Ермолаева запись о присвоения ему очередного воинского звания: младший сержант.
Уже к вечеру этого же дня Матвей красовался перед старшиной петлицами
— Швыдко в чинах растёшь, казак, — выдавая со склада три новеньких ППШ-41 с запасными снаряжёнными магазинами, усмехнулся старшина. — Балует тебя комбат: велел снабдить ящиком винтовочных патронов и ещё одним с револьверными. Куда вам столько, ведь отделение уже оснащено по фронтовой норме?
— Часть патронов израсходуем на тренировках, а сэкономленные в запас отложим, — осматривая новенькие пистолет–пулемёты, объяснил Матвей. — Так ведь и не задаром берём, мы же восемь штатных винтовок и шесть добытых карабинов сдали тебе на склад.
— Да помню я, — отмахнулся прижимистый старшина и, прищурившись, глянул на богатенького иноземного казачка: — Только вот не пойму, на каком таком базаре ты оружием сумел разжиться.
— Места надо знать, — не стал раскрывать секрета Матвей, ибо милиция ещё не вышла на добровольных помощников, а скоро тут самих фронтовиков и след простынет. — Ты мне лучше, товарищ старшина, выдай обещанные рулоны бумаги со старых плакатов и банку клея.
— Куда вам столько имущества? Не пехотное отделение, а цыганский табор.
— На войне лишнего оружия не бывает.
— Какое же это оружие? Кадет, ты фашистов рулонами плакатов будешь по башке бить? — рассмеялся старшина.
— Верно угадал, — с серьёзным видом кивнул Матвей. — Мы из проклеенных слоёв бумаги скатаем трубочки, по диаметру ручной гранаты. Заполним их толовыми шашками и мелкими железными осколками, а в хвост вставим кусок бикфордова шнура — вот и самодельный снаряд для гранатомёта готов.
— Так для гранатомётчиков же выдали целый ящик заводских «лимонок», — возмутился жадности казака старшина.
— Мало, — горестно вздохнул командир отделения. — Я ещё на остаток своих денег прикупил в парагвайском универмаге пару ящиков толовых шашек и объёмистый моток горючего шнура. Когда заготовленный боезапас расстреляем, то на фронте придётся выплавлять взрывчатку из не разорвавшихся мин и снарядов. Кстати, самодельная бомбочка даже лучше стандартной гранаты Ф-1. Длину запала в ней можно рассчитать так, чтобы снаряд взрывался в воздухе, осыпая порядки неприятеля железной шрапнелью. Хотя появляется и существенный недостаток: дымный след фитиля демаскирует позицию.
— Ладно уж, старых плакатов я тебе целую гору нагребу. Впрягай ездовых собак в свою бричку и тащи
— Нашу веломотоповозку двигает электромоторчик, — похвалился конструктор. — Кстати, товарищ старшина, а не разрешишь ли ты мне самому выбрать подходящие плакаты.
— Парагваец, экий ты у нас пендитный буржуин, — недовольно заворчал старшина. — Тебе ещё, оказывается, идеологический смысл в пролетарских агитках не по нраву.
— Текст мне без разницы, — отмахнулся казак. — А вот намалёванные рожицы хотелось бы подобрать посимпатичнее.
— Тебе с ними целоваться что ли? — недоумённо поглядел на странного парагвайца старшина.
— Нет. Мы ими будем врагов пугать, — улыбнулся озорник. — Тело плаката пустим на самокрутки, а рожицы вырежем и приклеим к трём железным спицам. Если такую обманку воткнуть в стороне от замаскированной позиции, то запросто выйдет одурачить противника, и направить ответный огонь на ложную цель. Места в солдатском ранце такая скрутка много не займёт, а видимую численность маленького отряда увеличит в разы.
— А почему крепить картинку надо на три спицы? — наморщил лоб старшина.
— Так получится объёмное изображение.
— Ну ты, парагваец, и затейник. Видать, враги с тобой не соскучатся, создашь ты фашистам проблемы. Ладно, есть у меня набор цветных плакатов для обучения приёмам строевой подготовки. Выполнены изображения в натуральную величину, только бойцы показаны в старой форме, ещё в островерхих будёновках.
— Верхушку картинки срежем, — отмахнулся затейник. — Ты мне только побольше рисованных бойцов снаряди.
— Таких голов на два полных взвода хватит, — рассмеялся щедрый полковой кладовщик. — И толстую стальную проволоку найду, крепёжных спиц из неё нарубить. Эх, кабы можно было так легко новых солдат настрогать, как намалёванных болванчиков нарезать. Да ещё бы нам побольше чудотворцев богатеньких, которые и бойцов за свой счёт вооружат, и за пару недель сумеют из худших новобранцев вылепить настоящих снайперов. Вот тогда задали бы мы фрицам жару.
— Ещё бы и времени для подготовки побольше, — тяжело вздохнул Матвей.
Душа его тянула побыстрее добраться до фронта и вступить в схватку с врагом, а разум радовался каждой заминки в пути, дабы использовать для обучения новобранцев. Особенно много времени требовали мохнатые четвероногие разведчики. Караульную и разыскную службу охотничьи собаки осваивали легко, а вот сапёрные премудрости постигали туго, всё норовили учебную мину лапами выкопать или зубами потаскать за проволочку. Дрессировкой лаек занимался Матвей сам, ибо только он мог, воздействуя гравитационной силой, управлять телами собак, заставляя выполнять нужные движения.