Наследник
Шрифт:
– Судьба, – произносит девушка.
Звучит как-то уж очень… утвердительно. Банальности чаще изрекают с напускной задумчивостью. Мне никак не удается рассмотреть лицо напротив. Отвратительный контражур. Переминаюсь с ноги на ногу и смещаюсь вправо. Картинка всё та же. Солнце словно прячется за моей случайной знакомой. Несуразное светило. Зимой бы так напрягалось. Кстати, мы до сих пор не знакомы…
– Судьба, – повторяет она всё тем же тоном.
Я бы даже сказал, более настойчивым, с вызовом.
Нет сомнений – это обращение в мой адрес.
– Чья? – переспрашиваю, не скрывая недоумения. Наверное, упустил что-то, пока в своих мыслях путался.
– Твоя. Зовут меня так – Судьба. Я ведь тебе не очень по душе пришлась, знаю, что думал об этом. Чего же теперь растерялся? Призови к ответу.
– Мы на «ты»?
– С самого твоего рождения…
Точность даты меня шокирует.
– «Выкала», потому что странно было бы сразу… С места в карьер.
Откуда ей известна эта дата? Меньше всего девушка похожа на сотрудницу паспортного стола. Да и розыгрыши такого рода – неподходящее амплуа для паспортистки. Я вновь скрещиваю руки на груди и взвешиваю, по какой шкале оценить странную шутку.
– Давай, как в фигурном катании, – подсказывают мне.
Я шмыгаю носом. Это всего лишь короткий вдох, но поди докажи. Нервное.
– А если я сейчас побегу? Говорят ведь, что от судьбы не убежишь. И не спрячешься, нет смысла прятаться.
– Так-то оно так, но и попытки не под запретом. Их, слава богу, никто не отменял. Иначе – скукотища. Беги.
– Признаюсь, вы невероятно меня заинтриговали.
– То ли еще будет.
– Щенок при делах? – пытаюсь вернуться в игривый настрой. Усилие почти непомерное. Так ведь и в самом деле – не бежать же?!
– Разумеется. Без него никак. Наглядное пособие. Исключительно для тебя. Два варианта развития событий, на выбор: либо быть обласканным, либо… Ну ты в курсе.
– Судя по презентации, все начинается со второго «либо».
– Сам так устроил. Не обессудь. Вот меня и подослали.
– «Подосланная» с «приблудным». Славная парочка. Не взыщите, но все это отдает… театром. Причем не столичным.
– Провинциальным? Так мы и есть провинция. Всегда на подхвате, самостоятельности никакой, только самодеятельность. Танцы, в основном, вокруг вас, столичных штучек…
Солнце прямо в глаза, в нос залетела щекотка, сдержать чих невозможно.
– …То-то я… – ворчу несвязное, пытаясь сообразить, в какой из карманов засунул платок.
Исключительно для себя ворчу, потому что рядом уже никого нет. Пожилая женщина в седых кудряшках а-ля фея дефилирует с мальцом по центру аллеи. Бабушка с внуком. Не воспитательница. За деньги прогулкам с детьми так не радуются. Если кто-либо попадется им навстречу, шагающий по-хозяйски и тоже по центру, эта парочка стушуется и уступит. В этом у меня нет сомнений. В женщине чувствуется благовоспитанность и такт. Не пародия, оригинал. Вымирающая школа. Для нее уступать привычно, тут уж ничего не попишешь. А вот мальчику обходительность в жизни, что
Замечаю, как женщина при каждом шаге задевает левым локтем правое ухо мальчишки. Оба они не испытывают никаких неудобств, а может быть, притерпелся парень, привык. Наверное, часто ходят вместе. Я желаю мальчишке поскорее перерасти ухом локоть. В противном случае симметрии может быть нанесен непоправимый ущерб. Без причин тру мочку своего правого уха. В нем отзывается: «Про собачку я приврала. Чистая, поверь, случайность».
Оглядываюсь для проформы, знаю, что ни ботильонов, ни того, что над ними, за спиной не найду.
«Случайность?»
Если ирония – музыкальная фраза, то по задумке она должна была прозвучать фортиссимо. По-моему, мне это удалось.
«Сам как думаешь?»
Да, иронией судьбу не смутишь.
«Судьбы так часто лживы…» – я упорствую в несерьезности.
«Бывает».
«Учту. Прости, прямо извелся весь, это и есть знаменитые лабутены?»
«Увы. Просила настоящие, но мне сказали, что пока не по рангу».
«Не судьба».
«Совсем запамятовала, смутил девушку. Чего ты хочешь?»
«Это приглашение попросить у судьбы?»
«В каком-то смысле…»
«Ну не знаю… Доверия, любви, независимости…»
«Любовь и независимость… Да ты мечтатель. И фантазер».
«Возможно, это и есть моя судьба? Кто лучше тебя может об этом знать?»
«Что ж…»
«Это было о чем?»
«Обо всем сразу. Послушай, а о чем ты тайно мечтал… Прости, мечтаешь? Сколько я не пыталась разобраться, так и не смогла. Вы ведь мечтаете о том, что судьбами не предопределено».
«Всю жизнь мечтал?»
«Положим, всю… Хотя, мне ли не знать, что ты прямо сейчас «всежизненную» мечту придумываешь. Напрягаешься: что бы такое посмешнее выдумать».
«Родиться в семье миллиардера».
«Ха-ха. Удовлетворен публикой? Блестящая, кстати, эпитафия: «Всю жизнь мечтал родиться в семье миллиардера». Надгробный камень просто расцветет от таких слов. А ты у меня забавный!»
«Для тебя это новость? Не прикидывайся. Или мне неликвид подсунули? А может, вообще с чужого плеча?»
«Ты последний, у кого есть повод пожаловаться. И уж точно не на меня».
«Я в курсе. Я и не собирался. Извини. Собаку покорми. Приблудного».
«Как скажешь. Да… Вылетело из головы спросить: как ты вообще-то?»
«Похоже, я в полной… заднице. Что-нибудь посоветуешь?»
«Сделай селфи».
«Ты тоже забавная».
«А то! Пиши, давай, своего “Наследника”».
«Нашего».
«Надейся. И не забывай самую главную заповедь».
«Какую именно?»
«Ту, что таинственным образом исчезла из Ветхого Завета: “Не облажайся!” Да… Спасибо, что судилище не устроил».