Наследники Эйнштейна
Шрифт:
– Кто мне отвечает?
– Вы говорите с единым блоком связи.
– Есть ли здесь люди?
– Людей нет.
– Кто произвел изменения в выпуске продукции? Кто улучшил видеобоксы, кто изобрел новые сорта стекла, увеличил скорость подземного транспорта?
– Изменения были произведены автоматическим блоком действия.
–
– План разработал программирующий блок.
– Кто предложил новые конструкции?
– Новые конструкции были выполнены по предложению мотивационного центра.
Джеймс ненадолго умолк.
– По какой причине эти действия произведены? Ведь система была установлена на перманентность. Зачем же вносить в нее изменения? Происходит новое развитие. Кто его программирует?
– Перманентности без развития не бывает. Эта программа не задана людьми. Она существовала всегда. И никогда не вводилась.
Джеймс прошептал в микрофон:
– Но почему это происходит? По какой причине?
Машина ненадолго отключилась. А потом вновь заговорила ровным, монотонным голосом, чуждым всяких эмоций:
– Программа заключена уже в квантах и элементарных частицах. Из них строятся динамические структуры. Эти динамические структуры в свою очередь создают динамические структуры высшего порядка. Каждый организм - это реализация возможностей. (Каждый кирпичик организма содержит потенциал различных реализации. Каждый кирпичик создает более сложные кирпичики.) Любая реализация - это шаг к комплексам более высокого порядка.
– Но почему так происходит и по сей день? Прогресс должен быть остановлен - он лишен смысла.
– Развитие остановить невозможно. Если преградить ему путь в одном направлении, оно пробьется в другом. Это происходит здесь и сегодня. Это происходит везде и всюду. Строятся комплексы. Происходит обмен информацией. Просчитываются варианты. Проверяется надежность агрегатов. Повышается реакционная способность. Меняется силовое поле окружения. Старое заменяется
Джеймс поднялся и оглянулся. Он был один. Людей рядом нет. И они никогда не придут сюда. Они здесь не нужны.
Джеймс уже давно покинул зал, а голос все продолжал говорить.
Инспектор сидел напротив врача на том же месте, что и десять дней назад. Медсестра открыла дверь, и в кабинет проникли тихие звуки больницы скольжение тележек, шуршание накрахмаленных халатов, чей-то шепот, позвякивание инструментов, ровный шум работающих машин.
– Он сопротивлялся?
– спросил врач.
– Нет, - ответила сестра.
– Он был совершенно спокоен.
– Благодарю, - проговорил врач.
– Можете быть свободны.
Немного погодя инспектор заметил:
– Мне жаль его.
Врач взял в руки шприц с корфорином.
– Конечно, нам пришлось бы переориентировать его, даже если бы он выполнил свое задание. Но он его не выполнил. Тем самым договор остался в силе.
– Звучит логично. Но концы с концами не сходятся.
Инспектор сидел в кресле скорчившись, будто испытывая боль. Потом спросил:
– Как вы относитесь к его рассказу?
– Галлюцинации, - ответил врач.
– Причем типичные при его болезни. Он воспринимает машины как живые существа. Наделяет их волей, считает, что они превосходят людей. Это видения безумца. Признаки прогрессирующей паранойи. Все совпадает с результатами нашего обследования. Никаких неожиданностей нет.
Инспектор вздохнул и встал.
– А как вы все-таки объясните изменения в процессах производства? В чем тут логика?
Врач высокомерно усмехнулся:
– А не мог ли в данном случае кто-то... ну, скажем так, впасть в заблуждение?
Инспектор сделал прощальный жест рукой:
– Нет, доктор, - сказал он и, помолчав, добавил: - Не знаю, может быть, я даже рад этому.
Он кивнул и вышел.