Шрифт:
Знакомство с маглами
— Трисси, малышка, ну зачем ты ударила Сириуса?
— Мама! Он опять обзывал меня сквибом!
Девочка тяжело и взволнованно дышала. Щеки ее рдели гневным румянцем, милейшее платье из темно-синего бархата было порвано в трех местах, а внушительная копна черных кудрей, старательно собранная матерью в прическу еще утром, теперь дерзко и неопрятно торчала во все стороны, выбиваясь из многочисленных заколок и наводя на одну единственную мысль о том, что
– А еще он сказал… — девочка вся подалась вперед и заговорила тихо-тихо, будто опасаясь, что кто-то услышит, хотя в комнате кроме них двоих никого не было. — А еще он сказал, что мне не придет письмо из Хогвартса, и меня отправят в специальную тюрьму для сквибов!
Мать посмотрела на нее, недовольно поджав губы, и вдруг ни с того ни с сего звонко рассмеялась, заставив дочку вздрогнуть и отпрянуть.
— Какие глупости, Трисси! — воскликнула она, все еще улыбаясь. — Ты же знаешь, что этот мальчишка постоянно тебя обманывает! Но вместо того чтобы не обращать на него внимания, ты лезешь в драку точно последний магл!
Такое нелицеприятное сравнение из материнских уст звучало унизительно и заставило девочку обиженно нахмуриться.
— И потом, — продолжала мама, перебирая пальцами волшебную палочку, точно не зная, с чего начать исправление внешнего облика своего ребенка, и подлежит ли этот облик исправлению вообще, — как ты можешь обижаться на всю эту чушь? Ты ведь прекрасно знаешь, что ты волшебница!
— Но когда я уже смогу колдовать? — еще сильнее взволновалась девочка. — Ведь мне уже девять! До Хогвартса осталось всего два года. А вдруг моя сила не успеет проявиться? Тогда меня не возьмут?
— Ну что за ерунду ты мелешь, Трисси! — ответила мать с раздражением.
Она уже закончила приводить в порядок платье и прическу дочери, добилась не слишком заметных результатов и теперь встала с кресла с намерением вернуться в гостиную, где несколько минут назад между двоюродными братом и сестрой произошел тот самый инцидент, вследствие которого их пришлось разнять и развести по разным комнатам. Опять.
— Многие начинают творить свое первое волшебство только в девять — десять лет, — нехотя продолжала она объяснять, подталкивая дочку к двери.
Было очевидно, что эта тема поднимается уже не впервые, и мать устала раз за разом повторять одно и то же.
Едва они успели выйти в коридор, как тут же наткнулись на отца, направлявшегося им навстречу.
— Ну что, Сигнус? С Сириусом все в порядке, я надеюсь? — с умеренным беспокойством поинтересовалась мать.
— Да что ему будет? — махнул он рукой. — Так, синяк. Даже к магии не пришлось прибегать. Ну разве наша малышка может серьезно кому-то навредить? — отец ласково потрепал дочку по щеке, хотя весь ее вид свидетельствовал о том, что мочь-то она, вероятно, и не может, но зато очень даже желает.
Сириус и его родители стояли в противоположном углу гостиной.
Едва заметив ее, он набрал в легкие побольше воздуха и что было силы выкрикнул:
— А Беллатриса — крыса! — и тут же сам покатился со смеху.
Его озорные черные глаза горели и прямо-таки вонзались в девочку, отчаянно требуя ответной реакции.
— Сириус, прекрати! — гневно вскрикнула Вальбурга. — Не смей так ее называть, да еще в присутствии четверых взрослых!
— К-Р-Ы-С-А! — отчетливо показал Сириус одними губами, насмешливо глядя на сестру.
— Сам такой! — взбешенно взвизгнула она.
— А-ха-хах! — громче прежнего хохотал Сириус. — Да ты даже обзываться нормально не умеешь! Ну точно — сквиб!
— Когда у меня будет волшебная палочка, я тебе покажу! — в конце фразы голос девочки истерично сорвался, что вызвало у оппонента еще больше веселья.
— Палочка? У тебя? — насмехался он. — Зачем тебе палочка? Будешь в магловской школе пугать одноклассников и говорить им, что ты ведьма?
— Сириус! Немедленно прекрати! — вдруг вмешался его отец.
До сих пор этот элегантного вида мужчина с благородной проседью на правом виске стоял у камина, старательно набивая табаком свою трубку, и, кажется, не обращал ни малейшего внимания на происходящие у него перед носом разборки.
– Нам с матерью стыдно за тебя, — проговорил он, сокрушенно качая головой и делая несколько шагов навстречу семейству.
Взглянув на циферблат старинных золотых часов, секунду назад извлеченных из нагрудного кармана, он прибавил:
— Мы и не заметили, что уже так поздно. Пора возвращаться домой. Сигнус, Элла, может, вы с дочерьми заглянете к нам на следующей неделе?
— Да, конечно, — учтиво отозвался хозяин дома, не намереваясь задерживать семью своего брата подольше.
— Непременно! — широко улыбаясь, отозвалась Друэлла, мертвой хваткой вцепившись в плечи дочери, крайне обеспокоенная характером ее переглядываний с кузеном.
— А куда подевался Регулус? — вдруг всполошилась Вальбурга. — Регулус! Нам пора! Мы уходим! — громким неприятным голосом закричала она, обращаясь куда-то вглубь дома.
— По-моему, Ориону и Вальбурге нужно серьезно заняться воспитанием Сириуса, пока еще не поздно, — покачала головой Друэлла, когда все четверо гостей покинули их дом посредством камина.
— Да перестань, Элла, — отмахнулся Сигнус, зажмурив глаза и взявшись пальцами за переносицу, — он просто еще мальчишка.
— Да? — не унималась супруга. — Но не забывай, что он учится в Гриффиндоре. Это ли не первый тревожный звонок?