Наступление тьмы

Женщина вскрикивала с каждой схваткой. Демон снаружи, завывая, царапал стены. Он ревел словно раненый слон и бился в дверь. Дерево стонало. Лекарь с лицом мертвеца, истекая потом, трясся, как угодивший в капкан кролик.

– Приступай! – рявкнул отец ребенка.

– Но, Повелитель…

– Живо!

Демонская осада, по-видимому, никак не действовала на Ну Ли Хси. Он отказывался признать даже малейшую возможность

страха у себя или у тех, кто служил ему. Будущий повелитель всего Шинсан не смеет позволить себе поступков, которые тервола могли бы принять за проявление слабости.

Но лекарь все тянул время. Он знал, что попал в ловушку и победить не может. Демон продолжал сотрясать колдовской щит, защищающий операционную. В самой же палате его властелин пребывал в ярости: мать никак не могла разродиться. Ребенок был слишком велик. Лекарь был дружен с этой женщиной. Он боялся, что операцию ей не пережить. Помогать при операции позволено только его дочери. Ни один четырнадцатилетний ребенок не в силах перенести подобное.

И что хуже всего, в комнате находились свидетели. Два тервола стояли, прислонившись к стене. Эти чародеи-военачальники, командующие армиями Шинсана – аристократия страны, – с нетерпением ждали результата экспериментов принца-дракона.

Цель эксперимента – получить ребенка, способного вырасти в супермогучего, суперумелого воина, прекрасно соображающего, но не способного стать самостоятельной личностью. И не подвластного магии, с помощью которой враги получают контроль над солдатами противника.

– Начинай резать, – негромко произнес Ну Ли Хси, и в его тоне прозвучало недоговоренное «а не то…». Вслух же он закончил: – …пока мой братец не придумал чего-нибудь новенького.

Вот уже тысячу лет Ну Ли Хси и его брат-близнец Ио Хси вели борьбу за власть над Шинсаном. Борьба началась в тот самый момент, когда они убили своего отца Туан Хоа – основателя Шинсана.

– Скальпель! – еле слышно произнес лекарь. Он еще раз осмотрел тесное помещение. Тервола, в масках и мантиях, походили на изваяния. У Ну Ли Хси двигались только зрачки. На нем маски не было. Принцам-магам нет необходимости скрывать лица. Лекарь видел, что повелитель все еще кипит от гнева. Он понял, что принц-дракон опасается провала. Это была одиннадцатая попытка принца использовать свое собственное семя, и ей предшествовали десять неудач. Неудачи бросали тень на его детородные способности… Лекарь вскрыл женщине живот.

Полчаса спустя он уже держал в руках ребенка. Этот по крайней мере остался жив и даже оказался мальчиком. Ну Ли Хси подошел ближе.

– Его рука. Она не сформировалась. И ступня…

Теперь им овладел гнев иного рода, гораздо более опасный. Гнев, вызванный очередным провалом. Что толку от супервоина без руки, способной нести щит, и с культей вместо ступни?

Снаружи снова раздался рев раненого слона. Стены здания дрогнули. Посыпалась пыль. Пламя свечей и факелов заколебалось. Стены вот-вот могли рухнуть. Дверь стонала под ударами. Щепки летели во все стороны.

На лице Ну Ли Хси впервые промелькнула тень озабоченности.

– А зверь, однако,

настойчив, – сказал он и, обращаясь к тервола, спросил: – Накормлен?

Те утвердительно кивнули.

Тервола, по могуществу уступающие лишь принцам, редко вмешивались в семейные свары соправителей Шинсана. Однако, если монстр прорвется через магические барьеры, он не станет разбирать, кто за принца-дракона, кто – за принца-демона, а кто – нейтрален. Но Хси придется заплатить оставшимся в живых тервола и принести извинения за то, что их коллеги случайно оказались в гуще схватки.

Принц-дракон обнажил золотой кинжал. По всей его длине были инкрустированы руны из черного янтаря. Тервола взяли женщину за руки и за ноги, а Ну Ли Хси вонзил кинжал ей в грудь и одним движением вырезал кусок плоти. Запустив руку в рану, он привычным движением вырвал еще трепещущее сердце. Кровь текла по поднятой руке, заливая одежду.

Крики дочери лекаря заменили вопль жертвы.

Снаружи неожиданно наступила мертвая тишина. Чудовище было умиротворено.

Те, кто не находился в помещении, не догадались бы, что оно вообще здесь присутствовало. Щит, ограждающий стены, не был барьером для реалий этого мира и скрывал от посторонних глаз лишь проявления Внешнего Пространства.

– Что ж, – с отрешенным вздохом произнес Ну Ли Хси, – будем пытаться снова и снова. На бумаге всё получается… – добавил он, направляясь к выходу.

– Повелитель! – воскликнул лекарь.

– Что?

– Что делать с ними? – Он указал на женщину и ребенка. Это был первый случай, когда младенец остался жив.

– Избавься от них.

– Но он – ваш сын… – Слова потонули в ярости Властителя.

Лекарь увидел глаза принца-дракона. Это был безжалостный взгляд змеи.

– Хорошо, – пролепетал врач, – я все сделаю…

– Смотри не забудь.

Как только принц-дракон вышел, дочь лекаря прошептала:

– Отец, ты не можешь…

– Я должен. Ты же слышала его.

– Но…

– У тебя есть иной вариант?

Вариант у неё был. Она сама была ребенком Империи Ужаса, но ей едва исполнилось четырнадцать, и она страдала всеми недостатками юности. По правде говоря, она уже совершила одну глупость. Дело в том, что она была беременна.

И этой ночью она совершила вторую ошибку. И ошибка эта окажется куда ужаснее. её последствия ощутят на себе многие поколения.

Ночью она бежала вместе с новорожденным.

В течение часа шесть человек один за другим спустились в комнату, скрытую внизу под трактиром «Желтоглазый дракон». В верхнем помещении никому не было известно, кто эти люди. Они являлись в самой обычной одежде, с открытыми лицами. Черные мантии и украшенные драгоценными камнями маски животных пришельцы надевали лишь у начала лестницы, ведущей в подвал.

Даже Лин Фенгу, владельцу «Дракона», не было известно, кто проводит встречу в его заведении. Он знал лишь одно: ему хорошо заплатили. И еще: он должен обеспечить каждому гостю десять минут одиночества, прежде чем очередной участник встречи войдет в промежуточную комнату.