Навечно
Шрифт:
– Я уезжаю, Оля будь умницей. Я не хочу больше разгребать скандалы с репортерами. – Его голос был строг, и не было даже намека на улыбку.
Конечно, он уже знал о статьях. Эта новость была первой сенсацией на этот город. Правда, в газете не печатали моего имени. Но для отца это не имело никакой разницы. Он знал, что это была я, и был крайне этим не доволен.
– Пап, никто же не знает, что это была я.
– А о той девушке ты подумала? Ты ведь не первый год сталкиваешься с этим.
– Я обещаю, такого больше не будет.
–
Он хотел сесть в машину, но остановился.
– Кстати, чуть не забыл, не разрушь дом снова, как в прошлый раз, а то он восстановлению не подлежал, и теперь служит нам гаражом.
– Папа, это было в 9 классе. – Возмутилась я.
Он засмеялся.
– А куда ты уезжаешь?
– По делам надо. Но я скоро вернусь, не скучай и помни, что крушить дом нельзя. – Он снова засмеялся, потом сел в машину и уехал. Я проводила его взглядом и поехала в академию. Сегодня я была не так беспомощна. Но едва я зашла в здание, как Саша отвел меня в сторону, где никто не мог услышать нашего разговора.
– Привет, красавица. Помнишь наших друзей на берегу залива?
– Привет. Они снова пишут статью?
– Да. Смотри.
Он протянул мне газету. Фото девушки было размещено на первой полосе, около красного старенького форда. Я скорее нашла статью:
«Вчера вечером сын знаменитого миллионера Бураева Алексея Романовича, Александр Бураев, привел в дом Олесю Николаеву, дочь некогда потрясающей актрисы, Елены Николаевой. Они тайно поженились в местной церкви ночью. Это было очень романтично. Кажется, скоро можно будет говорить о детях, поскольку их роман стремительно набирает обороты…».
– Интересно. Я уже подумываю сменить имя. – Засмеялась я.
– Тебя это забавляет? А я ведь даже не знаю эту девушку. – Улыбаясь, ответил он.
– Я тоже.
Мы стали подниматься в кабинет.
– Даже удивительно, откуда репортеры взяли эту девушку. – Спрашивал Саша.
– Мне кажется, они просто ее выдумали. Им же нужно было что-то писать.
– Такую актрису я знаю, у нее действительно есть дочь. Но я бы не сказал, что она похожа на тебя, разве что цветом волос. Хотя, я давно не видел ее.
– Тебя волнует, что написали про тебя и девушку из небогатой семьи? Или то, что в газете не написали про меня?
– Конечно, что не написали про тебя. Я бы не отказался, если бы это звучало, как: «Александр Бураев встречается с еще никому не известной девушкой. Они шикарно смотрятся вместе» и все тому подобное.
Мы вошли в кабинет. Учебный день начинался. Казалось, никто не читал тут газет. Да и вряд ли когда то видел, как они выглядят. Поэтому никто не обсуждал эту новость. На одном из перерывов, Люба пыталась поднять эту тему с подругой, но она быстро сошла на «нет». В этой среде встреча богатого парня с бедной девушкой не было сенсацией. И обсуждать тут было нечего. Кажется, в этот раз меня обошла стороной грозовая туча под именем «сенсация». Зато Саша становился все чернее тучи с каждой статьей.
–
– Папа беситься. Он пытается заткнуть их, но, сама понимаешь, пока не будет новой сенсации, они продолжат это делать.
– Тогда нужно им подкинуть новую сенсацию.
– Какую? Снова выступить на камеры?
– Мелко мыслишь.
Я давно заметила, что Люба очень хотела внимания к своей персоне. Она его получит сполна.
– Дай мне газету. – Попросила я.
– Зачем?
– Узнаешь. Ты будешь руки мне целовать. – Улыбнулась я.
Я набрала номер редакции. Мне ответили после бесконечного ожидания.
– Здравствуйте. – Шепотом начала я. – Я звоню вам сообщить по особому секрету. Максимова Любовь Витальевна, дочь известного бизнесмена Максимова Юрия Евгеньевича, вчера сделала себе пластику носа. А еще недавно она разошлась со своим молодым человеком, известным актером, сами знаете с кем. Говорят, он ее сам бросил из-за татуировки на пекантном месте.
– А кто вы?
Но я бросила трубку. Саша смотрел на меня огромными глазами.
– Ты гений.
Я засмеялась.
– Серьезно. Ты гений.
Он принялся целовать мне руки. От этого я еще больше засмеялась. Люди начали на нас ошарашенно коситься. Но нам было все равно.
Следующей лекцией у нас было «хозяйственное право». Семинар. С ним я не дружила и вообще не понимала данный предмет. Я старалась сидеть ниже травы тише воды, но преподаватель все равно обратила внимание на меня. Она была старой и дотошной женщиной.
– Итак, Ольга. Я вас слушаю. – Спросила она меня.
Ну почему именно меня? И вообще, что она спросила?
– Инна Петровна, объясните, пожалуйста, прошлую задачу, я не совсем понял, почему суд все-таки выиграл Петр?
– Надо было слушать. Но если тебе действительно это интересно…
Она провалилась в долгий рассказ, не упустив, при этом, какие мы все бестолковые. Я села на место и глазами поблагодарила друга, он в ответ подмигнул мне и повернулся к преподавательнице, которая до сих пор рассказывала. После семинара мы с Сашей стояли на парковке и разговаривали.
– Спасибо, что спас меня на хозправе. – Поблагодарила я.
– Проехали. Если хочешь, могу поднатаскать тебя.
– Было бы не плохо.
Тут я увидела около академии своего парня - Андрея. Он неделю не брал трубку, а тут явился, или мне кажется? Я начала пробираться к нему, напоследок бросив Саше «пока», но он куда то неожиданно исчез. Теперь сомнений не было, это был точно он. Я стала осматривать всю стоянку, но его нигде не было. Я услышала шум шин и повернула голову. Он выезжал со стоянки. Я быстро села в свою машину и поехала за ним, но тут мне перегородила дорогу машина. Я сигналила ей, ругалась, но всё без толку. Когда, наконец, этот придурок отъехал, я смогла выехать, но на дороге естественно никого уже не было.