Навигатор

Касслер Клайв

— И таким образом оказываются в большом круге оживленного судоходства, — подытожил Остин.

— Вы неплохо подготовились к этому плаванию, — похвалил его Доу с легкой ухмылкой. — Совершенно верно, и именно здесь начинаются наши проблемы. По этому коридору проходит большая часть судов, курсирующих между Канадой, Соединенными Штатами и Европой. Разумеется, судоходные компании стремятся к тому, чтобы их морские линии были как можно короче и соответственно экономически выгоднее. Поэтому все суда проходят в непосредственной близости

от хорошо известной зоны айсбергов, огибая ее с юга.

— Именно здесь «Титаник» повстречался со своим «неизвестным» айсбергом, — заметил Остин.

Улыбка исчезла с лица капитана Доу.

— Да, о судьбе «Титаника» в этих широтах нужно вспоминать как можно чаще. Он постоянно напоминает о том, что плохое управление судном в подобных условиях может выписать нам билет в один конец — к месту гибели Дэйви Джонса. «Титаник» покоится неподалеку от Гранд-Бэнкс, в месте пересечения Лабрадорского течения с Гольфстримом. Разница температур воды составляет там примерно двадцать градусов, что создает совершенно непроглядный туман. Как в густом лесу. Да и морские течения доставляют немало хлопот.

— От таких проблем у вас, вероятно, волосы на голове дыбом встают, — сочувственно заметил Остин.

— Да уж… Ледяная гора может бродить по океанским просторам, как пьяница после изрядной выпивки в кабаке. Североатлантические айсберги считаются самыми быстрыми в мире и продвигаются со скоростью не менее семи узлов в час. К счастью, у нас здесь немало помощников. Воздушные суда Международной патрульной службы по наблюдению за дрейфующими льдами совершают регулярные облеты этого района, а проходящие мимо суда тоже помечают местонахождение ледяных глыб. Да и наш «Эриксон» тесно сотрудничает с небольшим воздушным флотом самолетов-разведчиков, услуги которых оплачивают многочисленные нефтяные и газовые компании.

— А как вы с ними справляетесь? — поинтересовался Завала.

— Обычно мы используем мощные водяные пушки, чтобы отогнать айсберги в сторону от судоходного пути. Однако этот метод помогает только в случае с довольно небольшими айсбергами — размером примерно с рояль. К сожалению, у нас нет настолько мощных пушек, чтобы отогнать в сторону ледяную громадину весом пятьсот тысяч тонн. Единственный выход заключается в том, чтобы отбуксировать их в более теплые воды, но на это уходит уйма времени.

— Сколько айсбергов вам удается заарканить таким образом? — спросил Остин.

— Только те, которые направляются в сторону нефтяных и газовых месторождений, то есть две-три дюжины. Как только наше судно получает информацию о продвижении айсберга, мы сразу же направляемся к нему. Буровая вышка мирового класса стоимостью пять миллиардов долларов просто не имеет такой возможности. Конечно, буровая платформа может перемещаться, но для этого обычно требуется немало времени. Несколько лет назад уже произошло такое столкновение. Ледяную глыбу не успели засечь до тех пор, пока она не приблизилась к платформе

на расстояние шести миль. Было уже слишком поздно буксировать ее подальше от буровой вышки. Танкерам удалось в самый последний момент оттолкнуть айсберг от вышки, но он налетел на платформу и повредил ее.

— Непонятно, как айсберг мог подойти близко при такой сложной системе наблюдения, — заметил Остин.

— Как я уже сказал, курс айсберга может быстро меняться в зависимости от его размера, формы и направления ветра. В тот раз он проскользнул мимо нас, пока мы следили за более крупным айсбергом, который на какое-то время скрылся в пелене тумана. Я назвал его горой Моби.

— Ну что ж, будем надеяться, что мы не уподобимся капитану Ахабу, преследующему белых китов, — пошутил Остин.

— Я бы предпочел иметь дело с белым китом, чем с айсбергом, — ответил Доу. — Кстати, я не говорил вам, почему уроженцы Ньюфаундленда любят выходить в море зимой?

Остин и Завала переглянулись, явно удивленные таким неожиданным поворотом в разговоре.

— Потому что густой снег залепляет фотообъективы, — сказал Доу, не дожидаясь ответа, и так громко рассмеялся, что на глазах выступили слезы. По всей видимости, у этого капитана было в запасе столько шуток, характерных для коренных жителей Ньюфаундленда, что он мог долго посмеиваться над своим происхождением. Эти шутки продолжались в течение всего вечера.

Кок «Лейфа Эриксона» приготовил им ужин, которым мог бы гордиться любой пятизвездочный ресторан. Пока Остин и Завала вгрызались в ростбиф с кровью, поглощали консервированную зеленую фасоль и картофельное пюре с чесноком, обильно политое острым томатным соусом, капитан безудержно потчевал гостей доморощенными хохмами, практически полностью исчерпав весь свой репертуар. Остин и Завала по мере сил выдерживали грубоватый юмор, но наконец их терпение лопнуло, и они под благовидным предлогом удалились в свою каюту.

Когда ранним утром следующего дня они поднялись на капитанский мостик, капитан пожалел их и, не утомляя больше своими анекдотами, угостил крепким черным кофе.

— Мы быстро идем вперед, — сообщил он. — Мимо нас уже прошло несколько крупных айсбергов. Думаю, это только начало.

Капитан показал рукой на небольшой айсберг, проплывавший мимо судна на расстоянии не более полумили.

— Это самый крупный айсберг, какой мне когда-либо доводилось видеть, — признался Остин.

— Но это сущий пустяк по сравнению с теми, которые нам придется увидеть позже, — подбодрил его капитан. — Откровенно говоря, настоящим айсбергом может считаться только такая гора, которая имеет длину около пятидесяти футов и возвышается над уровнем моря не меньше чем на двадцать футов. Все, что меньше, называется куском льда или просто ледяной глыбой.

— Похоже, нам придется освоить здесь новый словарь специальных терминов, — пошутил Завала.

Доу кивнул в знак согласия.