Навигатор
Шрифт:
— И тем не менее здесь очень мило.
— Конечно, этот интерьер вряд ли достоин места в журнале «Аркитекчерел дайджест», но это самое что ни на есть удобное убежище для старого морского волка, отдыхающего душой и телом в перерывах между обременительными экспедициями. Когда я приобрел это здание, оно представляло собой развалины, но находилось на берегу реки и к тому же в непосредственной близости от Лэнгли.
Карина ухватилась за последние слова и удивленно посмотрела на хозяина.
— Вы работали в ЦРУ?
— Да, в отделе подводной разведки. В основном мои обязанности заключались в отслеживании русских судов. А когда «холодная
Несмотря на все возражения Остина, его преданность морю чувствовалась на каждом шагу и проявлялась в огромном количестве книг, заполнявших полки в его комнате, включая приключенческие романы Джозефа Конрада и Германа Мелвилла. Кроме того, там было множество томов по истории и научным исследованиям морей и океанов. При этом наиболее востребованными, судя по потрепанным страницам, были книги по философии. Карина сняла с полки одну такую.
— Аристотель. Очень сложное произведение для непосвященного читателя, — заметила она.
— Изучение великих мыслителей древности в изобилии снабжает меня полезными цитатами, которые помогают казаться умнее, чем я есть на самом деле.
— Не похоже, что вы использовали их только для подборки соответствующих цитат. Над этими книгами основательно поработали.
— Вы очень наблюдательны. Могу использовать аналогию с морским делом. Заложенная в этих страницах мудрость помогает бросить якорь в тех случаях, когда сильное течение уносит меня в неведомые края.
Карина вдруг вспомнила, каким разительным контрастом выглядят его деликатные манеры по сравнению с жесткими и хладнокровными действиями, которыми он обезвредил угрожавшего ее жизни насильника. Она вернула книгу на место и повернулась к Остину.
— Однако вы полагаетесь не только на мудрость древних, выставив над камином такую богатую коллекцию пистолетов.
— Вы быстро разоблачили мою давнюю страсть к коллекционированию оружия. Могу с гордостью заявить, что в этой коллекции находится около двухсот дуэльных пистолетов, большая часть которых хранится в водонепроницаемом подвальном помещении. Я с восхищением изучаю историю их создания, а также соответствующее искусство литья и старинные технологические приемы. А больше всего меня интересует интригующая информация, которую они могут сообщить о превратностях судьбы и силе рока в нашей жизни.
— Вы фаталист?
— Нет, я реалист, который прекрасно понимает, что не всегда может полагаться на удачу. — Остин загадочно улыбнулся. — И уж тем более в таких важных делах, как приготовление ужина. Вы, должно быть, изрядно проголодались.
— Даже если бы это было не так, то дурманящие голову запахи, которые доносятся с вашей кухни, заставляют меня поверить, что я просто умирю от голода. — Она протянула ему бутылку вина.
— «А Баролло», — посмотрел Остин оценивающим взглядом. — Я открою ее заблаговременно, чтобы вино могло немного подышать. У нас будет ужин в стиле альфреско.
Пока Остин на кухне возился с вином, Карина поднялась на палубу этого странного жилища, где уже стоял столик с небольшими масляными лампами, отбрасывавшими тусклый свет на окружающие предметы. Язычки пламени отражались в спокойной воде Потомака. С реки веяло свежестью и влагой. Остин выбрал из богатой коллекции джаза любимую пластинку и включил музыку. Над палубой и над гладью реки из мощных колонок полились мягкие звуки фортепьянной композиции Оскара Питерсона.
Остин поднялся на палубу с
— Боже мой! Где вы нашли в Штатах такие громадные трюфели?
— Я их не искал. Один мой коллега из НАПИ часто ездит в Италию по служебным делам.
Карина быстро проглотила феттучино, потом принялась за салат с грибами и сыром, также украшенный трюфелями. Эти прекрасные блюда они запивали вином, и она не могла остановиться до тех пор, пока дело не дошло до десерта.
— Просто чудесно, — сказала она, погружая ложку в мякоть вишневого торта. — Ко всем своим прочим достоинствам сегодня вы добавили замечательное качество шеф-повара.
— Grazie, [5] — вежливо поклонился Остин, приятно удивленный ее гастрономическим вкусом, но не подавший виду. Такое страстное отношение к еде, как правило, скрывало еще более страстное отношение к другим вещам, о которых он сейчас никак не мог забыть. Свой чудесный ужин они закончили небольшим количеством охлажденного лимонного ликера.
Остин пристально посмотрел на собеседницу.
— Вы никогда не рассказывали мне о том, каким образом оказались сиделкой у этой древней статуи во время ее транспортировки в Америку.
5
Спасибо (ит.).
— Это долгая история.
— У меня много времени, не говоря уже о второй бутылке ликера.
Карина весело рассмеялась и задумчиво посмотрела на водную гладь реки, собираясь с мыслями.
— Я родилась в Сиене. Мой отец был врачом и попутно увлекался археологией, посвящая все свободное время изучению культуры этрусков. Он был без ума от них.
— Его можно понять. Этруски были загадочным народом.
— К сожалению, их искусство оказалось чересчур востребованным. Еще девочкой я видела место раскопок, разворованное грабителями могил. На земле валялась рука статуи из великолепного мрамора. Позже я поступила в Миланский университет, потом окончила Лондонскую школу экономики и стала заниматься журналистикой. Мой интерес к античности вновь пробудился, когда я готовила материал для одной журнальной статьи, посвященной роли музеев и торговцев в похищении произведений искусства. Образ той мраморной руки так и остался со мной навсегда. Затем я перешла на работу в ЮНЕСКО и стала заниматься описями пропавших экспонатов. Похищение исторического достояния той или иной страны — одно из самых отвратительных преступлений, которые можно себе представить. Я поставила перед собой задачу раскрыть тайные пути такого грабежа.
— Вы очень высоко замахнулись.
— Да, я и сама это быстро поняла. Торговля крадеными антикварными вещами оказалась на третьем месте по статье о доходности после наркотиков и оружия. ООН пыталась положить конец преступной торговле посредством международных договоров, соглашений и соответствующих резолюций, но не справилась с этим вызовом. Невозможно проконтролировать и прекратить куплю-продажу каждой круглой печати или глиняной таблички.
— Однако, судя по всему, вы все же добились заметного успеха.