Навсегда их

Переводчики: Настёна (1–9 глав), Анюта (с 10 главы)

Редакторы: Анюта Б., Евгения А.

Обложка: Wolf A.

Вычитка: Иришка К.

Оформление: Евгения М.

Глава 1

— Мэг, кого-то вырвало в туалете.

Мэг Сандерс закрыла глаза и очень медленно сосчитала до десяти. Это не изменило ни слов Джоны, ни их смысла.

Но к тому времени, когда она повернулась к нему лицом, выражение на нем уже было спокойным. Немного.

— Это ты мне говоришь?…

— У меня конец рабочего дня, — он показал свой табель учёта рабочего времени. — Моя смена закончилась тридцать минут назад, если задержусь, рискую получить выговор за сверхурочные.

Если выбирать из двух зол, то уборка чужой блевотины станет наименьшей из забот Мэг.

— Ладно, иди. — Характер у босса становился совершенно несносным, когда дело доходило до сверхурочных, и они все научились избегать превышения отведённых часов, если это было возможно. Джона — порядочный парень, и она не хотела бы подставлять его. — Я все решу.

Звонок об окончании рабочего дня уже прозвучал, и все огни были зажжены. Если последние четверо посетителей не выйдут в ближайшее время сами, ей придется вызвать такси и вышвырнуть их на обочину.

К счастью, до этого не дошло. Джона направился к выходу, а она, должно быть, выглядела и чувствовала себя такой разбитой, что он выпроводил всех гостей и подождал, когда Мэг закроет дверь, прежде чем направиться к своей машине.

Да, Джона — хороший парень.

Он даже слегка покраснел, когда пригласил её на свидание несколько недель назад, и хорошо воспринял её отказ. Она могла бы сослаться на свой безумный рабочий график, который станет ещё более безумным, когда возобновится учёба осенью, но правда была еще более жалкой.

Разве можно сравнивать Джону с принцем и его телохранителем?

То, что должно было стать единственной ночью, воплощенной самыми грязными ее фантазиями, превратилось в клише, с которым она рисковала сравнивать все свои будущие отношения. Не то чтобы она могла назвать отношениями встречу в клубе в свой двадцать третий день рождения и возвращение домой с двумя парнями для самой сексуальной ночи в её жизни. Удивительный секс был просто сексом.

Даже если Мэг начинала подозревать, что это разрушило её жизнь.

Бесполезно думать об этом сейчас.

Они уехали. Они больше никогда не позвонят.

Это ты улизнула, не попрощавшись. Вероятно, они поняли намёк.

Мэг тихо рассмеялась над абсурдностью своих мыслей. Она нашла ведро для швабры, подтащила его к раковине и плеснула немного жидкого мыла в бурлящую воду. Легче сосредоточиться на своей уязвлённой гордости, чем на денежном долге, от которого она никак не могла избавиться. Крайний срок оплаты её осеннего обучения был на этой неделе, и она совсем не смирилась с тем фактом, что после всех часов, чаевых и даже второй работы ей всё ещё не хватало нужной суммы.

Серьёзно не хватало.

Целых две тысячи долларов.

По большому счету не так уж много денег,

но с везением Мэг она бы их на Луне не заработала. Девушка была в таком безвыходном положении, что заполнила пару заявок на кредиты, но они так и остались лежать на её столе дома, неотправленные. Они были лишь временным решением проблемы. Осеннее обучение превратится в весеннее, и даже если ей удастся наскрести денег на этот раз, в следующий — не получится. Лучше просто изящно откланяться и остаться без диплома.

Но и эту анкету она не заполнила.

Мэг застыла на месте, не в силах двинуться ни вперёд, ни назад. Если она бросит учёбу, то будет ничем не лучше той, кем всегда называла её мать: неудачница, обречённая идти по стопам своей семьи. Бедность преследовала её. И сложный выбор: выйти замуж или вернуться в лоно семьи. Непосильное бремя задолженности, из которого она никогда не сможет выбраться. Работа, медленно высасывающая из её жизни все радости.

Она не могла этого сделать.

Не могла вернуться в этот маленький городок, в этот грязный трейлер и встретиться лицом к лицу с семьёй, которой она показала средний палец, когда ей исполнилось восемнадцать и она окончила школу с отличием. Мэг слишком много работала, чтобы хоть как-то изменить свою жизнь.

За исключением сегодняшнего момента.

Убирает чужую блевотину.

Она покатила ведро по тёмному коридору к паре туалетных комнат, расположенных у задней двери. Бар был похож на бесчисленное множество других баров, разбросанных по всей стране. Свет слишком тусклый, полы слишком липкие, алкоголь слишком дешёвый. Но это место было для неё вторым домом. Она любила большинство людей, с которыми работала, и если её босс был в некотором роде мудаком, что ж, в стаде всегда есть одна паршивая овца.

Мэг медленно, глубоко вздохнула и толкнула первую дверь. Запах рвоты заставил её отступить на шаг, но она справилась с собой. Просто покончи с этим и можешь идти домой. Домой, в свою крошечную квартирку, заставленную подержанной мебелью. Смотреть было не на что, но она принадлежала ей, и она любила её. Между ней и жёсткой кроватью была только эта грязная уборная, и будь она проклята, если позволит зловонию, пропитавшему воздух, одержать верх.

Она принялась за работу.

Отвратительную работу, если честно.

Из-за промедления Джоны беспорядок высох. Когда дверь за её спиной распахнулась, Мэг, проклиная чей-то раздраженный желудок, скребла шваброй что-то похожее на расплавленную сахарную вату и кукурузу. Никогда больше не ешь ни того, ни другого. Она даже не осознавала, что больше не одна, пока в туалете не прокатился мужской смешок.

Подпрыгнув и замахнувшись шваброй, она обернулась и чуть не… Мэг замерла. Вот оно. Она окончательно растеряла остатки разума, потому что галлюцинация, вызванная усталостью, была единственным объяснением его присутствия здесь. Она моргнула, потом снова моргнула. Но он не исчез.