Навсегда
Шрифт:
А сегодня вёл себя так спокойно и безразлично, что это сбивает с толку.
Было бы проще точно знать, что ему нужно.
Впрочем… Зачем об этом думать? Скорее всего, Мэтт просто искушён в том, что касается женщин. Я не раз слышала о таких мужчинах. Говорили, они так искусно изображали любовь, что было сложно винить их жертв в распутном поведении.
Видимо, Мэтт из таких. И всё это стремление ко мне было не больше, чем притворство — чтобы воспользоваться наивной и неопытной дурочкой, которая сама залезла к нему в постель.
Конечно,
Что со всем этим делать, разберусь потом. Сейчас главное — всеми силами добиться освобождения отчима из тюрьмы.
Глава 7. Сиенна
Время сокращается издевательски быстро. По крайней мере, сейчас кажется, что это именно так. Ведь я всё никак не могу решить, что делать.
А часы словно насмехаются, подталкивая поскорее определиться. Они неумолимо приближают время, которое становится для меня чуть ли не роковым.
Я уже давно взвесила все «за» и «против». Казалось, всё очевидно.
Единственное «за» — желание узнать подробности дела. А это я, если что, могу потребовать прямо в доме, на глазах у матери. При ней Мэтт вряд ли будет назначать сомнительные встречи. И пусть мама не поймёт такую мою подозрительность — это наименьшая из возможных проблем.
А «против» не в пример множество. Непредсказуемость Мэтта, его опасность, неприличие этой встречи; отсутствие гарантий, что там я получу ясность. И большой риск вляпаться в неприятности. Ведь непонятно, почему Мэтт решил позвать меня по этому адресу. Если бы оставался так уж равнодушен ко мне, мог дать материалы сразу — чтобы отвязалась.
Это я понимаю неожиданно, обдумывая ситуацию. И, конечно, с этим осознанием сразу запрещаю себе продолжать сомневаться.
Но почему-то, когда время приближается к пяти, я, сказав, что пойду к Эндрю (тот живёт в соседнем доме) направляюсь к уже заученному адресу. Навстречу неизвестности. Я никак не могу объяснить себе этот поступок. Даже и не пытаюсь.
На протяжении всей поездки сердце то неугомонно стучит, то затихает, сокращаясь. В то время как мои мысли витают в далёком от Мэтта направлении. Проще не думать о возможных последствиях и просто ехать, раз уж решилась. Но в подсознании, видимо, остаётся волнение — я не могу успокоиться.
Приезжаю почти вовремя — остаётся восемь минут.
Спешившись на будто ватных ногах, я неуверенно подхожу к особняку. Частный дом, не постоялый.
С одной стороны — это хорошо. Значит, никто из знакомых или сплетников высшего общества не заметит меня тут. Не будет лишних слухов, почему я, будучи почти замужней, захожу в комнату к какому-то мужчине, да ещё одна.
Но с другой — прийти в, судя по всему, дом Мэтта — очень непредсказуемое и даже пугающее
Уже дойдя до порога, останавливаюсь. Тревога возрастает, почти превращается в панику. Ноги начинают дрожать и ощутимо слабеют.
Какого чёрта я вообще здесь делаю?!
Хорошо, что у Мэтта нет слуг. Было бы очень некстати, если бы меня уже заметил дворецкий. А так… Я пока ничем не выдала себя. У меня остаётся возможность уйти.
Стремительно разворачиваюсь. Вроде бы успокоившееся сердце тут же пускается в ускоренный бег. Впрочем, то же самое собираюсь сделать и я.
Уже подбираю юбки и двигаюсь вперёд… Когда вдруг натыкаюсь прямо на Мэтта. Врезаюсь в его грудь.
Он слегка придерживает меня, не позволяя удариться.
Я опускаю юбки. Нет смысла пытаться сбежать сейчас, из его рук, когда меня уже поймали.
Кстати, как?..
Хмурюсь этой мысли. Всю дорогу я оглядывалась, боясь быть застуканной. Если бы за мной кто-то шёл — я точно заметила бы. Ни один человек на свете не мог так быстро оказаться у меня за спиной, как это сделал Мэтт. Он точно не преследовал меня.
Поняв это, мелко дрожу. Словно сквозь туман вижу, что Мэтт выпускает меня из рук, будто причина моего состояния в его прикосновениях. Впрочем… Без них и вправду немного проще.
Машинально поднимаю на него взгляд. Ответный окончательно обескураживает.
Мэтт теперь совсем не кажется равнодушным. Ни следа от вчерашней отчуждённости.
Он смотрит с такой теплотой, что это необъяснимым образом непроизвольно притягивает меня к нему. Даже вопреки всему, что я уже знаю о нём. Я, наверное, никогда не разгадаю, что за тайны он скрывает. А они явно есть.
Вопреки воле в мыслях возникают наши поцелуи.
С трудом стою на подкосившихся ногах. Так и не сдвигаюсь с места. Остаётся только надеяться, что в моих глазах не читается то, какие картинки предстают в воображении. Нежные поглаживания, чувственные поцелуи, страстные движения… Это сводит с ума. Я словно снова ощущаю на себе все те ласки.
Воспоминание случившегося в спальне неожиданно заканчивается убийством в тёмном переулке, свидетельницей которого я стала. Это сочетание до того контрастно отвратительно, что я содрогаюсь. Огромным усилием воли сохраняю хладнокровие.
Непонятно, что сейчас отражается в моих глазах, но вряд ли возможно скрыть ужас и панику, которые я испытываю.
— Ты вправду думаешь, что я стал бы убивать невиновного? — вдруг спрашивает Мэтт.
— Я не знаю, — проговариваю еле слышно, почти одними губами.
Неожиданный вопрос и машинальный ответ. Я не успеваю сориентироваться.
— Пойдём в дом, — почти даже мягко предлагает Мэтт.
Я колеблюсь, всё ещё обескураженная происходящим. Я ведь хотела сбежать. Но с другой стороны, знать о ходе дела тоже хочется. Как минимум, чтобы не было сюрпризов на суде.