Навсегда
Шрифт:
Точно!
Мэтт питает ко мне слабость. А это значит, что я воздействую на него лучше любых других факторов. Какая бы ни была у него сдержанность, это можно подавить тем же приёмом, что я уже использовала.
Приняв решение, дожидаюсь, когда наступает девять часов.
А потом на всякий случай медлю ещё несколько минут. Не столько чтобы окончательно решиться, сколько для максимального эффекта. Клиент уже должен быть в кабинете Мэтта. Если его там не окажется — добиться злости будет сложнее. Потому
Да и вообще, действовать, когда в комнате будем не только мы с Мэттом, намного проще. Что-то мне подсказывает это.
Подходя к рабочему кабинету «мужа», удовлетворённо улыбаюсь. Во-первых, я слышу голоса. Он уже занят клиентом, и вряд ли воспримет нормально, если их прервут. А во-вторых… Эта мысль возникает внезапно и радует ещё больше — за три часа Мэтт явно уже успел отменить остальные встречи. Очень кстати, учитывая, что я собираюсь ему сказать.
Игнорируя мурашки по коже, резко распахиваю дверь. Прохожу вперёд под удивлёнными взглядами мужчин и надменно заявляю Мэтту:
— Я передумала. Я не хочу проводить с тобой время.
Клиент недоумённо хлопает глазами, переводя взгляд с меня на адвоката и наоборот. А Мэтт заметно мрачнеет, бросив на меня предостерегающий взгляд. Такой стальной, что в любой другой момент я не преминула бы внять предупреждению.
— Выйди, потом поговорим, — жёстко закрепляет эффект Мэтт.
Но я не позволяю себе сдаваться и взять тревоге вверх. Надо идти до конца. Итак, мне удалось ошарашить его. А ещё Мэтт, похоже, теряет терпение, но всё ещё сохраняет спокойствие.
Интуитивно чувствую — если продолжу, будет успех. Да, это, пожалуй, страшно. Но с пути уже не свернуть.
— С какой стати? — издевательски смеюсь. — Этот господин так много платит? Даже если так, ничего, подождёт. Он такой наивный, не знает, кто ты на самом деле. Так вот, господин, знайте, что…
Поток сумбурных речей оказывается резко прерван — Мэтт вдруг приближается и поднимает меня, взвалив на плечо. Я даже не успеваю опомниться, смутно осознав, что меня просто выставляют из кабинета. Да ещё так позорно.
— Что он не тот за кого себя выдаёт! — поспешно выкрикиваю клиенту, заколотив кулаками по спине Мэтта. — Отпусти меня!
Когда он ставит меня на пол в коридоре, я чуть пошатываюсь, но чувствую спасительное сжатие на запястье.
— Не испытывай моё терпение, — бросает Мэтт, прежде чем снова скрыться в своём кабинете.
Я облегчённо выдыхаю, когда дверь за ним закрывается… Вот оно, второе слово — «не». Как же трудно оно далось! Хоть и быстро.
Сердце колотится в безумном темпе. Если такое будет после каждой нужной эмоции, я сойду с ума.
Некоторое время шагая по коридору назад и вперёд, постепенно прихожу в себя. Итак, что дальше? Сопереживание…
Здесь не приходится долго думать —
Вскоре он выходит из кабинета, и, бросив на меня взгляд, ухмыляется и качает головой. Я на это не реагирую — мне не до него.
Вслед за клиентом выходит Мэтт, чтобы проводить его до двери. На меня даже не оборачивается, хотя явно замечает.
Я подхожу к окну. Смятение возвращается.
Хотя чего я ждала? Что он улыбнётся мне, как ни в чём не бывало?
Да, с таким Мэттом сложнее. Но это не повод болезненно воспринимать происходящее. Я не понимаю себя.
Самое сложное позади. Пора собраться.
— И что это было? — слышу строгий голос сзади.
Что ж, хорошо. Мэтт сам начинает диалог, который я задумала.
Оборачиваюсь, потупив взгляд. Не столько в притворном раскаянии, сколько в нежелании пересекаться с ним глазами. Становится неловко.
— Я хочу извиниться, — тихо говорю. — Я вела себя глупо и импульсивно.
— Верно, — соглашается Мэтт, но уже другим тоном.
Спокойным, примирительным, почти подбадривающим. Мысленно саркастически подмечаю, что удивлять его у меня получается лучше всего. Не похоже, что он ожидал извинений.
— Я стараюсь, — продолжаю свою роль, подняв взгляд. — Стараюсь смириться со своим положением и… п-привыкнуть к тебе, но это не так просто. Я действительно стремилась провести этот день вместе, но потом, пока я была одна… Не так просто двигаться навстречу, когда вспоминаешь, что мой отчим убил из-за тебя. Что ты подстроил этот брак…
Неожиданно, но игра проходится по живому во мне, пробуждает эмоции, выплёскивает непонятную горечь. Тоску там, где должна быть только злость.
Я вдруг даже чувствую, как по лицу текут слёзы.
Мэтт подходит ближе, и я продолжаю, всхлипывая:
— Что ты даже не человек… И что ты убил того мужчину в переулке, свернул шею… Мне страшно…
Я ощущаю одновременно как браслет реагирует, выдав нужную эмоцию, и как Мэтт обнимает меня.
Чувствуя его объятия и то, как он гладит меня по голове, ненавязчиво прижимая к себе, я с трудом держусь на ногах. Дыхание сбивается. Слёзы отступают, но на место им приходит дрожь.
— Всё будет хорошо. Я обещаю, — твёрдо заявляет Мэтт.
От его тона, тёплых объятий и дыхания куда-то мне в волосы вдруг разрывается сердце.
Ну нет, я ведь решила не воспринимать всё лично. Третье слово уже получено. Остаётся всего два.
И пока он так нежно обнимает меня, вполне можно решить вопрос с доверием.
Осознание, что чем дольше длится этап получения заклинания, тем мучительнее его проходить; придаёт решимости.
— Может, мне было бы легче, если бы ты открылся мне, — срывающимся голосом шепчу. — Ты доверяешь мне?