Навсегда
Шрифт:
– Только сегодня. Я не так давно знаю о городе Кэмвеле и о том, что здесь происходит. Я…
Он оборвал себя, потому что не хотел говорить ей больше того, что было необходимо. Чем меньше она будет знать, тем в большей безопасности будет находиться, подумал он.
– Смотрите! – вскричал он, словно увидел восьмое чудо света. – Там магазин, а мне нужна… гм, зубная паста.
– У вас же полный тюбик, – выдала Дарси прежде, чем успела спохватиться.
Адам выключил мотор и посмотрел на нее:
– И откуда вам это известно?
Стоило ей открыть рот, как он поднял руки, словно защищаясь.
– Нет. Только не говорите
Дарси улыбалась, когда Адам выбирался из машины. Обернувшись, он заглянул внутрь как раз в тот момент, когда она вылезала.
– Может быть, нам стоит купить зубную пасту вам, если только вы не предпочитаете обходиться питьевой содой.
Чувствуя себя победителем, Адам захлопнул дверцу и шагнул на деревянное крыльцо деревенского магазинчика. На крыльце стояла пара потрепанных непогодой кресел-качалок да несколько упаковочных ящиков, явно находившихся здесь уже давно. Задняя стена была украшена ужасно старыми кожаными полосками, которые, похоже, висели здесь со времен президента Мак-Кинли. Но Адам понял: все это, по правде говоря, было новым. Приглядевшись получше к странным предметам на крыльце, он сообразил, что все вещи были подделаками, и это заставило его задуматься, уж не нанял ли владелец магазинчика какого-нибудь нью-йоркского дизайнера, желая ради привлечения туристов воссоздать интерьер подлинной сельской лавчонки.
Когда Дарси шагнула за ним, он спросил:
– Это похоже на магазинчик в Кентукки?
– Боже мой, конечно нет! – отозвалась девушка. – Если перед магазином есть крыльцо, хозяин устанавливает на нем автоматы с видеоиграми. И потом, когда кожа на лошадиной сбруе приходит в негодность, мы в Кентукки ее выкидываем.
Посмеиваясь, Адам открыл сетчатую дверь и вошел внутрь. Дарси следовала за ним по пятам.
– Добрый день, – поприветствовал их седой мужчина за высоким деревянным прилавком.
Перед прилавком находились открытые жестяные коробки с леденцами и сушеными фруктами. Справа стояли бочонки с яблоками и апельсинами. Все полки в лавке были сделаны из грубых сосновых досок, а современные товары лежали вперемешку со старомодными коробками, содержавшими вещи вроде «Живительного эликсира матушки Джаспер».
– Могу я вам чем-нибудь помочь? – спросил продавец, выходя из-за прилавка. На нем был джинсовый передник и тяжелые черные башмаки, словно мужчина собирался в любой момент вернуться к прерванной пахоте.
– Он, должно быть, заказал всю эту рухлядь через Интернет, – пробормотала про себя Дарси, когда Адам наклонился, чтобы рассмотреть коробку на полке.
Улыбаясь, Адам оглянулся на продавца:
– Нам бы зубную пасту, – сказал он.
– И дезодорант, и что там у вас еще есть, – быстро добавила Дарси и вопросительно взглянула на Адама.
Он знал, что она молча спрашивает, заплатит ли он за все это. Он кивнул, но отметил про себя: надо будет узнать, что у нее за проблемы с деньгами. Просто ли Дарси скряга, или у нее есть особая причина никогда не тратить ни пенни из собственных денег.
– Вот то, что вам нужно, – сказал продавец, вручая Дарси корзиночку, явно ручной работы, сделанную в Аппалачии и стоившую, по всей видимости, целое состояние.
Ожидая, пока они закончат, Адам прошелся по магазинчику, заглядывая в разные коробки и шкафчики. Открыв дощатую дверь, он на миг застыл от удивления при виде спрятанного
– Парикмахер посоветовала все эти средства, чтобы волосы были в хорошем состоянии, – объяснила Дарси, глядя на Адама и молча вопрошая, согласен ли он заплатить за все эти дорогие примочки.
Пожав плечами, Адам дал продавцу две банкноты по 50 и 10 долларов, подхватил две огромные сумки с покупками и протянул руку за сдачей.
– Уход за женской красотой стоит недешево, – пояснил продавец, усмехнувшись выражению обреченности на лице Адама.
Когда он отсчитал сдачу, Дарси тоже протянула за ней руку, на что продавец расхохотался уже во весь голос.
– Она красивее вас, – заметил он и повернулся, чтобы отдать сдачу Дарси. Но когда он увидел ее левую руку, кровь отхлынула от его лица, зрачки расширились, а рука, державшая сдачу, задрожала. Казалось, он хотел что-то сказать, но, несмотря на все попытки, лишь молча открывал и закрывал рот. Рука его начала дрожать все сильнее, пока деньги не упали на пол. После этого мужчина повернулся к ним спиной и бегом бросился к занавешенному входу в складское помещение.
Это дало Адаму время оправиться от шока. Он с удивлением наблюдал за реакцией продавца, и когда тот пустился наутек, бросил сумки и ринулся за ним. При этом Адаму пришлось перепрыгнуть через два бочонка и кучу искусственно состаренных коробок из-под апельсинов, и когда он влетел сквозь занавешенную дверь в складское помещение, то беглеца и след простыл. Там была задняя дверь, но когда Адам ее открыл, то не увидел ничего, кроме пустой посыпанной гравием парковки и лесного массива за ней. Нигде не было заметно ни следа продавца. Досадно. Адам вернулся в магазин и на мгновение испытал сильнейший приступ паники, не увидев нигде Дарси. Неужели ее похитили? Это была первая пришедшая в голову дикая мысль, заставившая сердце бешено заколотиться. Но ритм сердечных ударов тут же выровнялся, как только он увидел ее стоящей на четвереньках за прилавком.
Взглянув на Адама, Дарси протянула ему руку с зажатыми в ней монетами.
– Вы были совершенно правы, погнавшись за ним, – проворчала она. – Я думаю, он обсчитал нас на пять центов. Если только эта монета куда-нибудь не закатилась.
Наклонившись, Адам взял ее левую руку и повернул ладонью вверх. Насколько он мог видеть, в ее руке не было ничего необычного. Маленькая, как у ребенка, а ладошка розовая оттого, что долго была прижата к полу. Единственной особенностью, которую он мог заметить, были несколько родинок на ладони.
– Что это? – спросил он.
– Кажется, я ее нашла, – девушка выдернула свою руку и поползла к дальнему краю прилавка.
– Вы меня слышите? – рявкнул Адам. – Что это за отметины у вас на руке?
Дарси остановилась, села на пол, подняла левую руку и посмотрела на ладонь.
– Родинки. У всех они есть. И у вас тоже. У вас три маленькие за правым ухом и еще одна возле…
– Этот человек взглянул на вашу ладонь, побелел, как полотно, а потом бросился вон. Я пытался его поймать, но…