Найти героя
Шрифт:
"Ну и наплевать". Федор почесал бедро ближе к ягодице и пошагал в сторону площади. Ходить тоже было неинтересно, но, как и увернуться от кастрюли, необходимо. Нет, Федор не надеялся увидеть на площади что-то новое, захватывающее и невероятное. В сказки он не верил с пяти лет. Просто организм требовал движения. А бессознательные желания были для Федора святы. Он не любил этот мир, населяющих его людей, Люську, себя самого как личность, но всегда уважал Федора Пустотелова как биологического индивида. Подсознание требовало пройтись и размяться - Федор шел и разминался. Подкорка сигнализировала, что пора поесть или,
Все это было потаканием телу. Но, в конце концов,
Федор не был ни монахом, ни йогом и никаких обетов никому не давал.
– Федор!
Пустотелов сделал по площади только пару шагов, а его уже заметили. Событие было нерядовое. Федор обернулся и обнаружил, что перед ним стоят трое. Двое близнецов и кабатчик Поликарпов. Незнакомые братья выглядели слишком аккуратно для подвала, а Поликарпов был чем-то сильно взволнован. Будь Федору не все равно, он бы, наверное, удивился.
– Обыскались тебя!
– радостно сообщил владелец питейного заведения.
– Чтобы налить?
– буркнул Федор после некоторого раздумья.
– Чтобы обыскать, - хмыкнул один из "аккуратных".
– Руки подними.
Это было и вовсе что-то необычное. Но все равно неинтересное.
– Я арестован?
– Пустотелов медленно поднял руки. Перспектива обыска его не взволновала. В карманах у него не было ничего, кроме дыр.
– Полегче, Пивцов, - приказал кто-то, приближающийся слева.
Федор перевел безучастный взгляд на еще двоих "аккуратных", бегущих от кабака. То, что это были агенты Планетарной Службы Безопасности, он понял, а вот чего они хотят от никчемного обитателя подземелья, оставалось для Пустотелова загадкой. Впрочем, его это не волновало. Хотят, значит, надо им. А зачем - вообще не вопрос. Государственная необходимость, наверное.
– Как фамилия?
– третий из аккуратных агентов запыхался.
Федор окинул его с головы до ног рассеянным взглядом. Этому служаке надо бы почаще гулять. Наверняка привык ездить в роскошных машинах и лифтах, а стоило пробежаться - и сразу одышка...
– Пустотелов, - наконец соизволил ответить Федор. Запоздалый ответ, казалось, агента даже обрадовал.
– Чем занимаетесь?
"Впрочем, имея такой костюмчик и такую работу, одышкой можно и пренебречь. Наверняка она не мешает ни хлопать дверцей лимузина, ни тыкать пальцем в кнопку лифта, ни поднимать бокалы с изысканным вином или иметь успех у дорогостоящих дам, наряженных в вечерние платья и бриллиантовые колье..."
– Ничем.
Агент утер белоснежным платком испарину и переглянулся с последним из "аккуратных". Тот сунул руку за пазуху, повозился с чем-то и включил на запястье небольшой экранчик. Это были явно не часы. Хотя бы потому, что вместо цифр или стрелок на экранчике появились какие-то строчки. Наверное, инструкция.
– А раньше чем занимались? В тюрьме не сидели?
"Кому она нужна эта тюрьма? Что там интересного?
– Не сидел. Работал. Слесарем в космопорту.
– Владелец часов-телевизора; самый запыхавшийся, но по виду самый важный из агентов, сверился с инструкцией и многозначительно поднял одну бровь.
– Что не пьете, видно сразу. Ну, а чем тогда себя, так сказать, занимаете? Как проводите свободное время? Ведь человеку надо как-то расслабляться. Может, вы рыбак или коллекционер? Или за женщинами не прочь приударить, а? Ну, там, "опять любовь - играет кровь".
Он игриво подмигнул. Федор даже бровью не повел.
"За женщинами? Однажды приударил. Было. Результат - дома. Сто двадцать кило живого веса, сальные крашеные патлы и вечные причитания, переходящие в истерику. И еще два побочных эффекта десяти и пятнадцати лет от роду. Вот и вся любовь, вот и все романтические похождения..."
Агент, не отрываясь, читал свою инструкцию и ухмылялся. Это показалось Пустотелову странным. Каким-то он был несамостоятельным, этот "важный". Вздохнуть не мог без своей инструкции. Агент называется!
– Нет. За женщинами не бегаю. Я вообще никак не расслабляюсь. Я просто не напрягаюсь.
Агент удовлетворенно хмыкнул и на секунду оторвал взгляд от телевизора.
– Значит, вас в этой жизни вообще ничто не волнует? А деньги, уважение... Хотите, мы дадим вам денег? Много. Миллион!
"Хотели б дать - дали бы сразу. Миллион... Нашли идиота. Что с ним делать, с миллионом? Люське платьев с трусами накупить, а Машке таблеток, чтобы не беременела, как кошка? Клонят куда-то службисты. Завербовать хотят, что ли? Так ведь поздно. Вышел уже из того возраста, когда хотелось стать неуловимым и непобедимым суперагентом и крошить железным кулаком черепа бандитам..."
– Не надо. Не интересно мне это.
Видимо, Федор ответил искренне, а инструкций на такой случай телевизор не выдал. У агента даже немного вытянулось лицо.
– Вам что, не хочется наверх? Мы можем это устроить. Без всяких предварительных условий.
"Наверх, под это ужасное бездонное небо? Чтобы каждый день, каждый час испытывать приступы страха и головокружения? А вообще-то, плевать и на страх, и на кружение. Верх - низ, без разницы. Уведут наверх, значит, так тому и быть, но хотеть этого - увольте. Скучно..."
– Мне все равно.
Теперь агенты переглянулись уже все вчетвером. "Важный" даже вспотел, словно сделал по площади еще один круг. Он протянул руку третьему "аккуратному", чтобы и тот смог прочесть инструкцию на экранчике.
– Слушай, парень, а ты у психиатра никогда не наблюдался?
– хмыкнул один из близнецов.
"У психиатра... У этого небритого алкоголика, который сам страдает целым букетом болезней, навязчивых состояний и неврозов. Наблюдался. Вернее, Люська "наблюдала". Привела, даже документы оформила. Лечите, мол, дорогие доктора, моего муженька от того, чем он не болеет. Ну, постучали они молоточком, картинки показали, вопросы задали - такие же вот, как сейчас, глупые - да и отпустили. С главным психиатром даже выпили напоследок.