Шрифт:
Глава 1
Не ожидая подобного, я напряженно смотрел на направленный мне в грудь пистолет.
А ведь совсем недавно я уже был в центре фальшивой истории, в меня точно так же целился капитан Армии России, по фамилии Гнездов… И чем все это тогда обернулось?!
Правильно, моей внезапной смертью.
– Рыгалов? – переспросил я, изобразив недоумение. – Не знаю такого.
Разумеется, я прекрасно помнил и знал, кто это такой – начальник стрельбища в Молькино. Тот самый мордатый офицер, что решил
– Савельев, не прикидывайся, – усмехнулся Харченко. Пистолет он держал как-то небрежно, словно не собирался из него стрелять. – Рыгалова ты запомнил. Понимаешь, во что ты влез? Думаешь, умнее подполковника?
– Не знаю, – пробормотал я, думая о своем. Интересно, в чем смысл этого? Хотели бы отомстить – уже пристрелили бы. К чему эти бессмысленные разговоры? Вот и первый звоночек.
Явно расчет точно такой же, как тогда в РОВД Припяти – решили запугать восемнадцатилетнего пацана, а для убедительности еще и ствол направили. Быть может, даже не заряженный. Расчет-то, может, и верный, однако меня этим не испугать. Вот только мотив всего этого мне пока непонятен.
– Ну, допустим. Дальше что? – признался я. Голос даже не дрогнул – сам поразился собственной стойкости. Наверное, это потому, что ранее отмеченных наблюдений хватило, чтобы сделать правильные выводы.
– Подполковник крайне недоволен, – Харченко говорил медленно, словно наслаждался тем, что держал ситуацию под своим контролем, отмечая мою реакцию. – Ты в курсе, что из-за тебя, желторотого сосунка, боевого офицера не только сняли с должности, но вообще и с позором выгнали из советской армии? Нет? Теперь знаешь.
Все это было как-то неестественно. Нутром чувствовал, в чем-то подвох.
– И поделом этой жирной морде, – сдержанно ответил я, играя по его правилам. – Без зазрения совести скажу, что как офицер – он кусок дерьма. Стране от таких только хуже.
– И кто это сказал? Сопливый срочник? – язвительно усмехнулся прапорщик. – Да откуда ты знаешь, что для страны лучше?
– А что, разве срочник не человек? – в свою очередь, спросил я.
– Да ты… Умный, да? Ну все, тебе конец! – едва не подавившись от возмущения, зарычал Харченко, при этом резко сменив тактику. Он вытянул руку с пистолетом, целясь мне в лицо. Но тут я решил действовать наверняка – резко качнулся в сторону, одновременно швырнув свой вещевой мешок в направлении оружия. Выстрела не последовало.
Сам же я, завалившись на пол, перевернулся на спину. Прапор, откинув вещевой мешок в сторону, перевалился через перегородку, по-прежнему держа «Макара» перед собой.
– Куда, сучонок…
Я изловчился и совершил резкий удар ногой снизу вверх, выбив оружие из руки противника. Второй удар я нанес уже ему в пах – удар подлый и жутко болезненный. Тем не менее, он гарантированно сработал. Харченко взвыл от боли, завалился обратно. А я, дотянувшись и подхватив выбитый пистолет, ловко направил его на бывшего хозяина.
Увидев
– Что смешного? – поинтересовался я, с трудом сохраняя над собой контроль. Сердце бешено колотилось от попавшего в кровь адреналина. Голос слегка дрожал.
– Он не заряжен, – процедил прапор.
Я кивнул и демонстративно снял с предохранителя. Харченко удивленно поднял бровь.
– Молодец, смышленый. Откуда такие навыки?
– Неважно. Что это за цирк? – я проигнорировал его вопрос.
– Какой еще цирк?
– Рыгалов тут ни при чем. Кто ты такой?
По озадаченному лицу Харченко я понял, что попал в точку.
– Просто небольшая проверка, – вздохнул тот, кое-как приняв сидячее положение. Скривился от боли. Посмотрел на меня с укоризной.
Затем полез во внутренний карман кителя и демонстративно вытащил оттуда корочку в красной обложке. Только это удостоверение было уже совсем другим. Он раскрыл его перед моими глазами.
– Пономарев? – переспросил я, увидев черно-белую фотографию и прочитав звание и фамилию. – Старший лейтенант?! Фальшивка?
– Может быть. А может, и нет, – безразлично ухмыльнулся тот. – А ты, я смотрю, совсем бесстрашный?
У нас получалась какая-то глупая игра, кто окажется более хитрым и сдастся. Но в таких играх победитель определен заранее, и я не в фаворитах.
– Нет, – я сразу же догадался, какую структуру из трех букв он представляет. Естественно, озвучивать название какому-то вшивому срочнику он не собирался. – Контора добрых дел?
– Контора добрых дел? – пояснил он на всякий случай. – Интересное название, первый раз такое слышу. Не переживай, никто тебя убивать не собирается и Рыгалов тут не при делах.
– Я сразу догадался, что подполковник тут ни при чем, – хмыкнул я.
– Пистолет-то отдай. Все равно он не заряжен.
По весу Макарова я давно определил, что в магазине не было патронов – слишком легким было оружие. За годы службы и сотни проведенных тренировок в тире я прекрасно знал вес снаряженного пистолета Макарова. На всякий случай сбросил магазин, передернул затворную раму, развернул рукояткой вперед и сунул обратно.
Старлей невесело рассмеялся, протянул руку и принял оружие обратно.
– Об этом лучше не распространятся.
– Хорошо. Но объясните мне, наконец, товарищ старший лейтенант, к чему весь этот спектакль?
– Хочешь узнать? Тогда, давай прокатимся. Или можешь просто уйти из машины. Шарага недалеко, километрах в пяти через поле на восток. Выбор за тобой.
Потирая пострадавшую руку, он сел обратно за руль и завел двигатель. Вцепился руками в руль, но никуда не поехал.
Я делал вид, что размышлял, хотя уже давно принял решение. Кое-кто мной заинтересовался, и это можно использовать в своих целях. Но очень осторожно.