Не грози императору!
Шрифт:
– Ну что, я готов!
– Тогда выходим.
– Удачи, ребята, – Темников сложил пальцы в кулак и потряс им в воздухе.
***
– Это то, что я думаю? – спросил я Наговицына, когда мы оказались в пещере под завязку забитую костями и трупами животных.
– Да. Это тайник. Она формирует здесь логово. Вон, видишь? – защитник указал на изъеденные кислотой стены. В некоторых местах были выжжены даже камни.
– Милое гнёздышко. Со вкусом у нее всё в порядке, – с иронией отметил я.
На самом деле, место действительно жуткое. Горы
– Я так понимаю в этих мешках твари?
– Соображаешь, – улыбнулся Наговицын. – Сейчас ты по сути находишься в маленьком филиале их мира. Именно так примерно он выглядит. Только в десять раз страшнее.
– Сколько раз ты ходил в разломы?
Лорд-защитник снова улыбнулся. Стало ясно, что бахвальство его истинный фетиш. Типичный самодовольный аристо. Но он мне нравится. Смелый. Решительный. Местами заносчив. Такой нравится дамам, и вокруг таких всегда собираются друзья.
– Шестьдесят три раза! Не считая мясных тайников.
– Впечатляет! Ты наверное собрал все уровни? Почти архимаг.
– Если бы. Чем выше в горы, тем круче перевалы. После определённого уровня кач замедляется, а потом и вовсе сходит на нет. Там уже только через духовные практики, но это не моё. Мне лучше так, в полях.
Я взглянул на молодого виконта. Высокий. Статный. На лице шрамы. Всё, как полагается. Вот она настоящая жизнь человека, а не вот это вот всё.
– А где нам найти большую мамочку?
Наговицын улыбнулся в третий раз.
– А ты не видишь? Вот же она!
Я посмотрел в направлении куда указывал виконт и обомлел. Сказать, что я удивился, значит не сказать ничего. Мы по сути находились внутри этой твари. Она разрослась настолько, что объяла собой весь грот, и по моим ощущениям всё только начиналось. Через пару дней здесь мог образоваться вполне себе самодостаточный разлом второй или третьей категории. Впечатляет.
То, что осталось сейчас от личинки сидело в глубине пещеры в виде толстой, метров шести в поперечнике, гусеницы, произрастающей прямо из камня. На восьмиглазой морде, повёрнутой в нашу сторону, хищно клацали серповидные жвалы, а снизу, по всей ширине, извивались десятиметровые щупальца. С приездом тебя, Муфасаил!
– Есть предложения?
«Можно я выскажусь за него?» – вмешался Сигбаурд.
«Учишься хорошим манерам? Давай позже, старик, если это не поменяет ход сражения».
– У личинки очень слабое тело, но крепкая харя. Щупальца, как видишь, не так быстры, но если попадут, мало не покажется. Как минимум переломят хребет. Так что, опасайся их.
– Ага, принял. Уязвимости?
– Почти никаких, разве что к молнии. Ты ж у нас Грозин?
– Ну видимо, не тот Грозин, который требуется, – пожал я плечами. – У меня только сопротивление ко всем громовым заклинаниям.
– Жаль, – вздохнул Наговицын. – Тогда пойдём проторенными тропами. Правда это не всегда срабатывает.
Я мысленно потёр ладонями. Отличная возможность протестировать новый трактат.
– Есть у меня одна задумка! Слушай, ты можешь навтыкать ей в глаза, как тогда, в крипте?
– Сделаем! Без проблем. Но это только здорово её разозлит.
– Этого я и хочу.
Мы разошлись в стороны и короткими перебежками начали заходить к твари с флангов. Глаз у неё конечно восемь, но мозг один, и чтобы отследить одного, придётся на какое-то время выпустить из виду другого. Именно на это я и рассчитывал.
Чтобы усложнить для твари задачу, Наговицын периодически устраивал для неё бомбардировку воздушными стрелами. Мало помалу, но мой план начал работать и личинка пришла в бешенство.
Она принялась лупить своими щупальцами по площади, что в общем-то не особо нам мешало. Мы держались на расстоянии и постоянно меняли направление своего движения, что ещё больше злило гигантскую гусеницу.
В какой-то момент стрелы Наговицына настолько достали тварь, что она полностью переключилась на лорда-защитника, выпустив меня из внимания.
А вот теперь сюрприз, детка!
Я в три прыжка зашёл в зону поражения и ударил по всей площади гравитационным прессом. Вот она, кара небесная! Щупальца с грохотом попадали на землю, а саму тварь сплющило и она жалобно запищала. Из выпученных глаз брызнула мутная жижа.
– Ваш выход, виконт! Постарайтесь сильно не испачкаться!
Наговицын выставил большой палец вверх и уже с удвоенной силой принялся закидывать личинку воздушными лезвиями, вперемешку с воздушными же таранами. Я в это время постепенно увеличивал силу нажима.
Грузное, почти сплюснутое, тело монстра тряслось, как желейная масса. Из многочисленных разрезов во все стороны хлестала тягучая слизь. Половина глаз вывалилась и болталась, как новогодние игрушки. Наконец, тварь запищала ультразвуком и лопнула, а вместе с ней начали взрываться и раскиданные повсюду кожистые мешки с почти готовыми порождениями.
Я еле успел отскочить за каменный выступ, чтобы не попасть под тонны вонючей биомассы, одномоментно хлынувшей со всех сторон.
Наговицыну же повезло меньше. Спрятаться ему было негде, и его буквально снесло мерзкой волной, откинув в самое начало пещеры.
В этот момент я услышал стон, но не от боли или мучений, а настоящее такое мужское «Ааах», как во время бурного окончания.
Через секунду так застонал и я.
Колоссальное количество высвобождаемой энергии мощными потоками устремилось в моё хранилище. Подразумеваю, что сейчас то же самое происходило и с лордом-защитником. Меня распирало от этого возвышения. Не знаю, сколько трактатов я сейчас бахнул, но по ощущениям было не меньше пяти сверху.
Самое поразительное, что из ещё не образовавшихся порождений тоже прибывала энергия, а было их здесь как минимум два десятка.