Не курсант

Пудов размышлял о том, что все-таки делать дальше. Артаньянова отчислили из института и уволили из органов. Почти никого не удивило, что он по слухам, восстановился в ментовке почти сразу же. Сержантом в конвойке, опять же, по слухам. При таком-то дяде и папе, что удивительного. Хотя у бати так себе должность и черт-е где. А что если, это исторически был не его путь? В той реальности, что знал Пудов, его школьный приятель Мансур и не был никогда ментом. Может это сама реальность сопротивляется изменениям? Хотя, если это альтернативный мир, то реальности вообще должно быть

без разницы или нет. А что тогда ждет его? Он ведь тоже встал не на свой путь. Нет реальности должно быть наплевать иначе все бессмысленно.

С Артаньянова и «кузинатры», Серый переключился на самого себя. Определенно он совсем не тот человек, кем он был в прошлой жизни. Он изменился. Другое образование, другой круг общения. Конечно школа милиции, это блин не Гарвард, и даже не МГУ, но в сравнении с его прошлым для галочки оконченным ПТУ, образование он получил сильно иное. Причем он ведь действительно читал все книги, делал задания, а также успевал читать развлекательную литературу. Ну ладно литература, это слишком сильно сказано, конечно. Но кто бы ему в прошлой жизни сказал, что он станет читать книжки, рассмеялся бы в лицо.

Откровенно говоря, ему не понравился он сам из прошлой, параллельной реальности. Туповатый и быдловатый, с таким и поговорить не о чем. Еще и алкоголик. Лучше не вспоминать о себе. Надо вспомнить чего-нибудь полезного. Куда вложить деньги? Акции и всяческие биржевые игры, не для него. Не поумнел он все же настолько. Надо опять учиться осваивать инструментарий. Да и банально можно остаться с носом отдав деньги не тому брокеру. Времена, когда торговля на бирже проста и удобна, понятна и чайнику, все же еще далеки. А себя Пудов все же в этом вопросе считал чайником.

— Как успехи? — спросил он свою управляющую, что сменила проворовавшегося приятеля.

— Привет Сережа, все как обычно.

— Угу, понятно. — кивнул Пудов и отправился было в свой мини кабинет посмотреть все цифры лично.

Вполне возможно и эта замечательная девушка начнет подворовывать. Придется менять и ее. У Баранова надо получить еще информацию, что и как у нас в сменах ночных.

— Ах, да! Мансур заходил. — вспомнила управляющая. — И, это, он странный какой-то, денег спрашивал. Я не дала конечно. Спросил, когда будешь ты. Я сказала в воскресенье. Он сказал придет часов в двенадцать или одиннадцать.

— Отлично. — кивнул Серега. — Сколько можно откладывать этот разговор.

Разговор с Артаньяновым давно назрел. Надо было как-то аккуратно и деликатно отцепить Мансура от бизнеса. Когда-то он взял его на дело, на самое настоящее ограбление. Аж стыдно вспоминать сколько косяков они напороли тогда, но чудом все это обошлось и осталось нераскрытым. С того дела все и завертелось. Деньги на старт бизнеса можно сказать добывали они вместе. Хоть и не в равных долях.

Затем, первое время, Мансур работал лично. Несмотря на возраст, на приставках с него очень даже был толк. А далее, он переехал в Москву, и его участие в бизнесе было… практически никаким. Пару раз, да он пригодился. Но по факту давно уже ничего не делал. Якобы имел какую-то долю… Хотя конечно не якобы, вынуждено поправил сам себя Серый. Все же действительно стартовый капитал они добывали вместе.

Но сейчас он стал обузой. И вот пришел Мансур и в Серый высказал ему часть претензий. А Мансур предложил расставить точки

над «и», предложил ему разойтись, выделить долю и разбежаться. Перед самим собой Серега признал, доля у Мансура есть. Но вот правильно выделить ее было крайне затруднительно.

— Ты признаешь, что у меня есть некоторая доля в деле или уже и это не признаешь? — поставил вопрос ребром Мансур.

Когда-то Серый определил долю Мансура, как одну четвертую. Но сейчас он столько сделал и расширил бизнес, что одна четвертая не соответствует действительности. Серега все пытался высчитать сколько надо отдать денег. Сколько реально? Сколько не жалко? Жалко все! Ведь сейчас надо развиваться, а не выдергивать деньги из дела. Но лучше выдернуть сегодня, чем через год и постоянно платить словно зарплату или дивиденды. Мансур едва не психанул пока Пудовый считал в уме и так и эдак.

— Признаю. — вспомнил Пудов что надо ответить на заданный вопрос.

А дальше они нормально обсудили и поторговались. Серый не ожидал что Мансур будет столь сильно торговаться. Как-то недооценил он его. Видно совсем на мели сидел, взял две тысячи рублей сейчас, чтобы дотянуть до расчета. Над тем сколько же все же стоит отдать Серый продолжал думать несколько дней. Жадность боролась с тем, что Мансура он считал другом. Хотя их дороги явно расходятся вновь. Собственно, Мансур был единственным с кем он говорил начистоту про попадание. Это многое значит. Впрочем, он кажется так ему и не поверил.

— Приведу цифры кое какие в порядок и отдам… — говорил сам себе Серега. — Пять? Или все же восемь? Восемь много. Не делал же он ничего уже давным-давно. Начальный капитал он мог и без него сколотить. На его папашку рассчитывал, а тот оказался странным. И должность не та, и брать не умеет и разруливать тоже. Хотя Мансур сам предупреждал сразу.

— Так пять или восемь? — хотя бы с диапазоном определился Серега.

Что ж раз пошла такая «пьянка», то надо и с Костей Витковским поговорить. Благо тот был постоянно перед носом в институте. Костика он остановил на плацу после построения. Только что на плацу было не протолкнуться, а вот звучит команда «разойдись» и уже нет никого.

— Дивидендов нет и не будет.

— Это как это?!

— Очень просто, пообещав тебе долю я рассчитывал, что этим и ограничится мой расчет с твоим отцом. Но похоже у него совершенно иное мнение. За своими дивидендами ты можешь обращаться к своему отцу, все ясно?

— Не очень.

— Данью он такой клуб обложил, что думается мне проще было и без вас обоих на свой страх и риск работать. Так что никакой доли. А проценты за подгон фирмы под папину крышу спрашивай с него. Теперь ясно?! — рявкнул последнее слово Серый, изрядно разозлившись, озвучивая вслух всю эту ситуацию.

— Понятно. — кивнул Костя Витковский.

Пусть Витковские: и старший, и младший, меж собой выясняют кто кому что должен. С Костей их мало что связывало, пожалуй, Мансур был их связующим звеном. Пудову Костик никогда не нравился. Теперь же Пудов вообще мало с кем общался на курсе. В институте его интересовали оценки и знания, а хороший секс он нашел на одной из кафедр с преподавательницей. Имея свободный график, но не злоупотребляя им, он отлично прожил еще полгода.

Мансур получил от Сереги пять штук зеленью, но кажется был полностью удовлетворен итогом. С Пудова спал и этот груз.