Не моя девочка

Каретникова Ксения

Да и не в этом дело. Чья. Я просто пропал уже. Я это понимаю.

— Нам нельзя, — шепчет она, но не вырывается, а наоборот, тянется ко мне. Губы наши становятся близко, опасно близко. — Если он узнает, то убьёт нас.

А мне уже все равно. Я даже спорить не хочу.

А хочу начатое закончить.

Поцеловать.

Тем более Бэлла не против.

Потому что она с желанием мне отвечает, едва наши губы соприкасаются.

И кажется мне, что так я еще никогда не целовался.

Что

так я еще ни разу не влюблялся.

Бэлла

— Нельзя! Нельзя! Нельзя! — стоит звон в моей голове.

Но я подаюсь порыву. Я позволяю себя целовать. И себе позволяю целоваться.

Потому что хочу.

Потому что Артем мне нравится. Он вызывает у меня чувства. Точнее — пробуждает. Те самые, которые Йонас похоронил тогда вместе с телом Славы.

Но я все же останавливаю поцелуй. Он был пыткой. Как и взгляд Артема, которым он сейчас изучает меня.

— Он убьёт нас, — повторяю я. — Правда убьёт. Поэтому давай без всего без этого.

— Без чего?

— Без чувств. Без эмоций.

Артем качает головой, смотрит в пол и тихо спрашивает:

— А помочь ты мне согласна?

— Я подумаю, — отвечаю честно. И не потому что сомневаюсь в Артеме. А потому что… черт! Вот как меня опять угораздило? — И я клянусь, что не выдаём тебя. Клянусь. Ни слова. Никому.

— Ты боишься, — замечает он. — За кого?

Я отвожу взгляд и качаю головой.

— За меня не надо бояться, — ласково говорит он. — Скажи, тот музыкант…

— Его звали Слава.

— Йонас его убил?

— И заставил меня смотреть, как закапывают его тело.

После моего ответа Артем психует, швыряет со стола стакан, но не удачно. Вижу кровь на мужской ладони.

Но Артем кажется этого не замечает. Словно ему не больно.

Какой он импульсивный, оказывается. И красивый, когда злится.

— Я смогу тебя защитить, — произносит он слишком уверенно. И мне хочется верить. Но…

Достаю с полки аптечку и обрабатываю Артему порез. Приклеяв пластырь, я произношу:

— Тебе пора уходить. Поговорим завтра. Приезжай за мной как обычно. Только вместо занятий мы в парке погуляем.

— Боишься оставаться со мной наедине? — усмехается он.

— Не без этого, — киваю я с улыбкой.

Мы идем к двери, я ее открываю, Артем обувается, а выпрямившись, он вдруг резко наклоняется и целует меня в губы. Легко. Невесомо. Нежно.

— До завтра, — говорит он и уходит.

А я так и замираю на месте, трогая подушечками пальцев след нашего поцелуя.

За что, господи?

Зачем ты опять позволил мне влюбиться?

Полночи я думаю над предложением Артема.

Н-да, органы цепко взялись

за Йонаса. Даже лазутчика послали. И какого! В том плане, их общее детство и дружба Артема с Лешей — они сыграли важную роль. Просто бы так, человека с улицы так близко не подпустили бы.

Только бы Артема не вычислили.

Только бы он себя никак и ничем не подставил.

То, что он мне признался — приятно. Значит доверяет.

Да, он ищет союзника, это понятно. Даже нормально. И логично, что выбрал он меня. Понял, прочувствовал, увидел, что я хочу уйти. Хочу сбежать. Хочу не существовать, жить.

Неужели есть шанс?

Неужели Артем сможет?

Сомневаюсь. И поэтому злюсь. Так не хочется ошибиться. Как не хочется вновь по округам ада пройти.

Хотя, хуже чем было со мной уже не будет.

Просыпаюсь утром разбитая. Алкоголь сказывается. Несмотря на то, что голова моя была ясной, шампанского я вчера выпила прилично. Да еще бокалом виски зашлифовала.

Смотрю на часы — половина десятого. Артем должен приехать уже через полчаса.

Подрываюсь. Бегу в ванну, принимаю быстрый душ. Он помогает немного убрать разбитость. Еще бы кофе. Его можно купить в кафе, что находится в соседнем доме.

Выхожу их дома, когда вижу машину Артема под окнами.

Парень встречает меня с улыбкой.

А у меня появляется неожиданное желание: подойти к нему, обнять и поцеловать. Как будто у нас свидание. Как будто нам никто и ничего не мешает.

Подхожу. Близко. Смотрю в его тёплые глаза. Но вместо объятий и поцелуя, говорю:

— Пойдем.

Веду Артема в кафе. Там мы покупаем кофе и свежие, еще горячие, сырники. А затем мы идем в парк.

Выбираю лавочку, что находится в самой глубине парка. Подальше от чужих глаз. Садимся рядом, но не слишком близко. И кто из нас такую дистанцию обозначает — непонятно.

— Ты подумала? — спрашивает Артем, наблюдая за девочкой, которая выгуливают миниатюрную собачку.

— Не знаю, — отвечаю честно. Стакан с кофе в руках верчу. — Я сомневаюсь, что что-то получится… да и чем я могу тебе помочь?

— Ты давно при Йонасе. Многое видела, много знаешь. Еще ты наблюдательная. Думаю тебе есть, что мне рассказать. И, Бэлла, — он поворачивается, смотрит на меня, немного нахмурив брови, но при этом с улыбкой, — тебе ничего не будет угрожать. Даже если меня раскусят, тебя я не сдам.

— Не хочу, — шепчу я, — не хочу, чтобы тебя раскусили. Йонас умеет наказывать изощренно. Развлекаясь. Я сама видела. Предателей на ринге убивали.

— Вот, ты уже начала помогать. Я предполагал подобное, но не был уверен, — кивает он. — Митя накачан был наркотой во время боя с парнем Саита.