Не может быть
Шрифт:
— Не, Кусь, не хочу. А где твой красавчик?
— В отставке, — хихикнула Сальская.
— Бедный парень, — усмехнулась Оля и потянулась, задрав руки вверх. Прокряхтела от напряжения и тут же расслабилась. Хотела подавить зевок, но не смогла.
— Заездил тебя твой босс, — пожалела девушку Вика. — Твой сладенький зевок даже мне передался.
— Ездит он на другой, — парировала Смирнова. — На мне он зло срывает, чтоб на людей не бросаться.
— Значит, тебе повезло! — заявила подруга. — С твоим везением хорошим бы у вас не закончилось.
— Что ты несешь? — фыркнула Оля, с особым остервенением ударив пальцем
— Сама говорила, что он божественный, а тебе с такими не везет.
— Я не говорила такого!
Оля подняла взгляд, уловив непонятное движение, и чуть не стекла под стол. В дверях стоял Ветров, привалившись плечом к косяку.
— Ага, как же, — раздался смех в динамике. — Цитирую: «У него яркие глаза, как небо. Губы сладкие, учитывая, как их облизывала цыпочка с работы. Тело потрясное…» А руки ты, Лель, вообще готова облизать. Твой отдельный кинк или фетиш, уж хер знает.
Оля пребывала в таком оцепенении и ступоре, что даже не могла сообразить: отключить звук или вообще телефон.
— Замолчи, Куся, — едва слышно сказала она.
— Да ладно тебе! — весело продолжала собеседница. — Никто не узнает, что ты сама хотела бы на его коленях поерзать.
Учитывая, что подруге Оля не рассказывала о своих желаниях, попадание было в соточку. Она всхлипнула, увидев, как в изумлении у Ветрова привычно изогнулась бровь, а улыбка стала еще… неприятнее.
— Фантазерка! — выпалила Оля и потянула на себе ворот блузки.
— Это я еще не вспоминаю, как во сне ты стонала: «О, Кирилл! Ах…»
Конец.
Если теплилась надежда отвертеться, сославшись на шефа с прошлой работы, то теперь шанс свелся к нулю. Как по волшебству мозги, наконец, включились, и Оля резко отключила телефон. Совсем. Абонент не в сети. У него шок и стресс.
— Почему ты еще в офисе?
Мужчина подошел и присел на небольшой диван. Оля затравленно наблюдала за каждым его движением. Стыд топил с головой.
— Хотела доделать все, чтобы к понедельнику у вас были все документы и расписание, — бесцветным голосом отозвалась несчастная.
— Поехали. Отвезу домой, — поставил перед фактом начальник.
— Нет. Я сама. Тут близко.
Перспектива отказаться с ним рядом вне рабочих стен пугала еще больше.
— Хорошо. Значит, быстро доедем, — рассудительно заметил Ветров. — Что застыла? Собирайся.
— Я не закончила.
— В понедельник закончишь.
— Не успею. Вы поезжайте, Кирилл Андреевич. Хороших выходных! — усиленно выпроваживала она его.
— Да что ты говоришь? — цыкнул шеф. — Подорвался и побежал, — а потом добавил жестче: — Встала, Смирнова, и на выход. А то ты узнаешь о моих руках больше.
Краска опять залила ее лицо. Тактичностью босс не отличался, а рассчитывать, что он промолчит — абсурд.
— Я… Все это была шутка! — запальчиво попыталась оправдаться Оля.
— Конечно. По дороге разберем каждый пункт.
— Не поеду, — уперлась девушка.
От его ухмылки все волоски на теле поднимались. От страха, разумеется. Да и перспектива… так себе рисовалась.
Ветров поднялся со своего места и навис над ней, подавляя не только габаритами, но и властью.
— Я не спрашивал, Смирнова. Я дал указание, — тихо и твердо сказал он, запустив у нее табун ужасных мурашек по коже.
Пришлось смириться.
В машине Ветрова
Какое-то время они ехали молча. Мысленно Смирнова благодарила его за тишину, потому что любые ее объяснения выглядели бы глупо и неправдоподобно.
Сцепив руки на коленях, Оля смотрела в боковое окно на мелькающие фасады зданий, проезжающие рядом машины и людей. У каждого была своя история: вот кто-то явно торопился, стараясь запрыгнуть в заднюю дверь автобуса, а кто-то размеренно брел, прогуливаясь по вечернему городу, пожилой мужчина на перекрестке озирался по сторонам, явно ожидая кого-то. Только Смирнова застыла на месте, боясь двигаться вперед. Сделала шаг навстречу новой работе и замерла, боясь спугнуть удачу.
— Ты ужинала? — нарушил видимое спокойствие Ветров.
— Что? — девушка повернула голову и нахмурилась, не сразу вынырнув из своих мыслей. — А… нет. Не хочу.
— Диета?
— Вовсе нет, — приглушенно засмеялась Оля.
— В твоем районе есть приличный ресторан или кафе?
— Не знаю. Никогда не интересовалась.
— А чем интересовалась? — улыбнулся Ветров, мельком бросив на нее взгляд.
— Разным, — пожала плечами Смирнова. — До окончания школы любила рисовать. Преимущественно природу. Но художник из меня еще тот. Одно время увлекалась флористикой. Интересны были сочетания цветов, дизайнерские решения. После смерти бабушки отвлекала себя вышивкой из бисера. Чем мельче материал, тем кропотливее работа, так что сидела я над картинами целыми ночами. Первый набор мне принесла подруга, а там и сама втянулась. Когда на мой день рождения Вика привела меня в магазин выбрать очередную вышивку, я увидела набор с деревянными деталями для сборки джипа-сафари. Не устояла. Теперь у меня есть несколько мотоциклов и коллекция из трех авто.
— Любишь технику?
— Не сказала бы. Просто такие наборы дешевле.
Может, судьба преподнесла слишком много сюрпризов, или Оля совсем разочаровалась в жизни, но перед Ветровым не хотела выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Она пыталась держать нейтральную плоскость общения. Потому что ловить его взгляды на себе было невыносимо волнительно и приятно. И глупое, не раз битое сердце отзывалось и тянулось мужчине навстречу, а этого Оля позволить себе не могла. Не теперь, когда она готовится стать матерью. Когда надо стать сильнее, увереннее, закаленнее. Ребенок должен чувствовать опору и поддержку всегда и во всем, даже если у него только мама. Впрочем, и отношения босса с Перовой уверенности в себе не добавляли.
— Ясно. Составишь мне компанию? Не люблю есть в одиночестве.
Смирнова была наивна, но не до такой степени, чтобы не понять, что совместный ужин перевел бы их отношения на другой уровень. В душе она очень этого хотела, но не на одну ночь точно. Ни к чему хорошему бы это не привело, как правильно заметила Вика. Не в том сейчас Оля положении, чтобы позволить себе в очередной раз погрузиться о напрасные мечты.
— Простите, Кирилл Андреевич, но я сегодня не могу, — как можно правдоподобнее выразила сожаление девушка. Характер начальника выучила. Прямой отказ только подстегнет его приказные повадки. — У меня соседка старенькая заболела, и мне ей еще укол ставить.