Не мысли

1

В огне потрескивал сушняк. Галдели ребята. Пряная ночь, опускаясь, окутывала все вокруг, поедая пространство и время. Казалось, что ничего, кроме маленького пятачка земли вокруг костра не существует, что не было «до» и не будет «после», что есть только одно бесконечное «сейчас».

«Скоро похолодает», – с тоской подумал Игорь. Он очень любил эти уютные посиделки, хотя никогда никому не признался бы, что программа наставничества, в которой он так неохотно согласился участвовать, стала для него

спасением от неприкаянности мирной жизни.

Оглядел свой отряд: двенадцать пар румяных щек и горящих глаз. Хотя нет, одиннадцать – одна девчушка так и не раскрылась – за все время не сказала ему ни слова и только изредка бросала на него тяжелый взгляд исподлобья. «Ну ничего, что бы ее ни подтачивало изнутри, современные дети не знают тех ужасов, через которые пришлось пройти моему поколению», – думал он. «Все пройдет, все у нее еще впереди, как, впрочем, и у всех них». От мысли о том, что ждет его впереди, а точнее о том, что ничего особо и не ждет, его радость подернулась паутинкой зависти.

– Дядь Игорь, – прервал его думы Толик. Парнишка рос без отца и уже третий год был участником клуба. Хранители Леса, как гордо именовался отряд Игоря, две недели жили в лесу, изучая все хитрости выживания в дикой природе, а в конце проводили три дня на общей базе с еще десятком подобных отрядов, возглавляемых его боевыми братьями: Морские Пираты, Синеголовые, Друзья Чингачгука, Дикие Вепри… Они устраивали командные игры и индивидуальные соревнования, закаляя, обучая, формируя, наставляя. Три дня отдыха и приезжала новая группа ребят, каждый раз разные, каждый раз впитывающие, любопытные, живые. И каждый раз в первой смене был неизменный Толик.

– Да, старшина?

– Мы тут с ребятами подумали, – неуверенно протянул подросток, – может, вместо вечера песен, ты расскажешь нам о своем героическом прошлом?

– А почему бы и нет? – ухмыльнулся Игорь. Героическое прошлое требовало аудитории, аудитория требовала хлеба и зрелищ, – жизнь шла своим чередом. – С вас ужин, с меня баллады о былом.

Навернув миску нажористой солдатской каши, приготовление которой ребята освоили на отлично, наставник юных умов встал, хрустнув суставами, и стал ходить туда-сюда, настраиваясь на повествовательную волну. Долго настраиваться, впрочем, не пришлось, нужные воспоминания лежали на поверхности, ведь он так часто доставал их, чтобы полюбоваться, отполировать и даже самую малость приукрасить. За последние годы бывший вояка стал опытным рассказчиком, и хорошо знал, как нажать на ту или иную кнопку, вызвав эмоции у слушателя. Он вдохновенно вдохновлял молодежь думать и действовать правильно, как когда-то его учили его.

– Варкалось. Хливкие шорьки пырялись по наве… А, нет, не так, – Игорь остановился, потёр подбородок и вдруг запрыгал вокруг костра, раскидывая свои длинные

ноги как богомол во время брачных танцев. – Смеркалось. Зарево пожара вырывало древнюю церковь из окружающего мрака. Пахло горелым мясом, внутри своими мерзкими голосами вопили термиты, снаружи полукругом стояли дезинсекторы. Их форма цвета густых сумерек слилась бы с ночью, если бы не светоотражающие шевроны и легкое мерцание защитного поля. Я находился всего в нескольких метрах позади, и явственно ощущал исходящую от них силу: именно тогда я понял, что хочу быть одним из них, стоять плечом к плечу с этими героями, защищая свободный мир от разной нечисти! Мне тогда было лет шесть-семь, а в вашем возрасте я уже закончил училище и успел сходить в свою первую экспедицию в юго-восточный термитник.

Воспоминания поглотили ветерана термитных войн, вернув его в дни его молодости, позволяя заново пережить былые ратные подвиги, сдирая вуаль прожитых лет с ощущения всемогущества. Правая рука потянулась к несуществующему оружию несуществующей ладонью – не только ум Игоря, но и его тело жили прошлым.

– Уууу, – протянул хор голосов, и кто-то спросил: – А какие они, термиты?

– Мерзкие. Это главное, что надо о них знать, – шрам на щеке Игоря дернулся и зачесался. – Бездушные твари, разрушающие все на своем пути. Они бесконечно плодились и захватывали все больше ресурсов, чтобы прокормить свое бесчисленное и бесполезное потомство. Жрать и разрушать, – все, на что они были способны, словно рак. И как рак их и надо было вырезать, быстро и беспощадно, пока они не поглотили все цивилизованные народы.

– Говорят, они похожи на нас…

– Опять и снова! – хотел было подумать Игорь, но вырвалось вслух. – Кто, ну кто до сих пор вливает вам в головы эту чушь? Я уже устал объяснять раз за разом, смену за сменой!.. Похожи-то, может быть, и похожи, только нелюди это! Не-лю-ди! Некоторые называли их недо-людьми или варварами, но это бы означало, что они способны вырасти, развиться, что-то понять. А это не так: они генетически на это не способны, это другой вид! Эти твари могут ходить, как люди и говорить, как люди, только путать их с людьми никак нельзя!

Запомните раз и навсегда: термиты – это наш враг, с ними разговора нет и быть не может, их надо уничтожать и точка!

– А как же коллаборационисты? Мы читали, что были те, кто работал с дезинсекторами, помогал им, – пискнул кто-то из девочек.

– Коллаборационистов использовать и уничтожить! Нет других вариантов. Ну нельзя к ним спиной поворачиваться, как вы не понимаете? Нельзя расслабляться в их присутствии, нельзя им верить ни на секундочку. Какой человек будет творить то, что они творили и еще отрицать происходящее, спихивая вину на жертву своих бесчинств?

Конец ознакомительного фрагмента.