(Не)пара

Ти Эллин

— Лис, закажи лето, я не выдерживаю, — целую подругу в щёку и тут же хватаюсь за руку, снова чуть не упав. — Видишь? Сил моих нет!

— Ну, позвони Савельеву, пусть отвезёт тебя, — Лиска пожимает плечами и хитро улыбается. Конечно же, она видела всю переписку с Артёмом, потому что кто не скидывает смс-ки от мужиков лучшим подругам? — Твоя рука ведь его ответственность, или как там?

— Позвони Колосову.

— Забыли Колосова, хватит о нем, — улыбка с лица Лиски тут же пропадает, и купидон в моей голове танцует от счастья ламбаду. Главное не выдать себя, иначе подруга убьет меня раньше времени.

— Что

случилось?

— Да ничего! — она взрывается, а я радуюсь. Точно знаю, что скоро буду выслушивать слезливую речь о первом сладком поцелуе. Ну ладно. На самом деле, у этих двоих не было другого шанса. У них из разряда «розовых соплей» все будет. Отношения, которые я ненавижу, но которые хочет моя подруга. И как бы меня ни бесили все хоккеисты, я точно знаю, что Егор — тот самый парень, который сделает мою дурашку счастливой. А я потерплю, не страшно. — Только говорить, что какие-то там чувства есть, он первый, а как отказала пару раз, так все, прошла любовь. Не зря я ему не верила, он же бабник обыкновенный! Не дала по первому зову, так он сразу лапки сложил. Посмотришь, сегодня уже с другой тусоваться будет. А мне такое не надо. Видишь? Говорила же, что он такой же, как все.

— Что-то я не вижу радости на твоём лице. Ты же так хотела, чтобы он отстал. Ну и?

— Что «и»? Я счастлива, разве не видно?!

— Видно, что ты скучаешь, — хмыкаю, глядя на подругу. Такой недовольной она и правда давно не была.

— Всё-то ей видно, — Лиска прищуривается, — рада я, что он отвалил, ясно?!

— Да ясно, ясно…

Нежнова фыркает и уходит на пару шагов вперёд, что означает банальное «не хочу с тобой разговаривать». Побесится полчаса и успокоится, слишком хорошо я эту козу знаю, она никогда надолго не обижается, да и повода нет.

К универу мы подходим через пять минут, молча и с этим чертовым расстоянием в пару метров, но стоит двум уже таким знакомым машинам заехать во двор, Лиска останавливается и ждёт меня, кусая губы.

— Понимаю, заяц, я тоже не хочу их видеть.

— Придурки.

Артём выходит из машины, и я опускаю глаза, разглядывая свои ботинки, потому что это невозможно. Издевательство чистой воды. Я и так с трудом на Савельева смотрела всё время, а теперь и вовсе. Во-первых, ладно сны, черт с ними, хотя нифига не ладно. Потому что одно дело сниться мне после нашего с ним поцелуя, а другое — видеть его во снах даже после поцелуя с другим мужиком. А во-вторых, это странное общение… Причем исключительно в переписках. Он либо каждый раз мне пьяный пишет, либо, как подросток, мне лично стесняется сказать. Не знаю. В лицо друг другу мы только фыркаем, а как о глубокой глотке поговорить, так добро пожаловать в мессенджер. Не то чтобы я мечтала обсудить с ним эту тему с глазу на глаз… Короче! Я просто запуталась.

Он выходит из машины, здоровается с Егором, а мы с Лиской как две идиотки стоим и делаем вид, что рассматриваем снег под ногами. Ну не дуры?

— Может, в корпус зайдём? Чего стоим тут?

— Видеть этого Колосова не хочу, — хмурится Лиска, но все же соглашается с предложением, и мы идём прямо навстречу вечно курящей у входа шайке хоккеистов. Мне кажется, у них тут лобное место. Как ни выйдешь — все в сборе.

Савельев что-то достает из рюкзака и парни тут же радостно орут, как будто он

там пива притащил целый ящик на толпу.

Но…

Либо я слишком испорченная, либо о парнях думаю чересчур плохо. Поднимаюсь на ступеньках и вижу, что капитан придурков этих самых придурков кормит… Кексами! Боже. Серьезно?!

— Сам испёк, Савельев?

Кто-нибудь, закройте мне рот, пожалуйста, мой язык доведет до котла с чертями, правда. Лиска рядом фыркает на меня, и я понимаю за что. Мы договаривались свалить побыстрее, я сама разговор завожу. Зачем, почему? Что мною движет?

— Почти, — он усмехается и протягивает пару штук нам, — ешьте, может, подрастёте чуток.

— А тебе мой рост все покоя не даёт, да? — краем глаза гляжу на Лиску, которая смотрит в упор на Егора, в то время как он с трудом куда угодно, но не на неё. Мне так радостно от этого, я с ума схожу?

— Мне не даёт, — скалится Антон, и сердце в груди как-то боязно подпрыгивает.

Егор, видимо, желая разрядить обстановку и не дать Антону меня задеть — мировой мужик, я же говорила, — уводит разговор в другое русло, спасая ситуацию, но почему-то не радуя…

— Савыч, Ксюхе спасибо от всей команды передай, кексы бомба, она тоже супер.

— Утром мне вручила, всю ночь пекла, и правда супер же.

— Приятного аппетита, мальчики, — говорю быстро и утаскиваю Лиску за собой в универ. Не хочу кексы. Ничего не хочу.

Ксюха супер.

Какая-то супер-Ксюха, которая печёт суперкексы. И, судя по всему, либо живёт с Артёмом, либо остаётся у него ночевать.

Не знаю, почему меня это так выбесило, но как-то дурно стало. У него там, значит, чуть ли не жена уже, а он мне лекарства оплачивает? Ладно лекарства, а переписки? Это что, на стороне все делает? Нехорошо по отношению к этой супер-Ксюхе как-то получается. Не хочу потом нарваться на гнев обиженной женщины, да и вообще быть кем-то, с кем можно переписываться так втайне от любимой девушки.

— Лиз, ты чего? — Лиска спрашивает, когда мы стаскиваем с себя верхнюю одежду в раздевалке. — Ты как паровоз пыхтишь.

— Да Антон бесит, — вру, а почему подруге правду не скажу — не знаю. Хотя, почему не знаю? Она же сейчас начнет говорить что я ревную и что мне Савельев нравится. Нет, спасибо, такого счастья мне не надо. — Хорошо, что ему договорить не дали, чувствую, гадости сказал бы.

— Он вообще такой противный… Хотя самым нормальным казался.

— Я тоже такого мнения. Своим гнильем не смог даже Савельева из моих снов вытащить.

— Опять снился? — хмыкает Лиска. — Знаешь, говорят, что сны — это наше подсознание. Ничего не снится просто так. Скорее всего, в глубине души ты на самом деле его хочешь…

— Нежнова, — рычу предупреждающе. Мы и так утром чуть не повздорили, повторения я не хочу. — Все мои желания по отношению к Савельеву заключаются только в убийстве, все. Бесит он меня, ясно?

— Угу, — она хихикает, а мне и ей уже треснуть хочется. Что «угу»?

— Даже если я его хочу, подсознательно или как-то там ещё, ты сама слышала, что его есть кому хотеть. Вон там супер-Ксюха с кексами, я со своим неумением готовить и постоянно падать ему точно не сдалась. Так что, — развожу руками и чувствую, как мне становится дико грустно, — не мой пассажир, как бы тебе ни хотелось. Закрыли тему.