Не плачь, девчонка
Шрифт:
— Ты что, правда знакома с Руни? — уточнила она.
— Это фамильяр моего сына, — пожала я плечом.
— Тогда ты просто обязана забрать нас в свой мир, — тихо сказала Лиара. — Идут!
На арену с разных сторон выходили противники, одетые в кожаные штаны и сапоги. Песок скрипел под их ногами в установившейся тишине.
Я залюбовалась своим мужем. Он шёл уверенной походкой, восходящее солнце высветило рельефные мускулы на его руках и кубики пресса на животе. Не как у парней, увлекающихся бодибилдингом, но всё же. Волосы отросли и были собраны в хвост. Надо полагать, эти изменения произошли
Я не могла оторвать взгляд от обнажённого торса Тоби, мечтая пройтись подушечками пальцев по кубикам пресса, ощутить его силу, прижавшись всем телом крепко-крепко. Встретить губами его губы, почувствовать его руки на своей груди, увидеть насмешливую улыбку.
Вздрогнула, приходя в себя. Как же я соскучилась!
Муж поднял на меня взгляд и еле заметно кивнул. Сжав зубы, улыбнулась в ответ. Я верю в тебя, милый!
В одной руке Тоби держал саблю, в другой маленький круглый щит.
Дуэлянты прошли к середине арены и встали друг напротив друга на расстоянии пары метров.
Я изо всех сил сжала кулаки. Вот-вот прозвучит гонг. Кассиан посмотрел в мою сторону и отсалютовал саблей. Придурок! На что он вообще рассчитывает в плане меня?
Тоби вскинул подбородок. Это тут его выучили надменному виду, или он всегда так умел?
Охнула рядом Эриока, хрустнула костяшками пальцев Лиара. Меня передёрнуло. Прозвучал гонг.
Глава 19
Я-то думала, что они тут же бросятся друг на друга, пытаясь убить, но мужчины застыли, как изваяния, чего-то ожидая.
Движение слева заставило оторвать от них напряженный взгляд. Плавно взлетев со своего места, сэр Герхард опустился возле дуэлянтов.
— Господа, — прозвучал его голос, усиленный заклинанием. Хотя в царившей над полем тишине и без того было слышно каждый шорох. — Вы готовы решить дело миром? Мэтр Кассиан?
— Да, — усмехнулся сын леди Мор, — если Эль примет мою руку и сердце.
— Только в отрезанном виде! — пробормотала я, сквозь зубы. И вроде совсем не громко, но ко мне начали поворачиваться любопытные.
— Что вы сказали, дорогая? — повернулся и сэр Герхард. — Вы готовы принять предложение мэтра Кассиана?
Я встала и вежливо улыбнулась.
— Я бы с радостью, сэр, но мысли о ливере мэтра Кассиана вызывают у меня тошноту. Не говоря уже о потных лапах.
— Это значит, нет? — педантично уточнил дедок. Мне показалось, что глаза его при этом весело блестели. Глаза же Кассиана сузились, не суля мне ничего хорошего. Боюсь, я плохую услугу оказала Тоби, разозлив его противника.
— Нет!
— Прекрасно. Сэр Тоби, ваше слово.
— Пусть сдохнет, — равнодушно ответил муж, сильно поразив меня своей кровожадностью. Ведь это же его наставник, в конце концов.
Наставник Кассиан воззрился на Тоби с интересом.
Трибуны зашумели. Сэр Герхард поднял руку, восстанавливая тишину.
— Поединок состоится, господа. Правила вы знаете, проигравшим считается тот, кто потеряет возможность продолжать бой, либо попросит о пощаде, признавая себя побеждённым. С этого момента и до окончания поединка я не рекомендую вам выходить за
Слово «претендовать» мне пришлось по вкусу. Молодец, дедок!
Только теперь я рассмотрела не слишком широкий круг, словно нарисованный красным маркером. Приглядевшись, поняла, что линия в действительности огненная. Можно было разглядеть даже маленькие язычки пламени. Интересно, что «не рекомендую» ведь не значит «нельзя». И что это за правила такие?
Тем временем сэр Герхард самым натуральным образом взлетел вверх, да так и застыл в воздухе, заложив руки с палочкой за спину. Он даже чуть расставил ноги, словно мог опираться ими об воздух. Я видела его невозмутимый профиль. Честно говоря, именно он казался мне самым интересным и добрым магом среди обитателей замка. Хотя на занятиях он требовал, пожалуй, больше других, а с Тоби вообще проводил каждый день дополнительные занятия с девяти вечера до полуночи, на которые я не допускалась.
Очередной звук гонга вывел меня из задумчивого состояния, заставив обратить внимание на противников в центре огненного круга. Но вопреки ожиданиям, бой еще толком не начался. Оба мужчины делали угрожающие выпады, но скрестить оружие не спешили. Я невольно поёжилась. Три метра в диаметре казались мне слишком небольшим пространством для такого опасного действа. Впрочем, рекомендация не заступать за линию ведь не являлась запретом. Упс! Являлась. Тоби, случайно ступив на огненную черту, быстро шагнул обратно. И взметнувшееся метра на два пламя не успело его опалить. Кассиан воспользовался именно этим моментом, чтобы атаковать.
Ума не приложу, как Тоби удалось увернуться от направленного под щит укола. Сабли замелькали в воздухе, плетя звонкие кружева, заставляя противников вертеться в смертельном танце. Звенел металл, шуршал песок под ногами дуэлянтов, я до боли сжала кулаки.
Вот они разошлись, начав движение по кругу. Вроде бы невредимые, разве что у Кассиана на плече появился порез. Но судя по тому, как он вертел этой рукой саблей, ничего серьёзного.
Нет, я ни разу за время обучения не замечала между ними особой дружбы, но здесь ощущалась настоящая ненависть. И из-за чего? Так и хотелось сказать, что все беды от баб, только вот виноватой я себя не считала. Я серьёзно не понимала, на кой я сдалась Кассиану. По мне так юная преподавательница рун была намного симпатичнее меня, да и явно неравнодушна к этому красавцу. Вот что бы идиоту не присмотреться к ней?
Противники снова сошлись, и я вздрогнула всем телом, когда обнажённую грудь мужа, после удара саблей, пересекла длинная кровавая полоса. От следующего удара он увернулся, а после кровь уже потекла по спине. Я попыталась вскочить, но Лиара силой удержала меня на месте.
— Сиди, само залечится, ничего серьёзного.
И точно, пока мужчины то сходились, то расходились, обмениваясь режущими ударами, и норовя оставить друг друга без какой-нибудь конечности, кровь у Тоби перестала сочиться из раны на груди, да и сама она вроде как затянулась. На спине порез был гораздо меньше, и я ухитрилась увидеть, что и он словно исчез. Магия на поле, или кто-то колдует? Точно не Герхард. Он даже не шевелится, застыв в воздухе изваянием.