Не плачь, девчонка
Шрифт:
Ура! Ещё полчаса, и версию о василиске можно было отбросить. Хотя могла бы отбросить и сразу, сомнительно, что Сметвик не определил бы такой яд. Но скрупулёзная проверка – наше всё, главный целитель мог и ошибаться, что свойственно всем смертным. К слову о смертных. Бедолаге в Мунго конкретно не повезло. Я насчитала уже третий фактор воздействия, а значит, кроме отеков, тромбоза, кровотечений и инсульта, несчастного ожидало разрушение эритроцитов и атрофия глазного нерва – а это уже швах. Впрочем, картина просто уникальная. И создать антидот такой сложности –
А спустя ещё час, я восхитилась не на шутку. Мордред и Моргана, какой маньяк создал этот дивный напиток смерти? Да-да, четвёртый фактор тоже был тут представлен, а значит к бедам пациента добавлялся паралич межреберной мускулатуры. И всё бы ничего, если бы это было единственной угрозой – тут даже времени было бы намного больше для маневра. А судя по симптомам у пациента, скупо описанным Морганом, затруднённое дыхание уже имелось. Но это только начало. В сочетании с кровотечением, которое может начаться в ближайшие часы, атрофией глазного нерва и всем остальным – картина вырисовывалась самая мрачная. Показать бы это чудо профессору на Авалоне! Обязательно солью воспоминания в думосбор и попрошу целителя Тики туда передать.
Я так увлеклась, что Данко пришлось несколько раз ко мне обратиться, чтобы привлечь внимание. Время близилось к полуночи, и я не удивилась, что Сметвик прислал новые симптомы. Он сообщал, что состояние пациента ухудшилось, помимо затруднённого дыхания начался кашель, слюнотечение и дважды была рвота. Я удовлетворённо покивала, так как картина вполне соответствовала моим выводам. Разве что ожидала этих симптомов чуть позже. И еще предстояло выяснить, что могло их ускорить. И была искренне благодарна Моргану, что он не пытался меня торопить. Приятно иметь дело с понимающим человеком! И правильно – пациенты будут всегда, и если моё зелье не поможет этому, то может спасти жизнь другим, что поступят с таким же отравлением.
Оглянувшись, увидела на своём столе стакан сока и три сэндвича с ветчиной и сыром. Поняв, что проголодалась, а в работе как раз появилась возможность прерваться, не поленилась снять защитный костюм и умыться. Но даже во время перекуса мой мозг продолжал работать, просчитывая следующие этапы изготовления антидота.
Я вздрогнула, услышав чьи-то шаги. А ведь сказала же не беспокоить. К счастью, это был Джей Ли, а не Тоби. И то счастье.
Брат был несколько бледен, но нянчиться с ним, расспрашивая, в чём дело, я не собиралась. И думала, как бы необидно намекнуть, что он совсем не вовремя. Впрочем, у меня еще оставался один бутерброд.
– Ты как, Эль? – спросил Джей, присаживаясь на табурет. – Жива тут?
– Вполне, – жизнерадостно ответила я. И всё-таки спросила: – Что-то случилось?
– Да… То есть нет. Просто волнуюсь за тебя.
Так я и поверила. Опять ведь заведёт песню про то, какой Тоби хороший. Не дав ему возможности это осуществить, решила поделиться своим восторгом:
– Не поверишь, Джей, какую интересную работу мне подбросил старина Морган. Уникальный яд, у которого нет аналогов, а к утру нужно сделать противоядие.
–
– Сложно изготовить антидот к известному яду, – наставительно сказала я. – А тут неизвестный, да ещё уникальный до крайности. Чуешь разницу?
– И в чём уникальность?
Кажется, мне удалось его всерьёз заинтересовать. И я поспешила поделиться:
– Это яд неизвестной магической змеи, Джей, а уникален он тем, что вместо одного фактора воздействия, или двух, что тоже не редкость для змей, в этом образце присутствуют все четыре. И такого я ещё не встречала.
Братец ещё больше побледнел и спросил:
– Это очень плохо?
– Это прекрасно, глупый. – Я с аппетитом прожевала кусок сэндвича и глотнула сока. – Над простым составом работать не так интересно. Уж ты-то, как артефактор должен это понимать.
– А-а, ну да, – неуверенно согласился он. – И чем грозят эти четыре фактора… э-э… пациенту?
– Ты удивишься, но случай беспрецедентный, – с удовольствием сообщила я, – это тромбоз сосудов и отёки, кровотечения, угроза инсульта, разрушение эритроцитов и паралич межреберной мускулатуры.
Джей расширил глаза и закашлялся.
– Паралич чего? – переспросил сдавленным голосом.
– Межреберной мускулатуры, – улыбнулась я. – Ну это знаешь, когда человек медленно задыхается, потому что мышцы не могут поднять диафрагму. Кстати, симптомы у данного пациента именно об этом и говорят.
– Откуда ты…
– Сметвик присылает описание симптомов. Но это ещё не всё.
– Не всё? – Джей и без того был уже каким-то зелёным, не знала, что он такой впечатлительный.
– Да ничего особенного, – попыталась я смягчить, – просто атрофия зрительного нерва добавляется, а это совсем круто.
– Зрительного нерва?
– Слепота, Джей, необратимая. Всё, с тебя хватит, мой перерыв закончился. Спасибо, что навестил.
– Погоди, Эль. То есть… Блин, ты так расписала! Надежды нет?
Я округлила глаза:
– Тебе не помешало бы, братец, больше в меня верить. Конечно, я намерена сварить этот антидот.
– И спасёшь его?
– Кого?
– Ну, пациента.
– Вполне возможно, – хмыкнула я, – хотя и не факт. Ты чего? Только не смей тут блевать. Я тоже могу впечатлиться, а мне ещё работать!
Джей выглядел очень несчастным, зря я так с ним.
– Да брось, я всё понимаю, но в конце концов, жизнь она такая. Вот, выпей, – я протянула ему успокоительное, а то вид брата мне уже совсем не нравился.
Успокоительное он выпил залпом и посмотрел на меня очень внимательно:
– Он умрёт?
– Джей, ну откуда я знаю? В конце концов, постоянно кто-то умирает. Жаль конечно, но я делаю все возможное.
– Я понял, Эль. А если он…
– Братец, заканчивай уже спрашивать, вовсе не обязательно меня слушать, если ты от этого готов упасть в обморок. Поверь, я в порядке, занята любимым делом и всё отлично. Лучше скажи, как там у вас. Северус уже лёг спать? Тобиас вернулся? Ты сам здоров?