Не плачь, девчонка
Шрифт:
«Видимо нашла и применяла», – промелькнула у меня злая мысль. Бедный Тобби! Судя по всему, мне предстояло ждать четыре месяца, пока заклятье перестанет действовать на мужа. И меня это совершенно не устраивало. И не потому, что хотелось секса, хотя и это тоже было, что уж скрывать. А потому, что ни одному мужику, разве что кроме разных маньяков, не пожелала бы такого увечья.
Что ж, рецепт излечения прямо передо мной. Ингредиенты – после каждого названия, отыскивала нужное на полках в пакетиках и мензурках – все имелись, кроме разве «корня женьшеня магического» и крови пациента. Готовилось зелье без малого семь часов, ночью, при растущей
Одну бутыль так называемой «очищенной воды» я видела при первом знакомстве с лабораторией. Так что нацедила в стакан сто миллилитров и пошла добывать ингредиент. Тобби по-прежнему спал.
Уколола средний палец левой руки специальным шилообразным ножом – это указывалось в рецепте – и выдавила в ёмкость две капли. Тобиас не проснулся.
Оставалось найти корень женьшеня. Смущало слово «магического». Значит, в простой аптеке не купишь.
Сложив все ингредиенты кучкой на стойке, предназначенной для работы с зельями, я, немножко подумав, выпила бодроперцового зелья собственного приготовления. Предстоял трудный день, а я не спала. И позволить себе спать пока не могла. Даже жаль, что оставалось всего два флакончика чудесного зелья. Обязательно надо найти время и сварить все основные, нужные для жизни. Только убедиться в сроках годности, или по крайней мере, освоить чары консервации.
Как и рассчитывала, «Фините Инкантатем» пробудила Тобби без труда. Он сел на кровати, протирая глаза кулаками. Ну а что, пытаясь его разбудить обычным способом – трясла, хлопала по щекам, звала по имени – и не добившись результата, собралась с силами и втянула его на кровать. Сама не знаю, как в итоге удалось. Тяжелый, зараза! Но бодроперцовое зелье – просто чудо!
– Эм… – невнятно пробормотал муж, – сколько времени?
– Почти восемь, с добрым утром.
Он посмотрел на меня осмысленно и улыбнулся:
– Такое чувство, что спал двое суток подряд!
– Выспался?
– Не то слово!
Он вскочил и с удовольствием потянулся, футболка задралась, оголяя плоский живот. Невольно сглотнула. Не в первый раз заметила, что обнаженный торс мужа вызывает у меня какие-то ненормальные желания – то ли покусать его, то ли обнять, то ли просто потрогать руками. Так что отвернулась от греха подальше, да и сбежала вниз готовить завтрак.
Наспех перекусив, Тобби двумя большими глотками осушил чашечку кофе, после чего поднялся, развернул меня от плиты к себе и смачно поцеловал.
– До вечера, – прошептал он и наклонил голову, кусая зубами чувствительную мочку уха.
Я ахнула потрясенно – не знала, что это так… эротично. А муж уже гремел ключами у входа.
Ну и как мне не помочь ему? И на что рассчитывает с такими авансами? Опять будет травиться шаманскими средствами?
А у меня было дело первостатейной важности. Раздобыть недостающий ингредиент. Ну и Северусу обещала поездку на Ночном Рыцаре.
Но сначала заставила его скучать в приёмной салона красоты. Пришлось потратить несколько фунтов, чтобы выщипали слишком широкие брови и нанесли незаметный, но сильно меняющий лицо макияж. Молоденькая девушка, Грейси, вдохновенно трудилась, изредка поглядывая
– Мам, ты такая… , – начал Сев, когда мы оказались на окраине города, в пустынном переулке за каким-то заводом. Малыш с темным ёжиком волос стал казаться старше.
– Какая такая? – улыбнулась я, доставая из безразмерного кошелька палочку и взмахивая ею.
– Красивая.
Ночной Рыцарь заставил нас отпрыгнуть на обочину. Сомневаюсь, что привыкну к нему. Лучше уж аппарацию освоить. Или есть ведь ещё всякие порт-ключи.
А вот Сев был в полном восторге. Еле уговорила его занять со мной ту часть автобуса на втором этаже, которая предназначена для матерей с детьми. Всё рвался к катающимся по салону кроватям.
Благо, спор не продлился долго. Автобус резко затормозил у Дырявого Котла.
– Всего наилучшего, миссис…, – приложил руку к фуражке косоглазый кондуктор.
– Грин, – улыбнулась я, – Миссис Джон Грин.
Само как-то вырвалось. Нужно будет так и зваться, вполне нейтральное имя.
– Очень приятно, миссис Грин. Зовите меня Питер.
Ну вот, стоило немножко подкраситься, и пожалуйста. Уже кондуктор заметил.
Я поспешила в бар, крепко держа ладошку Северуса. Магловская джинсовая юбка и свитер в серую и черную полоску особого внимания пьющей публики не привлекли, но я решила обзавестись на этот раз мантиями в первую очередь.
Тома за стойкой не было, чему я порадовалась. Мне он не внушал никакого доверия. Зато к задней двери направлялся невысокий старичок-волшебник. Бросилась за ним, чтобы самой не открывать проход. Я пока не выучила, как это делается.
Старичок поднял палочку перед каменной кладкой стены на задворках бара, и оглянулся на нас:
– Добрый день, мадам, – произнёс он с каким-то знакомым акцентом.
– Здравствуйте, – улыбнулась я, и сразу добавила, догадавшись, в чём дело: – Beau temps, n’est-ce pas?
По-французски это означало буквально: Прекрасная погода, не правда ли?
Старичок оживился, быстро залопотав на своем родном языке. Я его хорошо понимала, но о своем порыве уже пожалела. Еле отделались от разговорчивого спутника у входа в лавку мадам Малкин. Сев помахал ему рукой, хотя всю дорогу таращился на старичка довольно враждебно.
Невысокая пухленькая волшебница материализовалась в безлюдном салоне почти мгновенно. Везет же, аппарировала видать.
– Добрый день, что… Эйлин?
Я вгляделась внимательнее, начиная краснеть. Признаться, что отшибло память? И вдруг словно занырнула в её широко распахнутые смеющиеся глаза: «Какая хорошенькая стала! А была таким пугалом. И нос задирала, чистокровная, ага. Где же тебе помнить Эми Лэйк?! И училась я на два курса младше с твоим братом Джеем Ли, слизняк ещё тот». Я вынырнула, шокировано понимая, что продолжаю неподвижно стоять на месте, глядя в глаза этой молодой особы.
– Эми Лейк?
– Эмили Томас Малкин теперь. – Просияла женщина. – Так ты меня помнишь!