Не плачь, девчонка
Шрифт:
– Эль, тебе это не понравится.
– Можешь не сомневаться. Мне уже не нравится, так что терять тебе нечего.
– Ладно, – Тоби провёл рукой по волосам, и умоляюще посмотрев на меня, выпалил: – она хочет, чтобы я оплодотворил трёх женщин по числу забираемых нами.
Я удивлённо раскрыла рот. Мама дорогая! Да они тут с ума посходили! И вдруг до меня дошло. Это мой Тоби будет заниматься сексом с какими-то чужими женщинами? Подавив нарастающую ярость, спросила его как можно ласковей:
– Милый, ну а ты как, готов
– Эль! – Тоби отступил на два шага, и поднял руки, – я не соглашался!
– Нет, ты мне скажи, – я решительно сократила расстояние между нами, вглядываясь в его испуганное лицо, – ты уже мысленно это проделал? Правда ведь, дорогой?
– Нет! Я даже не думал! Я только думал, как объяснить тебе.
Я отвернулась. И чего злюсь? Почему не верю ему? Что помешает ему завести интрижку на стороне, когда вернёмся. Некоторые мужчины секс на стороне и за измену не считают. И с чего я взяла, что Тоби не такой?
– Эль, пожалуйста…
– Я не против, Тоби. Делай, как знаешь, – меня охватила странная усталость. Обхватив себя руками, я смотрела на далёкий лес и не видела его. Почему-то я так и знала, что не может всё быть так прекрасно, как мне казалось.
Тоби крепко обнял меня сзади, так что и не вырвешься.
– Знаешь, – сказал он решительно, – это я от неожиданности растерялся. Никогда не был в такой ситуации. А сейчас представил, что где-то в другом мире будут расти мои дети, и понял, что не смогу этого допустить. Я сейчас же пойду и скажу, что отказываюсь.
Я усмехнулась – слабое утешение. Секс с другими его как-то не взволновал, а вот дети – да, дети – это святое.
– Нет, дорогой. Я сама схожу.
Была у меня одна мысль, хотя не факт, что леди Мор согласится. Но попытка – не пытка.
Я высвободилась из объятий мужа и быстрым шагом отправилась к кабинету леди Мор. Тоби не отставал, но я успела захлопнуть дверь перед его носом, едва войдя в кабинет.
Леди Мор смотрела с удивлением.
– Что случилось, леди Эль?
– Вы ведь понимаете, что просите от моего мужа невозможное.
– Почему же. Есть специальные зелья. Ваш супруг очень сильный маг, его дети могут стать величайшими волшебниками в нашем мире.
– Я не об этом, – отмахнулась я. – Я о том, что это неприемлемо. Дети сэра Тоби будут только от меня, и жить они будут в нашей семье, и никак иначе. Но…
– Полно вам, милочка, можете ничего не говорить, и так понятно, что не судьба, но ведь попытаться я должна была?
Напряжение и не думало покидать меня, а леди Мор с доброй улыбкой продолжила:
– Так что забирайте ваш выводок и оставьте мне мой замок – он мне дорог как память и очень не хотелось бы доживать остаток своих дней в руинах.
Я вздохнула, почувствовав, что невольно улыбаюсь. Пожалуй, я сильно ошибалась на её счёт. Поэтому решила в знак доброй воли предложить хоть что-то:
– Я вам очень благодарна,
Леди Мор подалась вперёд:
– Это проклятье невозможно снять!
– Возможно, – твёрдо сказала я, – я сама готовила, и точно знаю, что оно помогло. У нас его называют «Жемчужным Ожерельем Смерти».
Ага, это было то самое зелье «Pearl Necklace mortem», что так требовалось в Мунго в первые дни моей жизни в этом теле. Тогда я отправила готовое. Но потом и сама сумела сварить, когда нашла его подробное описание в дневнике моей предшественницы. А раз гонорар мне выплатили оба раза, то могла надеяться, что оно действует.
– Леди Эль! Как долго оно готовится?
Мне было страшно любопытно, кто тут у них проклят таким заковыристым проклятьем, но не стала спрашивать.
– Шесть часов.
Это редкое зелье было невероятно сложным, однако по скорости приготовления превосходило множество более простых.
– Как быстро наступит эффект?
– Сразу, – пожала я плечом. – Насколько знаю, человек просто проснётся, причём будет помнить всё, что предшествовало проклятию.
– Даже если сон длится двадцать шесть лет?
– Я только доработала его, благодаря чему воспоминания проклятого сохранялись. А придумавший его зельевар был моим предком, и впервые использовал его на сыне, проспавшем сорок один год. Сын проснулся сразу, но никого не узнавал, и помнил лишь детские годы, забыв несколько лет учёбы. В возрасте шестидесяти пяти лет, после пробуждения, ему пришлось учиться заново. Но он прожил ещё сорок лет, успел жениться и оставить наследников. Рецепт зелья принадлежит моей семье более трёхсот лет и передаётся по наследству. В Мунго знают о его существовании, я несколько раз для них варила, но точно знаю, что они не смогли его повторить.
– Могу я попросить вас саму изготовить это зелье в присутствии моего зельевара?
– Зачем же – я вам оставлю подробные инструкции со всеми нюансами. Если варить будет сэр Аттикус, что преподавал нам с Тоби Зельеварение, то у него всё получится с первого раза.
Леди Мор не удовлетворилась этим заверением, пригласила сэра Аттикуса, проследила, чтобы он сам записал с моих слов все подробности изготовления, после чего с сожалением сказала:
– Дорогая Эль. Вы подарили мне надежду. Если когда-нибудь вы захотите снова нас навестить, мы всегда будем вам рады. Только помните, что наши жизни не бесконечны, и через шестьдесят лет вы можете уже не застать в живых многих из нас, тогда как в вашем времени пройдёт всего десять лет.