Не прогоняй меня
Шрифт:
Итак. Она была замужем около месяца-двух, более точно выяснять не стала и это совершенно не важно. После консумации Элизия забеременела, но «благодаря заботам» си*Кобры потеряла ребенка. Муж расторг с ней брак и выслал ее в Северный замок, принадлежащий роду до*Марвен, куда-то на границу между летом и зимой. Ей восемнадцать лет, вся жизнь еще впереди.
Еще один вопрос интересовал Лизу — как она сейчас выглядит. Зеркал в этом мире или в этой гостинице она пока не видела. В воду, которую ей принесли вчера в тазу для омовения, не особо себя и разглядишь. Но как ей удалось увидеть, лицо у Элизии очень миленькое, курносый аккуратный носик, губки бантиком, огромные глаза. Вот только цвет их она не рассмотрела. Методом визуального осмотре тела удалось выяснить, что сложение
Лиза усмехнулась своим мыслям — взрослая тетка взяла на прокат молодое соблазнительное тело и будет играть им, как в куклы. Явно в детстве не наигралась, а потому что нечем было играть. На игрушки просто не хватало денег. Да и на красивые наряды тоже. Поэтому мама сразу же научила дочку шить и вязать. Они покупали дешевые ткани с дефектами, на что были скидки, и пытались сшить из них что-то «модное», а еще шили мягкие игрушки, с которыми она играла. У нее и до сих пор дома на Земле остались парочка ее любимых игрушек — медведь и сова. Мелькнула мысль о возможном заработке, которую Лиза отложила «на полочку».
Ой, как пригодились все эти книги о попаданстве — надо как-то жить и зарабатывать себе на жизнь. Можно сказать, она всю жизнь готовила себя к этому, да и что скрывать — мечтала попасть в другой мир. И вот она здесь. Только надо найти себе занятие, которое принесет заработок. А что она умела, кроме как читать? Только шить. Значит, это и будет использовать. И мысль, что она может попробовать писать книги для детей тоже отложила на полочку рядом с первой.
И еще надо что-то решить с «прогрессорством», как об этом писали во всех фэнтези. Лиза немного подумала и решила, что сначала доберется до места, а там решит, чем займется. Может в этом мире уже все придумали и ней ничего не надо улучшать для своей жизни. На том ее настроение поднялось еще на пару пунктов вверх.
Примерно через пятнадцать минут к ней постучалась Вендера, которая помогла ей одеться, привести себя в порядок. Потом они перекусили в местном трактире гостиницы и отправились дальше.
Природа тоже немного отличалась от земной. Здесь такой яркой зелени, как на Земле не было, она скорее напоминала сине-зеленый цвет, почему-то на память пришло название — цвет морской волны. Но это было не критично, можно принять и привыкнуть. Цветы радовали богатством красок, да таких, которых на Земле явно не было, вот камни, песок были такого же цвета. Лизе все это нравилось.
«Инфраструктура» тоже чем-то напоминала земную — дороги, кареты, гостиницы, магазинчики. В городке, когда они приезжали по нешироким улочкам, видела вывески, которые давали понять, что здесь есть врачи (или лекари, Лиза пока не выяснила), швеи, обувщики, мясники, пекари и т. д. Все больше это напоминало средневековые города Европы.
Впереди их ожидало еще несколько дней пути. Вендера продолжала рассказывать ей о жизни Элизии в монастыре, но Лиза слушала это мимо ходом, здесь уже совершенно ничего интересного для нее не было. О «муже» и его любовнице няня рассказала все еще вчера, новых подробностей она слышать не хотела. Только уловила, что Ультара, которой исполнилось двадцать четыре, была из крайне бедной семьи. «Наверное потому и вцепилась в Эрселия, — решила Лиза. — Кто же откажется от красивой жизни». А еще была интересная информация, что Ультара привезла с собой во дворец
— За то время, пока мы с тобой жили во дворце, — рассказывала Вендера, — этот Урвент мне так не понравился, что хотелось прятаться от него. И мне совершенно не нравились отношения между ним и Ультарой. Я много прожила (как оказалось, Вендере 38 лет, что по местным меркам для людей уже довольно почтенный возраст), но чтобы так себя вели родные брат и сестра не видела. Слишком близкие отношения они позволяли себе, объятия, поцелуйчики. Сколько раз их слуги заставали в непотребном поведении.
Няня негодовала, когда рассказывала об этом, а Лизе на ум приходила история Калигулы и его родной сестры Друзиллы, или Исиды и Осириса в Древнем Египте. Да и ладно, черт с ними. Ее это совершенно не касается.
Чем ближе приближалась карета к замку, тем Лиза больше замечала изменения в погоде и природе. Становилось заметно холоднее, менялись виды растений, теперь вместо лиственных деревьев все больше попадалось хвойных, меньше встречались яркие цветы, потом вообще цветы пропали. Через двое суток дороги появились первые заснеженные поля, деревушки и городки, засыпанные снегом. Вендера пояснила, что сейчас здесь самая середина местного аналога зимы, потом будет теплее. Няня достала из кожаных сундуков (Лиза не знала, как называются эти огромные чемоданы, которые были прикреплены позади кареты) теплые плащи и сапожки. С каждым часом становилось все холоднее.
К обеду третьего дня появились впереди какие-то одиночные горы (ну или высокие холмы, Лиза тоже не могла дать им определение, решила остановиться на определении — гора), но странные, словно кто-то специально воткнул их тут. На одной из них высился замок, очень похожий на замок Нойшванштайн, который так любили рисовать в мультиках. Вокруг этих гор простирались поля и леса, пересекаемые реками. Сейчас Северный замок и вся округа была засыпаны снегом, который искрился под лучами обоих Светил. У самой горы ютился небольшой городок. Лиза решила, что здесь могут жить те, кто работает в этом замке и в чем-то оказалась права.
До замка они добрались только к ужину, в сумерках. Насколько смогла Лиза разглядеть эту красоту, одна сторона горы была покрыта лесом, а вот вторая манила своими прекрасными ровными склонами. Лиза никогда не была в Альпах, но почему-то сейчас она вспомнила об Альпийских горнолыжных курортах и снова мысль чем можно зарабатывать зашевелилась в ее голове, которую отложила на свою «полочку» замыслов.
При подъезде к замку их возле крыльца встретил благообразный мужчина, на вид около 60-ти лет, который представился управляющим Бантером си*Малер, из семьи, в которой мужчины всегда были управляющими Северным замком. То, как Бантер смотрел на девушку, Лизе понравилось — без надменности, даже с каким-то отеческим сожалением, готовностью помочь и поддержать. Поэтому она улыбнулась ему доброжелательной улыбкой. Рядом с ним на крыльце стояло еще двенадцать человек — пятеро мужчин и семеро женщин, среди которых выделялась одна дама лет 40–42 с явно недобрым и крайне надменным выражением лица, в глазах которой так и читалось, что она здесь главная и не потерпит соперников. Но Лизе сейчас было совершенно наплевать на нее, слишком устала с дороги, да еще и слабость о себе давала знать, поэтому со всеми она разберется завтра.
— Я рад встретить Вас, дама Элизия, — поклонился Бантер. — Замок готов к вашему приезду. Все слуги ждут Ваших распоряжений.
Слуги помогли забрать из кареты вещи и занести в замок. Здесь было довольно холодно, снимать теплую накидку Лизе не захотелось. Осматривать замок сегодня Лиза отказалась, отложила на потом.
Девушку провели в ее покои на втором этаже, где в камине уже горел огонь и было немного теплее, хотя протопить комнату размерами около тридцати квадратных метров при наличии двух довольно больших окон, из которых так и тянуло холодом, было довольно трудно. Бантер что-то еще хотел ей показать и рассказать, но после дороги и болтовни нянюшки, которая не замолкала ни на минуту, у нее уже раскалывалась голова. Хотелось тишины и покоя.