Не просто плотник
Шрифт:
Причём заметьте: встреча с Иисусом и последующее обращение Павла произошли совершенно неожиданно для него: «… внезапно воссиял с неба сильный свет вокруг меня». (Деян. 22:6). Павел не имел ни малейшего представления, чей это божественный голос зовёт его с небес. И когда голос сказал, что это-Иисус из Назарета, он затрепетал, поражённый этой вестью.
Пусть даже мы и не знаем всех подробностей-хронологических и психологических-происшествия, случившегося с Павлом на пути в Дамаск, но мы твёрдо знаем, что происшествие это радикальным образом изменило всю его жизнь.
Прежде всего, коренным образом изменился характер
После обращения он становится терпимым, добрым, готовым на жертвы, бескорыстным.
Кеннет Скотт Латуретт говорит: «Глубокое, перевернувшее все прежние представления религиозное переживание придало новый смысл жизни Павла, оно превратило малопримечательного человека с почти невротическим темпераментом — во влиятельнейшего проповедника».
Во-вторых, изменился характер отношений Савла с последователями Иисуса. Он провёл несколько дней с учениками в Дамаске (Деян. 9:19). И мы знаем, что когда Павел пришёл к ученикам, они протянули ему руку дружбы.
В-третьих, изменились взгляды Павла. Не теряя любви к своему иудейскому наследию, он из ожесточённого противника превратился в решительного проповедника христианской веры. «И тотчас в синагогах начал проповедовать Иисуса, что Он есть Сын Божий» (Деян. 9:20).
Изменились интеллектуальные убеждения Павла. Его собственный опыт вынудил его признать, что Иисус был Мессия, несмотря на вопиющее противоречие с мессианскими идеями фарисеев. Его новое представление о Христе означало полный переворот в его мировоззрении.
Жак Дюпон отмечает, что после того, как Павел «со всей страстью отрицал, что распятый человек может быть Мессией, он поверил, что Иисус действительно был Мессией, и вследствие этой новой веры радикально изменились все его мессианские идеи».
Теперь он смог понять, что смерть Христа на кресте, которая казалась ему раньше Господним проклятием и достойным жалости концом человеческой жизни, в действительности была актом, в котором Бог через Христа примирился с миром. Павел, наконец, понял, что через распятие Христос сделался «за нас проклятием» (Гал. 3:13) и «грехом вместо нас» (2 Кор. 5:21).
Смерть Христа была не поражением, а великой победой, ибо она была преодолена воскресением. Крест переставал быть «камнем преткновения», становясь самою сутью Божественного мессианского искупления. Миссионерские проповеди Павла можно свести к следующим его словам: «объясняя и доказывая, что Христу надле-жало пострадать и воскреснуть из мёртвых, и что это-Христос, тот Иисус, Которого я возвещаю вам» (Деян. 17:3).
В-четвёртых, изменился смысл его деятельности. Из человека, полного ненависти к неевреям, он превратился в миссионера, обращавшегося именно к ним. Из фанатика иудейской веры он пре-вратился в евангелиста. Еврей и фарисей, Савл свысока смотрел на неевреев, видя в них низшую, по сравнению с избранным народом, расу. Случай в Дамаске превратил его в убеждённого апостола, посвятившего жизнь тому, чтобы помочь неевреям. В Христе, явившемся ему, Павел увидел Спасителя всех народов.
Из правоверного фарисея, чья задача состояла в сохранении строгого иудаизма, он стал пропогандистом новой радикальной секты, называвшейся христианами, той самой, против которой он раньше
Он настолько сильно переменился, что «изумлялись все слышавшие, и говорили:
— Не тот ли это, кто истребил в Иерусалиме призывающих Имя это, и сюда не для того ли пришёл, чтобы отвести их в узах к первосвященникам?» (Деян. 9:21).
Историк Филип Шафф утверждает, что «обращение Павла — это поворотный пункт не только в его частной жизни, оно знаменует со-бой важную эпоху в истории всей апостольской церкви и, соответственно, в истории человечества. Это событие своими последствиями может быть сравнимо лишь с чудом в день Пятидесятницы. Оно обеспечило всемирную победу христианства».
Как-то в Хьюстонском университете, обедая, я сидел рядом с каким-то студентом. Мы заговорили о христианстве, и он заявил, что не существует никаких исторических подтверждений христианства и самого Христа. По специальности он был историк, и я увидел среди его книг учебник по истории Рима. Он признал, что там есть глава про апостола Павла и христианство. Он прочёл её и удивился, что эта глава начинается с рассказа о жизни Савла из Тарса, а кончается описанием жизни апостола Павла. В предпоследнем абзаце было сказано, что, мол, неясно, что произошло в промежутке. Тогда я открыл книгу Деяний и объяснил ему, что Христос, после своего воскресения, явился Павлу. Студент этот согласился, что это наиболее логичное объяснение обращения Павла в христианство. И потом, уже позже, он сам уверовал во Христа как в своего Спасителя.
Элиас Эндрюс говорит следующее: «В этой коренной трансформации „фарисея из фарисеев“ многие нашли наиболее убедительное доказательство истины и силы религии, в которую он был обращён, равно как и ценности и роли личности Христа».
Арчибальд Мак-Брайд, профессор университета в Абердине, писал о Павле: «Рядом с его свершениями… бледнеют победы Александра Македонского и Наполеона».
Клемент говорит: «Павел семь раз томился в цепях, проповедовал Евангелие на Востоке и на Западе, дошёл до океанского побережья на Западе и погиб смертью мученика от рук властителей».
Павел не уставал повторять, что живой, воскресший Иисус преобразил его жизнь. Он был настолько убеждён, что Христос воскрес из мёртвых, что сам тоже умер мученической смертью за свою веру.
Два профессора из Оксфорда: Гилберт Уэст и лорд Литтлтон, поставили себе цель: разрушить основы христианской веры. Уэст хотел доказать ложность идеи воскресения, а Литтлтон намеревался показать, что Савл из Тарса не был обращён в христианство.
Они оба пришли к прямо противоположным выводам и стали убеждёнными последователями Иисуса. Лорд Литтлтон пишет:
Одно только обращение и апостольское служение Павла для внимательного исследователя является достаточным доказательством того, что христианство было Божественным Откровением.
В заключение он пишет, что если двадцать пять лет страданий Павла и его служения Христу имели место в действительности, то его обращение в христианство, несомненно, также имело место, ибо всё, им сделанное, началось с этой неожиданной перемены. А если он действительно обратился в христианство, то значит, что Иисус Христос восстал из мёртвых: ведь что бы ни говорил и ни делал Павел, он всегда связывал это с тем моментом, когда он увидел воскресшего Христа.