Не та цель
Шрифт:
Не успел я начать паниковать от происходящего светопреставления, как снизу раздался голос бабушки:
— Нев, ты не слышишь что ли? Наша гостья пришла! Иди, открой камин! Я скоро к вам подойду…
«Открой камин? Кажется моё испытание начинается несколько раньше срока…» — озабоченно подумал я, откладывая томик «Теории магии»…
Глава 7. Маленький секрет
Спускался вниз я в весьма смешанных чувствах. Мне конечно ничего не стоило изобразить, что я не помню как открывать
Пройдя в гостиную, которая пока что успешно избегала моего внимания, я тут же увидел объект своего интереса — весело полыхающий монструозный камин, сложенный из красного кирпича.
Честно говоря — понятия не имел, как организована эта их каминная сеть, и как она вообще работает, но пока что всё это было не важно… На текущий момент мне надо сообразить хотя бы о такой мелочи — как активация этой самой сети.
К счастью детская память меня действительно выручила, и как только я увидел камин, то практически сразу в сознании начали всплывать картинки, как бабушка изображала перед этим камином странные знаки при помощи волшебной палочки, дублируя их несколькими заклинаниями, куда совершенно точно входил «Глациус», гасящий обычное пламя.
Я не верил, что зная особенности своего внука по части магических действий, Августа не предусмотрела альтернативного варианта... И действительно!
Следующим воспоминанием у меня было то, как Невилл подходил к портрету на стене, на котором был изображен рыцарь, верхом на сером коне, после чего вежливо просил его открыть камин для перемещения.
Чувствуя себя весьма неуютно, я приблизился к ожившему портрету, на котором рыцарь уныло сидел на траве, пока его скакун эту самую траву во всю употреблял, и тихо произнёс:
— Сэр Роланд… Не затруднит ли вас разблокировать камин? У нас с бабушкой будет гостья…
Рыцарь медленно поднялся с травы, и стукнув кулаком себя в грудь, тут же произнёс:
— Конечно, маленький Лонгботтом! Всё во славу рода! Hic Stamus!
В следующий миг в камине что-то хрустнуло, и яркое пламя практически мгновенно погасло, чтобы в следующий момент на его месте вспыхнуло совсем другое пламя, изумрудного цвета, явившее в наш дом воистину удивительную волшебницу.
Гризельда Марчбэнкс оказалась весьма пожилой женщиной, которая будучи высокопоставленной волшебницей и членом экзаменационной комиссии, была обязана облачаться в весьма характерную одежду, которая одним своим видом должна была отражать её статус в волшебном обществе.
Первой в глаза конечно же бросилась классическая длинная мантия глубокого синего цвета, которая была отделана по краям тонкой серебряной окантовкой. Даже на расстоянии мне было прекрасно видно, что ткань её мантии была плотной и качественной, в отличии от того непотребства, которое называлось «школьной мантией», и висело в шкафу у Невилла.
На шее у гостьи был намотан шёлковый платок в сине-серебряных тонах, заколотый изящной брошью с крупным аметистом, который,
Вопреки ожиданиям, памятуя о любви Августы к весьма экстравагантным шляпам с чучелами различных животных, я и тут ожидал чего-то подобного, однако на голове у гостьи была простая, но элегантная шляпа с узкими полями, украшенная серебристой лентой.
Пройдя внутрь гостиной, гостья одним невербальным заклинанием очистила свою одежду от сажи, которая была обязательным атрибутом при перемещении каминной сетью, после чего наконец-то обратила на меня взгляд своих практически чёрных глаз.
В тот же момент, я старательно держа спину прямо, и удерживая вежливую улыбку на губах, слегка наклонил голову, приветствуя гостью, после чего вежливо сказал:
— Добрый день, мисс Марчбэнкс, я рад приветствовать вас в родовом поместье Лонгботтомов. Позвольте сопроводить вас до зала, где я смогу предложить вам освежающий напиток, пока бабушка заканчивает свои дела?
«Жесть… Если каждый раз так общаться — это же свихнуться можно!» — тоскливо подумал я, но ни единым движением не выдал этих мыслей, продолжая смотреть на гостью с мягкой улыбкой на губах.
Женщина на это только спокойно кивнула, воспринимая все услышанные слова как данность, что ещё раз убедило меня в том, что она является весьма ярой сторонницей традиций, а значит улыбаемся и машем, продолжая нашу увлекательную игру.
Приблизившись ко мне, мисс Марчбэнкс на несколько мгновений подняла свою руку, где я практически сразу заметил на одном из пальцев массивное кольцо с печаткой, украшенное тем же камнем, что и брошь, на котором был изображён крохотный символ «В», что насколько я помню является отличительной особенностью членов Визенгамота, после чего бесцеремонно схватила меня за подбородок, и подняв моё лицо к верху, несколько мгновений молча рассматривала его, заставляя меня чувствовать себя весьма неловко.
В конце концов старушка увидела, что хотела, и скупо улыбнувшись, произнесла:
— Возмужал, повзрослел… На Фрэнка становишься похож. Молодец Невилл! И воспитание, как я вижу, не совсем проходит мимо тебя… Хвалю.
После этих слов она отступила немного назад, и отодвинув мантию немного в сторону явила на свет расшитую серебром небольшую сумку, расположенную у неё на поясе, и выполняющую роль небольшого хранилища различных предметов и документов.
На сумке я успел разглядеть такой же символ, что и на кольце, после чего гостья чётким движением достала из неё какой-то листок, и протянула его в мою сторону:
— Вот… Помнится ты увлекался гербологией, и очень интересовался в прошлый мой визит свойствами ядовитой тентакулы…
Невилл в этот момент с радостными воплями вырвал бы листок из рук волшебницы, после чего начал радостно голосить о бесценности полученных знаний, однако мне до этих листиков цветочков было до одного места, но это совсем не значило, что я должен отвергать дар старой волшебницы.
Аккуратно приняв несколько рукописных листов пергамента, я вежливо поклонился, и натянув на лицо довольную улыбку сказал: