Не та цель
Шрифт:
Домовик за это время тоже стал чувствовать себя весьма лучше, и при взгляде на него больше не хотелось заказывать срочную панихиду. Тем не менее мы с бабушкой всё равно берегли его силы, и всю работу по дому Августа делала самостоятельно.
В один момент я если честно даже задумался о необходимости этого ритуала… Дело в том, что на текущий момент у Симми было достаточно сил, чтобы дотянуть до моего ритуала Наследования, и тогда он автоматом сможет получать от меня магию, что нам собственно говоря и требовалось, однако потом я посидел, подумал, пообщался
Весь секрет оказался в том, что если я буду действовать через свой ритуал Наследования, то Симми конечно начнёт получать магию от меня, однако по факту он по прежнему останется домовиком семьи Лонгботтомов, и в случае выздоровления Фрэнка — его приказы для Симми будут куда приоритетные моих.
Если же я проведу ритуал привязки, то Симми лишь номинально останется эльфом семьи Лонгботтомов, а на деле он станет моим ЛИЧНЫМ домовиком, что уже совсем другое дело для такого собственника, как я.
И вот… Наконец-то настал тот самый долгожданный день, когда я крайний раз должен был провести обязательные ритуалы, после чего в полночь, когда граница между мирами становится особенно тонкой, начнётся сам ритуал…
Было ли мне страшно? — О, ещё бы… Нервничал ли я? — Ещё как! Однако глядя на доверчиво заглядывающие в самую мою душу глаза домовика, я понимал, что права на ошибку у меня нет, и всё просто обязано получиться!
Наконец до полуночи оставались буквально считанные минуты, и спустившись в зал — я к своему удивлению увидел там Августу, которая педантично разложила по столу необходимые атрибуты для ритуала: серебряный нож, зачарованная свеча, блюдце с молоком и клочок пергамента, где я за ужином собственноручно написал своё имя.
Но удивило меня совсем не это… Дело в том, что Августа держала в руках какой-то белый кусок ткани, и когда я удивлённо посмотрел на него — тяжело вздохнула и сказала:
— Невилл, ты же знаешь, что для ритуала не подходит повседневная одежда. Она слишком насыщена различными проявлениями магии и может совершенно непредсказуемо повлиять на проводимый ритуал! Поэтому прежде чем начать — обязательно переоденься.
Сказав эти слова, бабушка тут же ушла в свою комнату, тихонько шепча под нос слова напутствия и удачи, после чего я наконец-то остался один.
«Что ж… Приступим.» — подумал я, и следуя совету бабушки быстро скинул с себя домашнюю одежду, и натянул оставленную ей ткань. Больше всего это одеяние походило на простынь с дырой для головы в центре, однако от обычной простыни её отличало то, что по периметру у неё были вышиты какие-то кельтские руны, которые явно чего-то значили…
После этого действия я взял все необходимые элементы для будущего ритуала, и перебазировался в гостиную, поближе к камину.
Ещё раз внимательно проверив себя на предмет забытых вещей — я понял, что всё это лишь попытка оттянуть неизбежное, после чего взял в руки мешочек с солью, и начал чертить вокруг себя круг, тщательно прогоняя из головы кадры фильма «Вий»…
Круг из соли был перестраховкой, и как
Как только их стрелка встала на отметку полночи — я тут же торжественно произнёс первые слова:
— Vetera discede, nova veni.
Эти слова были стартовыми для проведения ритуала, и если дословно, то означали следующее: «Старое уйди, новое приди.»
Как только я произнёс эту фразу, то тут же почувствовал, как по коже прошла настоящая волна мурашек, а аметист на моей груди начал едва уловимо светиться, расстраиваться вложенную в него магию… Всё это значило только одно — магия началась!
После этого я аккуратно поставил около камина блюдце с молоком и мёдом, зажёг свечу, и тихо сказал зазубренную фразу:
— Spiritus domus, audi me, еgo sum dominus tuus, serviam tibi, servies mihi.
Дословный перевод этой фразы был следующим: «Дух дома, услышь меня, я твой хозяин, буду служить тебе, а ты мне.»
С каждым сказанным словом присутствие магии становилось всё ощутимее, и когда я закончил эту фразу, то буквально всеми фибрами души ощутил, как призванные мной силы словно голодный хищник замерли в ожидании следующего шага.
Стараясь не нервничать, и сглотнув неожиданно ставшую вязкой слюну, я взял в свои руки серебряный нож, и аккуратно надрезал свой палец на левой руке, после чего осторожно качнул одну каплю крови на лежащий передо мной пергамент.
Следующим этапом я положил нож на пол, и взяв в свою руку пергамент — тут же кинул его внутрь весело полыхающего камина, одновременно с чем сказав:
— Hoc pacto, hoc vinculo. — выпил глоток молока, которое почему-то отдавало непонятной пряностью, и шёпотом закончил ритуал:
— Fiat.
Одновременно с этим словом свеча потухла, а круг из соли просто взял, и растворился едва уловимой белесой дымкой.
Понятия не имею — должно ли было происходить всё именно так, но мне сейчас уже было совсем не до переживаний. Не смотря на то, что у меня был заряженный аметист — ритуал всё равно выпил из меня целую прорву сил, поэтому сейчас я не мог думать ни о чем другом, кроме своего скорейшего перемещения в кровать.
***
Утром я проснулся посвежевшим, но вопреки надеждам — голова по прежнему была настолько чугунной, что при мысли о совершении хотя бы самого простейшего действия в виде подъёма с кровати — на меня тут же навалилась такая слабость, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
В этот момент дверь в мою комнату открылась, и в следующий миг туда заглянула лопоухая голова неимоверно счастливого домовика. При первом взгляде казалось, что он помолодел минимум лет на 30, и сейчас находится в самом рассвете сил, а это значило только одно — ритуал получился!!!