Не та цель
Шрифт:
Никто так и не смог узнать истинного автора этого страшного вируса, но спасения против него практически не было. Хоть наш род и специализировался на природной магии, даже она оказалась бессильна против этого страшного заболевания, которое не щадило никого.
В силу большой разветвлённости нашего рода болезнь поразила очень многих. Некоторые ветви вымерли целиком, и только полная изоляция некоторых имений позволила сохранить в живых хоть кого-то.
После того, как основной пик эпидемии пошёл на спад — вся верхушка рода погибла, и власть в свои руки взял Ричард
Я как зачарованный слушал рассказ этого мужчины, целиком погружаясь в события давно минувших дней, и поэтому аж вздрогнул, когда бабушка спросила:
— Это конечно всё очень интересно, но без подтверждающих документов поверить в эту сказочку очень тяжело. Ну да не суть. Мне гораздо интереснее — каким образом портрет человека, умершего полторы тысячелетия назад, сохранил в себе способности к магии?!
Мужчина на портрете едва уловимо пожал плечами, и ответил:
— Дело в том, что я не совсем портрет, уважаемая Августа. При жизни я успел некоторое время побыть главой рода Лонг`бот, но в то время мы только завоёвывали своё место под солнцем и у нас было много… недоброжелателей.
В результате их диверсии моя жена и дочь погибли окончательной смертью, что стало поворотной точкой в моём жизненном пути.
После совершения мести и уничтожения вражеского рода я передал пост главы своему наследнику, а сам провёл очень не простой ритуал, став по сути вторым хранителем рода, который добросовестно впитывал в себя всё происходящее в этом кабинете, и который сохранил часть своих способностей в радиусе 10 метров от места своего заключения.
Этот рассказ был настолько печален, что я на автомате произнёс:
— Прости, что… — но не успел я закончить своей фразы, где хотел извиниться за то, что мы разбередили его воспоминания, как оказался жёстко перебит портретом:
— «Прости» — это самое первое слово, которое должен навсегда забыть настоящий Глава Рода. Ты не ребенок, прислуживающий на кухне, Невилл Лонгботом. Ты — продолжение тысячелетней крови. Так что веди себя достойно, и садись на место, являющееся твоим по праву!
Портрет указал на стол главы рода, и было в этом голосе столько властности, что я даже сам не заметил как подчинился этому приказу, чувствуя, как ноги буквально подкашиваются от волнения. Мужчина на портрете тем временем обратился к бабушке:
— Мисс Лонгботтом, я понимаю, что мои слова не вызывают у вас доверия, однако поверьте… Обманывать вас мне нет никаких причин.
Тем не менее, если моих слов вам не достаточно, то можете посетить гоблинов, где потребовать у поверенного Великую книгу родов. В ней можно с лёгкостью найти подтверждение каждому моему слову.
Августе явно понравилось это предложение, и переведя взгляд на меня, она произнесла:
— Нев, я считаю, что нам действительно лучше всё проверить, прежде чем доверять Сибрану.
Не знаю почему, но мне совсем не хотелось уходить отсюда, чтобы что-то там проверять. Где-то в глубине души у меня зрела чёткая уверенность в том, что этот человек нам не враг, поэтому когда
— Мисс Лонгботтом… Я бы предпочёл, чтобы юный наследник не терял время и начал работать со мной немедленно. У нас и так слишком мало времени, за которое надо усвоить просто невероятный объём знаний.
Бабушка явно не очень хотела оставлять меня с таким сомнительным соседом, и мужчина на портрете это заметил. Тяжело вздохнув, он пробормотал что-то невразумительное, после чего вытащил откуда-то волшебную палочку, и торжественно произнёс:
— Невилл, если тебя не затруднит — подойди пожалуйста к моему портрету, и приложи свою руку к моей.
Бабушка хотела меня остановить, но я уже принял решение, поэтому проигнорировал её возмущённое восклицание и выполнил требование Сибрана. В следующий миг тот поднял волшебную палочку и начал говорить:
— Я, Сибран Альбарик Лонгботтом, торжественно клянусь не причинять вреда Невиллу Фрэнку Лонгботтому ни действием, ни словом, ни мыслью. Ни прямо, ни косвенно, до конца своих дней. Да будет мой обет нерушим, и пусть магия станет моим свидетелем!
За время чтения этой клятвы я заметил, как вокруг наших рук формируется красивое свечение в виде колец силы, которые моментально впитались в кожу, как только бабушка хриплым голосом произнесла короткое:
— Свидетельствую!
После этого Сибран кинул на Августу красноречивый взгляд, и спросил:
— Теперь вы сможете оставить мне своего внука, не переживая за его сохранность?
Бабушке не нашлось что возразить на это, но потом она упрямо встряхнула головой и произнесла:
— Я всё равно проверю все ваши слова!
— Я на другое и не рассчитывал, — спокойно улыбнулся мужчина, и обратив внимание на меня, произнёс:
— Наследник, вернись на своё место, и давай уже прекратим просто так терять время.
Проходя мимо бабушки я стал жертвой её обнимашек, во время которых она сказала:
— Нев, будь осторожен. Если что — сразу поджигай этот портрет к чертям! Лучше мы будем разбираться с последствиями пожара, чем ты пострадаешь от действий этого… портрета.
Успокоив бабушку, что и не собирался излишне рисковать, я дождался пока она выйдет из кабинета, после чего сел на кресло главы рода и вопросительно уставился в нарисованные глаза портета.
— Пожалуй, в первую очередь начнем с основ, — произнёс Сибран, после чего его портрет несколько изменился: он сел в появившееся из ниоткуда резное кресло, и достав трость из черного дерева, аккуратно поставил её рядом, после чего задал свой первый вопрос:
— Что ты знаешь о Визенгамоте, Невилл?
Глава 32. Тайны рода
Я сглотнул, мысленно вспоминая всё, что успел вычитать в библиотеке и о чём мы беседовали с бабушкой… Не знаю почему, но под этим требовательным взглядом я, не смотря на свой реальный возраст, чувствовал себя так, словно нахожусь на каком-то экзамене, от которого решалась вся моя дальнейшая жизнь.