Не та девушка
Шрифт:
— У нас Ингвер спец по травам. Спроси её! У неё опыт, знания, а я только начала учиться.
— Но ты же в столичной школе училась! Я тебе доверяю больше, чем старой, невежественной троллихе. Она поди свое имя скоро позабудет! Или вместо нормальной человеческой дозы такую забабахает, что и тролль окочурится.
— Единственное, чем могу помочь — это советом.
— Ну? Говори! — она с горящими глазами смотрит мне в рот, боясь пропустить даже пол словечка.
— Перестань изображать из себя ту, кем ты не являешься. Будь собой. Если мужчина захочет тебя, реальную тебя, то вы непременно
— А если он не захочет меня настоящую?
— Значит, не судьба. К чему напрасно тратить на него время?
— Ничего не напрасно! По-твоему, стать женой первого советника, кушать изысканные явства из золотых приборов и регулярно бывать в королевском дворце — это напрасная трата времени?
— Если цена за всю эту роскошь — жизнь с нелюбимым человеком, то да.
— Вот глупая! Почему мне казалось раньше, что ты умнее? И это все, что ты можешь мне посоветовать? — она в недоумении морщится. Гретта ожидала волшебное средство, а получила горькую правду.
— Да, все… Ну что… Я пойду уже?
Напрасно спросила. И того хуже, зря я в этот момент посмотрела в окно. Сестра мгновенно ловит мой обеспокоенный взгляд, хитро щурится и заявляет:
— Рыська мне все доложила… Поможешь мне увлечь сира Крёза, и я помогу тебе с твоим «делом». Не поможешь — заставлю отца еще строже наказать слугу. Хоть какой-то способ выпустить пар после твоего отказа! Ну как? Может, все-таки передумаешь?
Я едва скрываю свою досаду. Отворачиваюсь на секунду, чтобы спрятать выражение лица. Как я могла забыть, с кем имею дело?
Нельзя ни в коем случае показывать сестре то, чем ты дорожишь и что считаешь важным. Иначе собственными руками даришь ей рычаги давления, власть над собой!
Стараюсь принять равнодушный, скучающий вид. Повернувшись к ней неторопливо заявляю:
— Что же… Сосватать тебя знатному жениху — занятная задача. Я не владею рецептами приворотных зелий, но многому научилась в столице. Мне известно, как надо краситься и в чем предстать перед мужчиной, чтобы привлечь его внимание. Я готова тебе помочь. Но признаюсь, и мне нужна твоя помощь.
Она вопросительно приподнимает невидимые, скрытые пудрой бровки, и я продолжаю:
— Видишь ли… Я никогда не лечила полукровок и даже ни разу их не видела. Наставницы учили подбирать лекарства для людей, иногда для троллей и эльфов, но про полукровок никто не заикался. Мне любопытно, какие травы им подходят. Позволь мне испытать на слуге свою новую мазь. Хочу убедиться, насколько она дейст…
— Ты меня поражаешь, — нетерпеливо перебивает Гретта. — Гьёрн среди нашей челяди самый начитанный, но даже он велел опасаться этого нелюдя. Ведь эти создания опаснее троллей и коварнее людей. Они обожают человечину, а в полнолуние питаются исключительно кровью девственниц. У нас тут в округе девушки простолюдинки пропадают одна за другой. Не его ли рук дело? В общем, к чему я веду. Незачем лечить этих мерзких тварей. Чем их меньше — тем спокойнее живется остальным чистокровным!
— В глубине души ты знаешь: это чьи-то больные фантазии! Ходят слухи, к примеру, что ты напропалую флиртуешь с троллями из кузнецы. Нельзя верить всему, что говорят. Так ведь? — сестра, поспешно сглотнув, кивает,
Гретта размышляет несколько секунд, затем кивает и вскакивает с кровати, в предвкушении потирая пухлые руки.
Для любительницы интриг и манипуляций моя просьба — прекрасный способ поразмяться! Она зовет к себе служанку, ждущую за дверью, — наверняка, подслушивающую — а мне уверенно заявляет:
— Легкотня! Через четверть часа открою тебе доступ к твоему подранку. Как только Гьёрн исчезнет из башни левого флигеля, у тебя будет около пяти минут!
Я киваю. Степенно выхожу из кабинета. Но стоит мне скрыться из поля зрения сестры, как вприпрыжку несусь по лестнице вниз, к Ингвер. С трудом выпрашиваю у нее целебную мазь для заживления ран, надеясь, что состав подойдет для полукровки. Затем мчусь во двор.
На сей раз я знаю где находится наблюдательный пост управляющего. Благодаря этому, почти сразу замечаю синий камзол, торчащий из невидимой ниши. Как только Гьёрн исчезает из вида, я подбегаю к Хродгейру и быстро осматриваю спину.
Его плоть сплошь покрыта рваными ранами, пахнущими раскаленной медью — тем самым оттенком, от которого меня мутит.
Паника и отчаяние сдавливают грудь с такой силой, что я чувствую запах рвоты во рту, резкий и противный.
Однажды в бесплатной больнице для бедных мне пришлось обрабатывать кровавое месиво на живом человеке, которого долго терзала медведица. Если бы не тот шокирующий, но бесценный опыт, сейчас я бы наверняка свалилась в обморок.
Повторяю про себя непрерывно, словно заклинание: «Тогда смогла — смогу и сейчас!» Заставляю себя глубоко дышать ртом, как учили наставницы.
Отгоняю вконец обнаглевших мух и быстро, аккуратно смазываю чудовищные раны. Пострадавшей поверхности так много, что расходую все запасы кухарки.
Ничего, в ближайшее время пройдусь по лесу и возмещу ей потраченные ресурсы.
Достаю прихваченную флягу из кармана, и заодно пою раненого драгоценной влагой. На сей раз он даже глаз не открывает, хоть и глотает с трудом.
Скверно, очень скверно. Он все ближе подходит к черте невозврата, после которой дороги назад, в мир живых и здравствующих больше не будет.
Глава 6
Вот уже третий час суетливой белкой кручусь вокруг Гретты, и теперь торжественно могу заявить: она смотрится, как налучшая версия самой себя.
Нам удалось не только смыть с нее толстый слой пудры, но и назойливый запах духов. Кожа лица после увлажняющей маски выглядит посвежевшей и как будто светится изнутри. Чисто вымытые волосы уложены в высокую прическу, самую модную в столице и подчёркивающую плавную линию скул. Из одежды мы выбрали изумрудное платье, прекрасно дополняющее карие глаза и каштановые волосы.