(Не) твои
Шрифт:
Быстро переписываю номер. Но с этим буду разбираться завтра.
Пересматриваю ее последние входящие, сообщения в мессенджере, пока Аня идет мимо кухни куда-то.
Она уже не плачет. Слышу, как в кабинке включается вода. На полу от спальни к ванной тянется дорожка из ее вещей.
Я оставляю мобильник и иду к ней.
Она стоит спиной. На бедре яркое, алое пятно от того, что тянул ее волоком по полу.
– Аня, ты звонила ему, – выдавливаю сухо и твердо. – Если у тебя с ним что-то было, я
Она разворачивается. Лицо в потеках слез перемешанных с черной тушью.
– Что? Как ты можешь?! – снова дрожь ее пробивает. – Ты даже не выслушал ответ, а уже отрекся от меня! Я сама подам на развод!
Отмахивается, когда пытаюсь ее развернуть. Стоит передо мной в полотенце, пытается нырнуть в кабинку.
Я не пускаю.
– Нет ты объяснишь, что за общение с Новицким?
Я выдаю сам себя.
– Так ты уже и фамилию его знаешь? А может, ты сам это все затеял, чтобы привести домой “нормальную” жену, а меня тактично слить?
– Нет, нет! – кричу на нее, бью кулаком в стенку от досады и злости.
– Я звонила потому, что он не внес оплату по договору! Если ты смотрел, то перед Новицким был звонок от Риммы из бухгалтерии!
Она суетливо смывает макияж с лица, пока стою за ее спиной. На плече проступают синие пятна от моих пальцев, с такой безумной силой я ее схватил!
Думал, душу из нее вытрясу.
Прикасаюсь к плечу, трогаю ее, а Аня отбивает мою руку.
– Не трожь меня! Ты просто заигрался, Кир! Я люблю тебя! Разве так можно?! – упрекает.
– Я идиот, по-твоему? Зачем мне нести сюда букет и устраивать этот цирк? Я бы просто развелся, без сцен! А вот кому это все надо – я выясню! И твоему Новицкому не поздоровится!
– Выясняй, но только без меня! – заявляет мне Рыжик, продолжая всхлипывать.
Я беру ее за плечи, тяну к себе.
Она вырывается из рук, прожигает небесно-синим взглядом.
– Я развод тебе не дам. Ты не уйдешь от меня!
– Уйду, исчезну и ты меня никогда не найдешь! – шепчет, и снова мокрые дорожки сочатся по щекам.
Ее словам суждено сбыться совсем скоро…
– Я тебя не отдам никому! Ты моя и точка! – говорю ей в губы и накрываю жадным поцелуем.
Снимаю белое мягкое полотенце и забираю ее в комнату голую.
Несу на руках, она упирается все также. Больно царапает ногтями, бьет в грудь, а я ничего не чувствую.
Осознание того, что могу потерять жену анестезией притупляет боль.
– Отпусти, Абрамов! – кричит, пробиваясь через мои поцелуи.
Я приношу ее в спальню, кладу на кровать и не даю ни на минуту опомниться.
Хочу ее невыносимо, безумно. Хочу сейчас. Всю, мою. Без сроков и дат, без подсчета дней овуляции. Да мне уже все равно, сможем мы родить
Таких эмоций не дает ни одна женщина в моей постели. Только моя рыжая, безумная похоть.
Я сегодня посмотрел на ее по-другому. И теперь не желаю ни с кем делить.
Наспех снимаю брюки, рубашку рву так, что пуговицы с громким лязгом рассыпаются по полу.
Наваливаюсь на нее, целую алые губы. Хватаю языком дорожки слез, разминаю грудь жадно. Чтобы знала, что моя. Вся и без остатка.
– Развода не будет, Аня. Я не хочу делить тебя ни с кем. И не буду, – хриплю, завожусь еще больше.
Закидываю руки себе на плечи, заставляю ее отвечать на поцелуи.
– Ты меня не любишь больше, – шепчет моя маленькая бестия.
– Люблю. Прости урода, Анюта. Без тебя мне ничего не нужно. Если ребенка не будет, то я… Мы разберемся, в общем…
Она лежит подо мной, извивается, когда трогаю мягкую кожу, глажу бедра, описываю окружности внизу живота и ныряю пальцами в нежное, горячее лоно.
– Я люблю тебя. Ты только моя, – говорю, не отрываясь от ее губ.
Она замирает, почти не дышит, когда опускаюсь вниз и поцелуями трогаю карамельные ореолы.
– Кир, я хочу тебя… – стонет, хватая воздух открытыми губами.
– Откройся мне, давай же, Анюта.
– О, Кир… – задыхается, раздвигает ножки еще шире.
Хватает мои волосы, впивается острыми коготками в широкие плечи.
Стоны становятся громче. Не сдерживается, кричит. Аня цепляется за мою спину, обнимает и не отпускает меня. Последний стон вырывается из груди, и мою бестию накрывает волной оргазма.
– Я хочу тебя еще, – говорю и поднимаюсь над ней.
Вхожу сразу, толчками разливаю удовольствие по венам. Передо мной сейчас она, любимая, желанная.
Рыжик стонет, мягко переворачиваю ее на живот, притягиваю к себе.
Улавливаю каждые движения податливого тела, она подается назад, дрожит от сладких спазмов.
Не могу терпеть больше, и мы растворяемся в друг друге.
Лежу в тишине, подмяв под себя Аню. Рыжие локоны наматываю на пальцы, целую плечи.
– Аня, я найду того, кто это пишет. И Новицкого тоже найду. Ты дорабатываешь до отпуска и больше не возвращаешься в свою богадельню.
– Он ведь врет? – спрашивает меня, распахивая свои огромные глаза в темноте.
– Врет. Я люблю только тебя. Мне никто не нужен, – говорю ей правду.
Хватит, нагулялся, Абрамов….
Глава 7
Аня
На эмоциях не могу уснуть. Едва успокаиваюсь, как снова гложет.
Просыпаюсь под утро в состоянии полнейшей разбитости, выбираюсь из-под Кирилла. Стаскиваю его тяжелый бицепс с груди, он снова прижимает меня, не хочет выпускать.