Не в себе
Шрифт:
– Прям, как тебе.
– У меня все наоборот, как раз. Был в теле миллионера, а оказался в престарелом враче-алкоголике.
– Не такой уж ты и старый, как рисуешь. Зрелый интересный мужчина, с большим человеческим достоинством.
Света рассмеялась над своей шуткой.
– Забыла, в бабку подселю. – Напомнил я Свете.
Наш пленник стоял на своем месте, пристегнутым к дереву. Его голова склонилась вперед. Кажется, он умудрился уснуть. По штанинам вниз растеклось большое мокрое пятно. С этим справиться ему не удалось. Меня
– Антон, а он не умер? – Тихо спросила Света.
Бомж зашевелился и поднял голову. Мы натянули на лица маски. Света подошла к Калаганову и разрезала скотч, едва не выколов ему глаза. У пленника забегали глаза.
– Вы кто такие, что вам нужно? – Хрипло спросил он и осекся.
Света вынула из кармана заранее приготовленное зеркало и поднесла его к лицу бомжа.
– Узнаешь? – Света дала ему полюбоваться собой.
– Кто это? Что происходит? Вы кто такие? Я кликну охрану?
– Да кто же послушает бомжа? – Спросил я.
Калаганов повернул голову в мою сторону.
– Я сплю, почему это происходит? – Снова захрипел бомж.
– Это не сон. – Света подергала за бороду и подняла ее конец к глазам Калаганова. – Ты в теле бомжа, и если не сделаешь то, о чем мы тебя попросим, останешься в нем, до конца жизни.
– Я вам не верю! Вы ввели мне психотропные вещества!
– Твое право сомневаться. Но время не на твоей стороне.
– Вы понимаете, с чем вы связались? Вы представляете, какая машина за моими плечами? Вас закатают в асфальт и даже не заметят.
– Только ты этого не узнаешь. Ты или сдохнешь к тому времени от цирроза печени, или будешь делить последний глоток метиловой водки с таким же бомжом, как ты. – Зло ответила Света.
– Отпустите меня, уроды! – Не выдержал Калаганов.
– Мне кажется, напарник, что мы зря развязали ему рот. – Произнесла Света, доставая скотч.
– Или слишком рано приехали. – Подыграл я.
– Стоять! – Бомж попытался уклониться от протянутой к его лицу липкой ленты. – Что вам надо?
– Нам надо немного. – Произнес я. – Всего-то рассказать, кого вы подкупили в городе и какие суммы заплатили, чтобы они закрыли глаза на ваш рейдерский захват строительного бизнеса.
– Ах, вот оно что. Вот откуда ветер дует. Местные Дубровские выискались.
– Слушай, олень, ты еще не понял, что мы с тобой можем сотворить? – Света приняла иронию близко к сердцу. – А хочешь, мы тебя переселим в свинью, ждущую свою очередь на скотобойне. Вот ты будешь визжать!
– У вас тут что, колдовство какое-то, или все-таки психотропные препараты?
– Ни то и ни другое. Просто вы в своей Москве немного отстали от жизни. Скоро мы вас всех в бомжей переселим.
– Ну, Калаганов, будешь говорить, или нам придти попозже? – Света снова протянула скотч.
– Так, хорош! Отстегните меня, мне по большой нужде надо.
Света убрала
– Ты переоцениваешь себя, человек. – Я помог ему подняться. – Сделай то, о чем мы тебя просим и возвращайся назад, в свое холеное тело.
– Это ведь…, невозможно…, - Калаганов задыхался после пробежки. – Такого быть…, не может…, в принципе.
– Думай, что хочешь, но только ты никуда не денешься из этого тела, пока не расскажешь нам обо всем.
– Ты не прав. – Произнесла Света. – Он может деться от нас, на тот свет.
– Хм, я забыл об этом. Отличный выход из создавшейся ситуации. Ну, ты готов?
Бомж уселся на листву. Рассмотрел свои корявые пальцы, с длинными грязными ногтями, рваную вонючую одежду, ботинки, выброшенные на помойку, до того, как одели на эти ноги.
– Что вам надо знать?
– Имена и суммы взяток должностным лицам нашего города, выданные для покрытия рейдерского захвата строительной фирмы.
– Хорошо, я скажу, но знайте, что в суде уже все готово и вам не хватит времени изменить приговор. К тому же, все заинтересованные лица сразу окажутся под подозрением. В их интересах молчать.
– Это не твоя забота. Ты же видишь, на что мы способны. – Света произнесла фразу грозным голосом.
Бомж согласно махнул головой. Света села напротив него, наставила камеру телефона.
– Бухти, скотина.
– Но меня же…
– Тебя же никто не признает в этом наряде, так, что не волнуйся.
Бомж, а вернее Калаганов, обладал фотографической памятью. Он перечислил всех чиновников, которым перепали взятки, и назвал суммы до рубля.
– Это всё. – В глазах бомжа застыл страх. Видимо, он решил, что теперь может стать бесполезным свидетелем.
– Не ссы, мы своих слов на ветер не бросаем. – Света убрала телефон в карман. – Если вдруг, с какого-то перепуга, ты подумаешь, что все, что с тобой случилось, игра воображения, и ты можешь продолжить рейдерский захват, помни, что второй раз мы тебя из этого тела не выпустим. Усек?
Бомж закивал головой, не в силах выдавить из себя вразумительный звук. Мы со Светой переглянулись. Она моргнула, через прорези маски. Я «нырнул» в тело бомжа, тут же в родное тело Калаганова и снова вернулся в себя. Все герои сценки должны были оказаться при своих телах.
– Я здесь! – Произнес по привычке.
Бомж крутил головой и рассматривал себя.
– Опять напрудил в штаны. Зачем вы меня вернули? Я только начал входить в роль. – В его голосе чувствовалось сожаление.
– Спасибо, что помогли нам. – Поблагодарил я его. – Вот ваши деньги. – Протянул ему две купюры по пять тысяч.