Не верьте мужчинам...
Шрифт:
Шестеркин. Такая женщина, как вы, не может не знать правил хорошего тона. Что же, жене будет работа. Заставлю ее выучить наизусть.
Найденова. Бедная ваша жена.
Шестеркин. Я бедный... Тут ведь насчет мужчин больше, чем насчет женщин... А вдруг она меня заставит учить?
Найденова. А вы жену любите?
Шестеркин. Привык.
Найденова. Отвыкать не собираетесь?
Шестеркин.
Найденова (смеется). Что? Что?
Шестеркин. Лучшие свои картины он нарисует с вас...
Найденова. Вы какое-то имя произнесли...
Шестеркин. Ну, эта самая... Заксия...
Найденова. Саския!
Шестеркин. Вот именно... Придумают имя, не запомнишь. Он вас будет рисовать во всех видах.
Найденова. Ну, Павел Петрович... Зачем вы так?
Шестеркин. Ответственность на вас очень большая ложится.
Найденова. Какая ответственность?..
Шестеркин. Вот я и пришел, чтобы поговорить о вашей будущей жизни.
Найденова. Вас Кольцов послал?
Шестеркин. Да что вы?! Он убьет меня, если узнает.
Найденова. Обманываете?
Шестеркин. Никогда!
Найденова. Не знаю почему, но вот именно к вам... не к вашему другу, я испытываю какое-то очень большое доверие...
Шестеркин. К сожалению, я женат...
Найденова. Да вы не жалейте... Я о другом вашем друге, не о Кольцове... Ну, как его фамилия... Такая птичья.
Шестеркин. Петухов?
Найденова. Правда, говорят: курица не птица.
Шестеркин. Но Петухов человек... Он тоже добрый, только он по технике...
Найденова. Можно между нами?
Шестеркин. Шестеркин — могила.
Найденова. Он был у меня сегодня... Цветы принес... От Кольцова...
Шестеркин. И он принес?!
Найденова. Кольцов, видимо, давал вам задания порознь.
Шестеркин. Задания?! Ах, да... Да-да, действительно.
Найденова. Так вот, чтобы не было расхождений... Вы пришли с очень важной миссией ко мне? Помочь Кольцову.
Шестеркин. Что вы? Зачем ему моя помощь. Ему?! Александра Ивановна... Мне ли ему помогать? Он любому из
Найденова. Что-что?
Шестеркин. Я говорю, выбор у него огромный... Сейчас что ни женщина, то невеста... Особенно, если за тридцать перешагнула.
Найденова. Не ошиблись, я перешагнула...
Шестеркин. Вы?! Двадцать два! От силы двадцать девять!
Найденова (смеется). Хочу с вами серьезно говорить, а вы весь серьез сбиваете. Нельзя так, Павел Петрович... Не по-товарищески...
Шестеркин. Да я за вас... Лучше вы, чем другая.
Найденова. Так вот я вашему другу сказала — пусть живет спокойно. Я замуж не собираюсь.
Шестеркин, Понимаю... Правильно... Тактика правильная. Вы не можете так... «Ах, ах, я готова». Вам надо себя держать. Одобряю.
Найденова. Я совершенно серьезно... Вашему другу нужна сверхгениальная женщина.
Шестеркин. Зачем? Достаточно одного гения в семье. Два гения, это, извиняюсь, как в очко, перебор.
Найденова. О, господи! Вы уникальный человек.
Шестеркин. Не отрицаю... Об этом мне все говорят. Главное — добрый... А доброта нынче вроде норковой шубы — план выполняют, а в магазине купить нельзя.
Найденова. Из всей вашей троицы один вы, кажется, настоящий человек.
Шестеркин. Мы все настоящие... Как детали от одной машины, все разные, а настоящие. Сломается одна деталь — вся машина остановится.
Найденова. Жена вас любит?
Шестеркии. Привыкла...
Найденова. Какое вы странное слово изобрели — «привык», «привыкла».
Шестеркин. Без привычки и туфель не зашнуруешь... Вы правильно все действуете... И что с нами так — тоже правильно. Тактичная женщина.
Найденова. Как понять?
Шестеркин. Тактика у вас правильная, умная. Откроетесь нам, а мы Саше... Он приходит как победитель, берет вас в охапку, и вы как личность кончились?!
Найденова (смеется). Я ваша пленница. Кто вас учил этому?
Шестеркин. Высшее образование имею. (Смотрит на часы.)Пора, Александра Ивановна. Заживем мы с вами! Роскошь! (Целует руку, забыв книгу на столе, уходит.)