Не возвращайся
Шрифт:
Настоящую Новогоднюю ночь он проводил как бы на автомате.
Маша в эту Новогоднюю ночь была дома одна – он знал это, она просто не нашла в себе сил веселиться на чужом празднике.
Было тоскливо.
Но он прошел, этот Новый год. Началась их жизнь. Жизнь вокруг них протекала отдельно, а их жизнь отдельно.
Настоящей была их жизнь
Как-то раз Маша повела Андрея к своей подруге в гости.
Андрей шапочно подругу знал – встречал иногда их на улице вместе. Подруга
– Знаешь, она классно танцует, – шепнула она Андрею.
Подруга вышла переодеться, включила за дверью гостиной индийскую музыку и вошла.
Она была в национальных шароварах, а выше шаровар на ней ничего не было.
В магическом ритме изгибалась талия, мягко колыхались груди, эротично извивались бедра.
– Убери его от меня, – засмеялась подруга, окончив танец, – а то он просто раздевает меня глазами. Или я сама разденусь!
– Все, все! Пошли, – сказала Маша Андрею.– Концерт окончен.
– Я надеюсь, ты к ней не вернешься, – засмеялась Маша, целуя Андрея, когда он довел ее до дома.
– Никогда! – Пообещал Андрей.
– Да она и не пустит, это же твоя подруга! – добавил он для убедительности.
– Маша как-то печально вздохнула:
– Она пустит! – подчеркнув слово «она»
Февральский ветер колюче дул в лицо Андрею. Было еще не поздно, но зимним вечером темнеет быстро.
– Вот черт! А шарф-то я там забыл! – ощутив колючий снег на шее, вдруг вспомнил Андрей.
Постоял, поколебался. Убедил себя, что возвращается только из-за шарфа – как объяснить дома, где потерял он шарф!?
Подруга открыла дверь, после первого же звонка. Она была уже в халате и с распущенными волосами.
– Долго же ты шел! – усмехнулась она.
– Я за шарфом, – забормотал Андрей.
– Я знаю, – ответила подруга и распахнула халат.
Под халатом ничего не было.
Андрей пришел к Маше только через два дня. Тянул время под разными предлогами. Он был уверен, что Маша уже все знает – ну как же может подруга не рассказать! – и соображал, как ему выкрутиться.
– Нормально дошел до дома, – обычным голосом спросила Андрея Маша, снимая с него запорошенное снегом пальто, и встряхнула.
Андрей сделал веселое лицо, чтобы сказать приготовленную фразу.
Но, наверное, слишком веселое. И Маша посмотрела уже на него внимательно.
– Ты вернулся? – спросила она после полуминутной паузы.
– Ну, понимаешь…– Андрей сходу получил звонкую пощечину.
Молчали.
Маша подошла к окну, из которого всегда провожала Андрея огромными глазами.
– Прости! – тихо сказала, она не оборачиваясь. – Я не имела на это права. Ты
– Я твой больше, чем муж! – Андрей подошел и обнял ее за плечи.
– Ничего! – Обернула к нему Маша свое заплаканное и счастливое лицо, – с мужиками это бывает.
– Ну, было и прошло, – примирительно ответил Андрей.
– Навсегда?
– Маш, я не знаю! – честно ответил Андрей, имея в виду, конечно, не подругу, а всю оставшуюся жизнь.
– Хорошо, хоть не врешь! – вздохнула Маша.
Летом удалось на десять дней вырваться вместе в отпуск. Отпуск, правда, был только у Маши. Андрею же пришлось сочинять легенду про счастливую командировку в Сухуми.
В Сухуми же они с Машей и поехали. Недалеко от города в деревеньке на берегу моря сняли небольшой домик, обвитый виноградом. Удобства были, правда, во дворе, но какое это имело значение! Они были вдвоем. Утром, днем, вечером и уж конечно, ночью! Чего у них никогда не случалось. Первые две ночи практически не спали. Жалко было пропустить такое счастье!
Они любили друг друга, вставали для того, чтобы выпить вино под звездами в обвитом виноградом дворике. Сидели за ночным столом, уходили в дом, снова любили друг друга, шептались о чем-то, говорили о том, что если для них вдруг не придет утро, или оно не придет по возвращению домой, то и этих десять дней счастья им хватит, чтобы счастливыми умереть.
– А так может быть всю жизнь? – спросила Маша.
– Не может, – размышлял Андрей, – костер ведь затухает.
– Ну и ладно, – согласилась Маша. – Я буду знать, что это было в моей жизни.
Последние дни и ночи Маша проводила, как безумная. Она исступленно целовала Андрей, занималась с ним сексом по нескольку раз за день.
– Маш! Я больше не могу. Ну, я ж не половой маньяк! Давай завтра, – взмолился как-то Андрей.
– А вдруг завтра не будет?! – говорила Маша. И буквально не выпускала Андрея из рук!.
…Прошло два месяца после возвращения. Свидания привычно продолжались, но становились как-то реже. Может быть, весь пыл ушел в эти десять дней, может быть, просто Андрей выпал из любовного безумия и стал осторожней вести себя с женой.
Он и самому себе не хотел признаться, что все это стало его немного обременять. Он стал время от времени заменять встречи телефонными звонками.
Потом вдруг Маша перестала отвечать. Уже несколько дней не отвечала.
Андрей забеспокоился. Пришел к Маше без звонка. Позвонил в дверь.
Открыла неизвестная женщина. Сзади нее топтался малыш.
Андрей ничего не понял.
– А Маша где? – глупо спросил он.
– Какая Маша? – удивилась женщина.
Андрей назвал фамилию.