Небесная дева

Katsurini Катерина

Я была с ним согласна, вот только водицу я очень любила. За зиму и раннюю весну успела истосковаться по ней.

– Зорк, я ещё разок нырну, - предупредила, набрала побольше воздуха и погрузилась в морскую пучину. Вода ласкала, распутывая пряди волос. Здесь такое спокойствие. Своя жизнь, свой мир.

Чтобы запрыгнуть на валун, следовало как следует разогнаться. Поэтому пришлось поднапрячься, используя дельфиний стиль плавания. Выпрыгнув, согнулась в положение младенца и совершила

кувырок.

– Очаровательна, как и всегда, - улыбнулся возлюбленный, подскакивая и сгребая меня в объятия.

Его прикосновения будоражили кровь, вызывая особый трепет.

Он скоро собирался засылать сватов к нам. Не могу дождаться!

Хоровод водили неподалёку от священного древа на оголившемся участке суши. Это, пожалуй, было единственное место, где можно ощутить прикосновение к земле-Матушке, которая дарила необыкновенные силу и ощущение счастья, что хотелось петь и танцевать, чем мы и занимались, вознося хвалы Всевышнему. Здесь проводились все обряды.

Вернулись домой мы лишь под вечер.

Зорк первый заметил неладное, не отпуская мою руку.

– Что не так?
– насторожилась я.

– Никогда не видел таких птиц, - сказал он, приземляясь на валун тропы. Таких камней, торчащих из воды на огромном расстоянии друг от друга было много. Их откапывало со дна моря-окияна племя исследователей морских глубин, не без помощи изобретателей.

Возле нас тут же стали опускаться другие парочки.

– Что ты увидел?
– спросил Миро.

– Неживую птицу. И она села на наше дерево!

С животными мы всегда умели общаться. А вот мертвецы нас пугали. С ними якшались другие народы, связь с которыми мы не поддерживали.

Наше дерево вмещало триста жилых домов. Новые семьи, пока новые ветви не окрепнут, делали временное жильё вокруг ствола, не рискуя ставить дома на самой ветке.

На самом верху располагался дом для собраний, в которых участвовали лишь главы семей.

Мы стали запрыгивать на ветви, желая наконец узнать, что случилось. Птицы умолкли, жизнь, казалось, замерла. Нехорошее предчувствие одолело нас всех. Лишь кое-где был слышен плач дитятка.

Мы все разбрелись по своим домам.

– Мамочка, что случилось?
– начала я с порога.

– Вью, садись ужинать. Отец скоро пожалует и всё поведает.

– Мы видели мёртвую птицу...
– помыв руки, я села за стол.

– Прилетело с далёкого края к нам племя изобретателей. Ведут переговоры, - пояснила матушка.

– Что за переговоры?

– Люди гибнут. Да и у нас несколько человек пропало.

Я опустила очи долу. И правда, месяц тому назад одна из девиц пропала, а ещё раньше двое детей, лет по семь им было.

– Хочешь сказать, это не случайность?
–

поглядела на матушку, желая получить ответ. Ведь тел так и не нашли.

– Нет. Люди пропадают везде. Чем гадать, лучше дождёмся отца.

Младшие братья уже спали. Это я со своими гулянками припозднилась.

А потом и отправилась в свою горенку спать, так и не дождавшись батюшки.

Снились мне какие-то змеи, готовые меня проглотить. Я в ужасе вскочила с лежанки. И так и не смогла больше уснуть.

Долго провалявшись без дела, встала с первыми петухами да стала возиться по хозяйству.

Странно, но мама долго не вставала. Отец даже поднялся раньше неё.

– Здравствуй, батюшка! - приветствовала родителя.

– Здравствуй, доченька!
– отец, казалось, постарел. Неужто что-то страшное сталось?

Спрашивать без дозволения не полагалось, вот я и мялась, решив пока накрыть на стол. Отец умылся, расчесал ставшие почти полностью седыми волосы да бороду, сел за стол.

– Садись, милая, поговорить надобно, - пригласил он меня за стол.

– А матушка, а братья?

– Матушка лишь под утро уснула, пусть поспит. А мы с тобой пока вдвоём всё обсудим.

Ох, не к добру это! Чует моё сердце неладное.

В ногах правды нет, вот я и села по левую сторону от родителя.

Он долго молчал, словно задумавшись.

– Ты ведь слыхала, небось, что к нам другое племя пожаловало, - отец поглядел на меня, будто ожидая подтверждения. А дождавшись моего кивка, продолжил: - Времена лихии наступили. Собирают они войско.

– А ворог кто?

– Твари разные.

– Батюшка, но разве Всевышний не велел нам жить в ладу со всеми, научил понимать их?
– осмелилась задать вопрос я.

– Мы про них-то ничего и не ведали доселе. Их нашли изобретатели в пучине морской. Они-то и едят людей.

Я хотела возразить, ведь мы-то плаваем, ничего такого не было. Но отец не позволил перечить.

– Они попытаются договориться с ними. Толмач им надобен. Потому пока лишь за толмачом прибыли.

– И что? Кого им предложили?

Отец потрогал бороду, переживает, значит.

– Всё не просто. Они его насовсем заберут.

– Как это?
– не поняла я.
– Дадут ему новый дом? Перевезут всей семьёй?

– Речь о замужестве. Породняться с нами хотят они.

Ох, не понравились мне речи те.

– Только не говори, что обо мне разговор. У нас же девчат много.

Но отец положил свою руку поверх моей, словно успокоить пытается.

– Пока не знаем, кто. Сегодня выбирать будут среди незамужних девчат. Ты тоже пойдёшь.

– Но... Я же люблю Зорка, - проболталась я.