Небесные корабли

ЧАСТЬ 1

ПРОКЛЯТЫЙ

Я не видел цветов с того времени, как ушли

в белоснежную дымку небесные корабли.

Я не видел цветов. И не помнил, как пахнут

травы.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ЭЛЬВА

Эльва Тиез де Лайн, третий сын маркиза северного белобрежья, встретил раннее утро на границе чужой страны. Ландара, известная благодаря

отшумевшим бунтам и безумству Высшего Совета, никак не желающего искать короля, была тиха и пустынна. Торговцы не горели желанием платить втридорога за проезд через патрульные посты, менестрели предпочитали места поспокойнее, а разношерстный сброд еще спал, укрывшись обрывками грязных тряпок. Поэтому к Эльве отнеслись с большим подозрением - что, впрочем, было вполне понятно, если учесть его внешний вид.

Сейчас господин Тиез напоминал скорее разбойника, чем дворянина. Льняные волосы растрепаны, синие глаза сощурены, тонкий нос украшен глубокой ссадиной. На поясе болтаются четыре человеческих черепа, а за спиной, на крепких дорогих ремнях - тяжелый гномий топор.

– Спрашиваю еще раз.
– Начальник смены зевнул, намекая, что очень хочет вернуться к прерванному гостем отдыху.
– Зачем вы приехали?

– Повторяю, - в тон ему отозвался Эльва.
– Я путешествую. Всю жизнь мечтал посмотреть на ландарские храмы и на старика Леашви. Кстати говоря, у меня для него письмо.

– От кого?

– От Его Величества Найле.

Патрульный загрустил, бросил взгляд на товарищей и промямлил:

– Ну не знаю. У нас напряженная обстановка, люди злые, повсюду кровь... трупов, опять же, хватает, болезни всякие. Возможно, чума, - добавил он.

Господин Тиез улыбнулся:

– Уважаемый, вы ослепли? Я - маг.

– И что? Маги тоже смертны.
– Начальник нахмурился и решился: - Ладно, проходите. Только пешком вам до Ледена не добраться. Купите лошадь в придорожных селах, не пожалеете.

– Спасибо, - с облегчением вздохнул Эльва.

Страж закона кивнул и отступил, освобождая ему путь между двух сторожевых вышек. Высоко вверху, за грубыми деревянными укреплениями, резались в карты лучники. Судя по невнятным возгласам, один из них как раз выигрывал полновесную серебряную монету, а другой сердился и обвинял противника в недобросовестности.

Господин Тиез миновал недружелюбное общество и оказался на тракте. Широкая светлая полоса, по которой спокойно могли проехать три телеги, а между ними поместилась бы еще и лошадь, уходила за горизонт. Кое-где она ныряла в рощицы или огибала холмы, а кое-где становилась такой себе линией жизни для скопления домиков. Соломенные крыши желтели под лучами солнца, на траве серебрилась роса... словом, Ландара оказалась вовсе не такой ужасной, как Эльве описывали.

До первой деревушки он дошел спустя час. Начиналась жара, и господину Тиезу пришлось надеть шляпу. Черепушки на поясе нагрелись и притягивали взгляды жителей.

В отличие от большинства коллег, сын маркиза никогда не скрывал род своей деятельности. На вороте его рубашки красовался жетон с высеченной надписью "Гильдия Магов", а человеческие останки намекали, что парень - опытный некромант. Он закончил Алаторскую Академию несколько лет назад, по просьбе декана провел пару курсов лекций, а потом умыл руки и отправился скитаться по миру. Время от времени Эльва был вынужден возвращаться домой, представая перед родителями. Конечно, он их любил, но навязчивая опека раздражала.

Его отец, господин Лиайга, собирался передать титул старшему сыну. Средний служил при королевском

дворе, в каком-то малоизвестном полку, а младший послал к черту благородное происхождение и сбежал из дома. В Академии его приняли, с удивлением обнаружили темный дар и оправдали перед родичами - мол, мальчик еще юн, погорячился, к тому же от него требовали слишком многого. Маркиз и маркиза покряхтели, посетовали на судьбу и смирились. Но с тех пор обращались к Эльве официально, без теплоты.

Он об этом ни капельки не жалел. Брату Грайзу, как наследнику, уделялось всеобщее внимание, и Эльва с детства привык оставаться в тени. Немалую поддержку юному некроманту оказал брат Кайта - и до, и после начала службы. Во-первых, он обожал нянчить и баловать кроху-братца, во-вторых, по достоинству оценивал колдовство. Между господами Кайтой и Эльвой сохранялись дружеские отношения, и оба не раз друг другу помогали. Маг все еще с улыбкой вспоминал тот случай, когда лейтенант де Лайн обратился к нему с письмом, умоляя избавить полк от внимания ведьмы. В итоге "ведьмой" оказалась исхудавшая гарпия, которой кто-то не очень добрый выбил половину зубов. Несчастное существо утратило способность охотиться, но продолжало наблюдать за людьми - видно, в надежде, что они сдохнут самостоятельно и можно будет полакомиться трупами. Некромант избавил его от мучений, отрубив женскую башку и повесив ее над воротами крепости, где был расквартирован полк господина Кайты - в назидание другой нечисти, охочей до мяса простых солдат.

Размышления путника прервал звонкий крик:

– Милорд!

– М-м-м?
– он обернулся и увидел грязную девушку, одетую в лохмотья. Удивленно приподнял брови. Несомненно, здесь всего лишь деревня, но остальные жители не были оборванцами.
– Что с вами произошло?

– Со мной? О, нет!
– возразила девушка.
– Беда с моей мамой. Она, знаете, заболела еще месяц назад, но мне отказали в помощи. Вы не могли бы... то есть... я заплачу! Я заработала немного денег, я...

Эльва заметил, что женщина, половшая огород неподалеку, презрительно фыркнула.

– Пожалуйста, - просительница залилась слезами.
– Пожалуйста, милорд!

– Начнем с того, что я не милорд, - подумав, сообщил парень.
– Я некромант. И в исцелении не силен. Вам нужен профессиональный лекарь, желательно с...

– Мне некогда его ждать!
– настаивала она.

Маг смерил ее внимательным взглядом. Не то, чтобы он был черствым, но долгие годы странствий научили все оценивать хладнокровно. Извлекать отовсюду выгоду, искать обходные пути - и все это осторожно, не теряя самообладания.

– Сколько вы заплатите?

– Восемь серебряных монет, милорд... то есть господин.

– Неплохо, - оценил он.
– Что же вам пришлось сделать, чтобы столько заработать в простой деревне?

Девушка смутилась и покраснела.

– Мне... мне...

– Я понял, - с отвращением перебил ее Эльва.
– Молчите. Показывайте, куда идти.

"Чертовы селяне!
– ругался он про себя.
– Вместо того чтобы спасти пожилую даму, воспользовались ее дочерью..."

Просительница миновала деревню и по узкой тропинке углубилась в лесок. Молодые остролисты покачивали ветками, листва шелестела, птицы выводили замысловатые трели. Некромант расслабился, распустил шнуровку на вороте и закатал рукава. Девушка тут же покосилась на его шрам - приметный, широкий и белый, он тянулся от среднего пальца левой руки и дальше, по внешней стороне ладони к запястью. Там расходился семью отростками, словно корни, и нырял глубоко под кожу.